Такие опыты делали в начале ХХ века. К сожалению, документально не зафиксированы положительные результаты этих опытов. Часть этих опытов связана со скрещиванием человека и обезьяны. Но все они были изначально провальные, потому что в естественных условиях человек и обезьяна скрещиванию вообще не подлежат из-за разного количества хромосом. У человека их сорок шесть, а у обезьян сорок восемь.
— С того времени сто лет прошло, — говорит Лузин.
— Д-да! — поддакнул Дима. — М-может уже что-то п-получилось? Т-технологии, г-генетика и все т-такое…
— Это вряд ли, — пренебрежительно оборвал его Иван. — Хотя… знаете, еще Нострадамус предсказывал, что созданный человеком гибрид начнет пятисотлетнюю войну. Может он этот гибрид имел ввиду?
— Скорее каких-нибудь киборгов, — сказал Лузин. — Биороботов, о которых тогда никто и не подозревал.
— Да, — сказал я. — Ничегошеньки мы не знаем даже сейчас. Что творится в таких вот неприметных лабораториях вроде вашей? — кивнул я Ивану. — А ведь таких секретных лабораторий по всему миру может быть даже не сотни, а тысячи!
Иван ничего не ответил. Закинул на плечо свой вещмешок и пошел под гору впереди нас.
Охранники молча затушили костер, собрали вещи, пошли следом.
Я кинул взгляд с холма. Впереди, по ходу движения, виднелась полоса федеральной трассы. Шум машин дробился перелеском, создавая равномерное шелестящее шипение.
Я секунду настраивался на волну. В вечерних сумерках она словно фосфоресцировала, светила рассеянным фиолетовым сиянием, теряясь между деревьев прерывистой ниточкой.
Приятный сюрприз, подумал я.
Я достал из кармана сложенную карту, нашел наше местоположение. Путь гиганта вел прямо на оживленную федеральную трассу. Либо он свернет и пойдет вдоль дороги, либо осмелится перейти. Во втором случае он может выйти на деревню Полом. Что же он выберет, интересно? — подумал я, и побежал догонять команду.
В кармане зазвонил мобильник. По мелодии — Глеб.
— Ну что, выспался? — спросил я.
— Да какой там! У нас тут дом этот строят, элитный, сваи вколачивали, уроды.
— Понятно…
— Но встал я давно, только вот до тебя дозвониться не могу уже часа три. Вы где?
— Подходим к трассе, недалеко от поворота на Шумиху.
— А чего трубку не брал?
— В лесу связи нет, это здесь мы на горе. Так что тебе повезло.
— А чего ты со мной не связался теле… как там, тетически…
— Телепатически?
— Ну да.
— Знаешь, у меня этот зверь, будь он сто раз неладен, столько сил отнимает, что ни на что уже энергии не остается. Я даже с Ольгой еще ни разу с утра не говорил.
— Да что тебе Ольга? Нормально все с ней, я звонил. Ну, волнуется чуть-чуть, и все. Ты скажи лучше, вам грубая мужская сила нужна? Приезжать?
— Сколько до Шумихи ехать примерно?
— Не знаю. Может полчаса, минут сорок.
— Хорошо. Тогда давай так. Мы перейдем трассу, я сориентируюсь, в каком направлении пойдет зверь и тебе перезвоню.
— А если опять не будет связи?
— Что-нибудь придумаем. Свяжусь через профессора по рации.
— Ну ладно тогда… А он далеко, как думаешь? Он может у дороги вас поджидает?
— Не думаю. Я бы это почувствовал.
— Хорошо. До связи. Удачи.
— Пока.
Сразу набрал Ольгу.
— Где ты пропал? — с ходу накинулась она. — Я себе места не нахожу! Где вы? С тобой все в порядке? Вы его еще не поймали?
— Нет, пока идем. Не волнуйся…
— Да как же не волноваться?
— Тебе вредно в твоем положении сейчас…
— Знаешь что! В моем положении муж должен дома сидеть, меня оберегать и поддерживать. А у нас все не как у людей.
— Извини, солнышко. Ты же все понимаешь. Если бы это был простой случай, меня бы здесь не было. А этот зверь, ну, дикий человек, чувствую, еще встанет нам поперек горла.
Она вздохнула, сказала спокойнее.
— Крепкий орешек?
— Похоже, что так, — ответил я, не ожидая перемены в ее голосе.
— Вы хоть ели что-то, не голодные весь день ходите?
— Только что. Не волнуйся. У меня все хорошо. Устал только немного…
— Когда домой-то вернешься? Я ужин приготовлю. Вкусный.
— Я не знаю, солнышко. Пока ничего не могу сказать. Сама понимаешь.
— Ладно. Не буду тебя отвлекать и… будь осторожен, пожалуйста.
— Я тебя люблю. Пока.
— Мы тоже тебя любим и ждем. Звони, пожалуйста, почаще, ну по возможности. Хорошо?
— Хорошо, я постараюсь. Тут со связью в лесу, сама понимаешь. Ну, мне пора.
— Ладно, иди уже, сыщик. Дома поговорим.
Я кинул мобильник в карман, цветная тонкая ниточка по совпадению, вела следом за ушедшей вперед командой.
Зверь.
Ветки хлещут и режут. Если бы не густая шерсть и твердая кожа, был бы весь в порезах. Как человек.
Хорошо, что я не человек.
Я продолжаю бежать, все дальше уводя преследователей от нее.
Когда те отстают, я останавливаюсь, чтобы дать им возможность сократить расстояние, они должны идти только за мной, не за ней.
Но я не дам им себя поймать. Только уведу подальше от Темной горы, от нашего дома.
Очередная передышка, смотрю в ночное небо. Две звезды, все так же указывают путь и вселяют надежду. Значит, все будет хорошо…
Вот люди снова появляются, слышу их голоса. Снова бежать.
Ветки, деревья, болотистая мягкая земля под ногами.
Это хорошо. Ведь люди не так хорошо видят в темноте, я это знаю, столько раз спасался от них, заводя в болото, в непролазные дебри.
Уверен, что и в этот раз получится так, как надо.
Но неожиданно громкий хлопок, пронесшийся эхом в лесной тишине, оглушил болью в плече.
Что это такое? Что со мной?
Ноги становятся вялыми и неподатливыми. Они перестают слушаться меня. Хотя я еще полон сил, до утра могу гонять людей по лесу и потом незаметно, запутав следы, скрыться, растворившись как тень между деревьев. Я бы проскользнул мышкой мимо них, и они бы даже не услышали моих мягких шагов, не увидели бы гигантское лохматое тело, проскользнувшее мимо них как ветерок.
Колени подгибаются, я как бревно завалился вперед. Даже руки, вытянутые для встречи с землей, не уменьшают удара.
Последняя надежда, что меня не заметят в темноте, улетучилась, когда я услышал голоса людей рядом, увидел прыгающие лучи света между деревьями и, наконец, почуял их запах.
Это люди как-то сделали меня слабым, это они…
Мысли тоже стали вялыми и сонными.
В последний момент я поднял тяжелый взгляд в небо.
Одна звезда. Только одна. Вторую затянуло черными тучами.
Неужели и ее тоже поймали?
Или это моя звезда под тучами?
В последний миг, мутнеющим взглядом, я увидел лучи света, скачущие меж ближайших деревьев.
Голоса все ближе.
