За мгновение переместившись из Нита в Эллиду, архитектор стоял на высоком утесе, испытывая иллюзию, что прежняя сила вернулась к нему.
Теперь он мог легко приводить жаждущих свободы людей в поселение, надежно огражденное невидимыми стенами. Мог создать величайшее в срединном мире войско. Зодчий был уверен, что рано или поздно жажда власти и вечный голод заставят Хозяев забыть о нейтралитете и начать войну за территорию и человеческие ресурсы. Он был терпелив, год за годом собирая собственную армию из тех, кто сумел преодолеть в себе страх перед демонами. Из тех, кто не видел в жизни смысла под демонским ярмом. Из тех - у кого демоны отняли смысл жизни.
Теперь он знал о себе все. Точно. Без искажений. И как сейчас помнил все, что произошло с ним задолго до рождения…
- Сними Завесу. - Эрнолтинаор стоял перед тетраимом и смотрел в лицо, окруженное пламенем. - Я хочу спуститься в срединный мир.
Ответ пришел не сразу.
- Зачем тебе это нужно? - долетела до архиангела полумысль-полуобраз из зыбкого пространства Огненного мира. - Ты сам видел, та реальность нестабильна. Она может разрушиться в любое мгновение. Я заслонил ее от остального пространства, чтобы она не уничтожила никого вместе с собой.
- Я хочу вернуть Лучезарного.
- Ты думаешь, он там?
- Я знаю.
- А как же свобода? Он сам сделал выбор. Остался со своим созданием. Он защищал его от вас. От меня. Он готов был убивать ради него.
Эрнолтинаор опустил голову, чувствуя, как его начинает пригибать к земле мощь огненного создания. Произнес тихо:
- Помнишь ли ты, как я создал свой первый материальный мир? Как упивался им? Как осознавал себя Создателем, не понимая, что порождаю смерть и страдание…
Лицо в пламени осталось неподвижно, но Архитектору показалось, что тетраим улыбается. Обжигающая волна, идущая от него, стала еще жарче.
- И что стало с твоим миром?
- Я уничтожил его… - Даже сейчас, после многих сотен веков, вспоминать об этом было тяжело. - Расщепил на куски и вернул обратно в Хаос, откуда поднял. Ты говорил, что мы, архиангелы, создаем жизнь. Но прежде, чем научимся это делать - творим смерть. И сами погружаемся в нее. Это закон. Так было всегда. И будет. Наш горячо любимый, созданный в порыве вдохновения материальный мир будет страдать и умирать вместе с нами… Сними Завесу, я хочу помочь своему ученику вернуться. И всем, кто пошел за ним.
Гигантская огненная сфера тела тетраима пришла в движение. По ней прошла волна белого пламени.
- Почему ты просишь за него? Он пройдет весь круг до конца и возвратится сам.
- Я не могу оставить его без помощи.
- Ты неразумен так же, как и он.
- Знаю.
- Завесу я не сниму. В любое мгновение его мир может расколоться, и тогда он откроет Хаосу дорогу ко всем мирам. Хочешь идти на землю - иди, как человек.
Эрнолтинаор молча склонил голову, принимая решение высшего существа. Тетраим обдал его еще одной волной жара и растворился в Огне своего мира…
Мысли Зодчего вернулись из прошлого. Он сидел в просторной рабочей комнате, за столом, заваленным свитками. У стен возвышались стеллажи, все ячейки которых были заняты измерительными приборами и бумагами.
Час назад архитектор вернулся из подземелий Золтона. Знаки на стенах, которые начертил для него срединный мир, все еще оставались видны. То, что спасло старого эллана несколько десятилетий назад, спасло и молодого сегодня.
Затем след уходил в глубины нижних миров.
Форкий отыскал Атэра на бесконечной равнине, где нашел приют Семнехкер - олицетворение познающего разума, спокойствия и знаний. Как и остальным Древним, ему не хватало сил. Он питался мыслями и воспоминаниями случайных жертв - несчастных, забредших в его владения. Или тех, кого приводил адский пес в надежде получить искру покоя - защиту от собственного демонического безумия.
Девяносто лет назад Форкий был жрецом в храме Семнехкера, и бог хорошо помнил своего служителя. Только это спасло Атэра…
Зодчий рассеянно скользнул взглядом по своему жилищу, расположенному на вершине пирамиды и подумал, что скоро покинет его. Быть может, навсегда.
Наступило время, к которому он готовился так долго. Монолит демонического порядка, наконец, дал трещину. Высшие не выдержали многотысячелетней конкуренции друг с другом. Теперь, пока земли нового Хозяина лежат в руинах, а сам он не успел получить всю верховную власть и силу, можно нанести по нему удар. Попытаться отвоевать часть земель.
С помощью срединного мира, Зодчий давно знал приблизительное число слуг каждого из Хозяев. И сейчас у людей появился шанс противостоять им.
Архитектор поднял голову чуть раньше, чем раздался резкий стук в дверь. В комнату ступил рэймский консул Корнелий Лонг. За ним вошел элланский стратег Ориан Мильтиад. По приказу императора Транквила, первого лишили земель и титулов, а всю семью последовательно принесли в жертву Некросу. После смерти младшего сына, яростный защитник рэймского государства превратился в его страстного врага. Второй - едва пережил нитское рабство. Раньше оба были врагами, теперь их объединила ненависть к демонам.
Коротко поприветствовав Зодчего, Корнелий направился к креслу из слоновой кости - символу верховной власти рэймского консула, неторопливо сел, положил на стол шлем с высоким плюмажем. Его алый плащ бросал на чешуйчатую лорику красные отсветы, черные волосы были коротко острижены, сухое желтоватое лицо с крючковатым носом не выражало ничего, кроме решительной сосредоточенности. Цепкий взгляд карих глаз быстро обежал комнату и задержался на чертежах, лежащих перед архитектором.
- И где же, позволь узнать, твои друзья, Зодчий? - осведомился он неодобрительно. - Мы не можем задерживаться из-за них.
- Сейчас будут, - отозвался тот.
- И все же, объясни, почему ты ждал пять человек так, словно это целый легион. - Консул требовательно уставился на Зодчего, продолжая хмуриться.
- Они очень важны для меня. И для срединного мира тоже.
Лонг недовольно скривился, но больше не стал задавать вопросов. Смирился с тем, что человеку, собравшему двадцатитысячную армию можно простить некоторые странности.
Ориан, обладающий более скромными привычками, сел на скамью. Провел ладонью по бороде, крупными кольцами лежащей на кожаном панцире. Усмехнулся:
- Корнелию не терпится обсудить с тобой новую тактику боя.
Консул гневно покосился на соратника.
- Мне пришлось потратить массу времени на переустройство этой армии. Я бы не хотел потерять обретенное преимущество. И, если учитывать, что половина из солдат элланы - строптивые и упрямые, я не уверен, что они через несколько часов не «забудут», чему их научили, - язвительно произнес он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
