— Здоров, — после процесса взаимного рукопожимания сказал Бобер. — Мартын в кабинете, заходите.
В кабинете с прошлого раза ничего не изменилось, разве что Мартын на этот раз был один, даже без Зенича.
— Садись, братва, — пригласил хозяин. — Пообедаете? Как раз пора. — Он постучал пальцем по часам.
— Да мы не откажемся, — за нас обоих сказал Большой.
Мартын лишь кнопку на столе нажал, которой официанты вызываются. Иначе из кабинета этого никому не докричишься.
До того как заказ примут, никто о серьезном говорить не стал, в меню углубились. Я заказал ностальгически-стандартный набор из «столичного» салата, свиного эскалопа с картошкой и жюльена с грибами. Как-то интерьер тут на нечто подобное намекал. Ну и водки графинчик, пузатый и запотевший, принесли. Небольшой, напиваться никто не планировал.
— Мартын, у нас тема тут, короче, — заговорил Большой. — У Вована контакт прямой с людьми, что в город дурь возят. Ту самую, что и Вагонке идет, и Вахе. То есть не с теми, кто тут забирает, а с теми, кто сюда везет.
— Интересно, — Мартын чуть вперед подался даже. — И чё?
— Короче, мы взяли сегодня у них десять кило «китайца». По хорошей цене.
— В общак откинуть не забудь, — усмехнулся Мартын. — Что их, замес Вахи с дагами напряг?
— И он, и не только, — сказал уже я. — Они не против покупателя на «китайца» сменить, так я не знаю, что у них там за тёрки.
— Что за люди?
— Частники. На РЖД работают, как я понимаю.
— Серьезные люди, — добавил Большой. — Мне так показалось.
— Что с нас надо, чтобы нам продавали? — перешел к сути Мартын.
— Сделать так, чтобы Ваха с картины убрался, — ответил Большой. — Прямым текстом сказали. И тогда весь опт «белого китайца» у нас.
— Ваха мусорам городским отстегивает за крышу, тут без мазы, — скептически скривился Мартын. — Они-то как на это посмотрят?
— Я так понимаю, что эту проблему они сами решат. Так? — Большой повернулся ко мне.
— Именно. Наша проблема — Ваха.
— Слышал, что Муслимка большую разборку собирает, будут Русика с Вахой замирять. Не все покупают там, что Мамая Ваха кончил, — с явным оттенком сомнения сказал Мартын. — Я тоже не очень.
— Нам сдали место разборки и адрес, где Ваха шкерится, — сказал Большой. — Если до разборки успеть, то на «дагов» и спишут.
— Если канал «китайца» потом нам уйдет, то не спишут. Это с одной стороны. С другой… волков бояться — в хате срать.
— Там много товара будет, Мартын, — перешел к следующему пункту Большой. — В городе столько не сольешь, это всем наркотам упороться. Ваха в другие города возит, за счет этого сбыт хмурого держал. Сможем?
Мартын чуть подумал, затем кивнул:
— Если чё решим, то сможем. Твоя братва пусть тогда на городской сбыт садится, а остальное Погос организует. У него по своим армянским каналам везде люди, продадут.
— А что по Вахе решаем?
— По Вахе? — Мартын задумчиво посмотрел в почти закрытое шторами окно. — Ваха нам вообще как кость в горле… если с «дагами» добазарится, то он тогда по-любому нашей проблемой станет… Сумеете израсходовать его, а? Только чтобы он с гарантией кони шаркнул.
— Вован организует, я думаю, он у нас спецура, — польстил мне Большой.
— Адреса есть, сделать все реально, — осталось покивать мне.
— Тогда сделайте, — заключил Мартын. — Дальше посмотрим, что ваши эти частники предложат. Если реальная тема — вписываемся. На городской сбыт садитесь вы, как сказал, половину с дохода откидываете в общак, там всем хватит. А общак вас лавриками поддержит. С Погосом сам перетру, он подъедет вечером. Занимайтесь Вахой, короче.
23
Опять я не на том поезде. Теперь еще и в торговлю наркотой несет. Нет, я все понимаю, что там Барановский говорил, что не мы, так другие, что свинья грязи найдет, что не будет «китайца», так станут «крокодилом» упарываться, но вот только я как-то совсем не бандит. Я же просто стараюсь тянуть время, давая Насте шанс шагнуть в этот мир, и потом мы просто уйдем. Но вот тянуть никак не получается, тут все как в поговорке про птичку и коготок, тут болото, и оно тебя засосет, как бы ты ни трепыхался. Точнее, как и подобает трясине, трепыхающегося засосет быстрее.
До этого момента все было более или менее, я помогал бандитам истреблять друг друга. Никого не жалко — главный лозунг, мотто, как говорят американцы. Но наркота… она уже не на бандитов нацелена. Как ты с ней связался — все, ты уже не человек, а тварь какая-то, потом не отмоешься.
А как не связываться? От всех скрыться? А ведь теперь не получится, Костя знает, где Настя появится, мне там рядом быть нужно. И Барановского так просто с себя не стряхнешь, он не из тех, кто стряхивается. Он уже как клещ вцепился.
Костя… кто он на самом деле? На чьей стороне больше и на какую тему? Он же вроде как не сдал меня в главном. Вроде. А может и сдал, просто мне об этом никто не сказал. Просто поговорить с ним? Поговорить не трудно, а вот как узнать, правду ли он скажет мне, или версию специально для меня? Вот этого не знаю.
Между мной и Настей в прошлый провал разница была в полгода. И сейчас так будет? Я тут всего ничего и уже в полной заднице. И дальше будет только хуже. Десять килограммов дури я городу уже закупил, осталось с братвой вообще на поток сесть. Молодец буду. Тогда каждый двинувший кони торчекозник будет на мне, очень почетно. Не прельщает карьера большого наркотрафиканта, как-то вот совсем не прельщает.
Рискнуть? Шагнуть через дверь обратно? Страшно. Страшно разминуться раз и навсегда. Страшно оставить Настю одну, без поддержки. Страшно потеряться в бесконечности вариантов мироздания.
Но ведь такие «заякоренные» проходы работают. «Странники» и Уоррен шли по уже готовому проходу, целой толпой, и попали, куда хотели. Милославский говорил то же самое, что проход «закрепляется». То есть если я сейчас выберу самого мерзкого ублюдка в городе, убью его в подвале, то проход должен закрепиться, так? Просто его словно бы перетащит на новое направление, не «Мир Уоррена — Мир Суперкори», а «Мир Суперкори — вот этот самый, где я сейчас».
Ну, предположим. А тут что, оставить все как есть?
Ну да, а я здесь причем? Не я тут все начинал и не мне заканчивать. Пусть сами разбираются. Мысль логичная, но какая-то такая… так себе мысль, короче. Сама идея того, что я, попав сюда просто побандитствовал и не сделал ничего путного, как-то напрягает… огорчает такая мысль, откровенно говоря.
А вот как бы сделать так, чтобы, например, всех делящих трафик наркоты собрать в одном месте и… и что? Да взорвать, например, нахрен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
