Я добился этой реакции. Она протекала с выделением тепла. Я заставил азот по-настоящему гореть! Я поджег воздух! Я победил природу! Я превратив атмосферу в вездесущее топливо, в гремучий газ…»
В палату вошла сиделка и принесла поднос с чаем и печеньем. Марина сделала знак, и Матросов извлек из кармана коробку трюфелей. Больничная жизнь шла своим чередом. Доктор взял свой стакан. Ложечка звякнула…
«Люди мира! Нужный мне газ был только в одном месте на Земле. Его принес из глубин космоса неведомый метеорит, образовавший остров Аренида.
Я краток, люди мира! На острове Аренида произошла катастрофа! Самопроизвольно загорелся воздух!»
— Что, что? — спросил доктор.
«Загорелся воздух! — как бы отвечая, повторил Вельт. — Люди мира! Нет возможности остановить этот воздушный пожар! Он не распространится за пределы пылающего острова, туда, где нет газа-катализатора, но над островом с каждым мгновением будут сгорать все новые и новые массы воздуха, стекающиеся со всей планеты. Жадный костер будет пылать до тех пор, пока не уничтожит на Земле всей атмосферы. Земля останется без воздуха, все живое задохнется, жизнь погибнет!»
— Позвольте, позвольте! — закричал доктор и поставил стакан на тумбочку. — Как так «задохнется»?
Марина посмотрела на Дмитрия вопросительно.
«Воздух уничтожается. Жизнь кончается на Земле? Об этом я объявляю вам, последние люди Земли!..»
Доктор взял с подноса печенье. Марина развернула ему трюфель. Репродуктор молчал. Матросов, думая, что Вельт кончил, хотел что-то сказать, но сдержался, а громкоговоритель заговорил снова:
«Но не все еще потеряно, люди мира! Я предвидел приближающееся несчастье и, заботясь о населении Земли, создал Концерн спасения. Завтра на все биржи поступят в продажу акции спасения. Тот, кто приобретет их, получит право на подземное убежище и свою долю искусственного воздуха, право на жизнь если не на Земле, лишенной воздуха, то под землей!
Люди мира! Через несколько месяцев человечество начнет задыхаться. Концерн за это время закончит работы по созданию будущих жилищ для людей, которые приобретут акции концерна.
Вот все, что имел сказать я, люди обреченной Земли! Покупайте акции спасения!..»
Голос в репродукторе умолк. Замолк и Матросов.
Миллионы слушателей Вельта у бесчисленных приемников и репродукторов молчали.
…Доктор одним глотком допил свой чай. Матросов хмурился. Марина смотрела на него, и ее взгляд, казалось, говорил: «Какая нелепость! Как может погибнуть мир, когда все так хорошо вокруг! Как может погибнуть мир, когда он существует только для нас с тобой!» И она улыбнулась Дмитрию.
…Генерал Кадасима торжественно выключил репродуктор и отправился во дворец императора. В его голове уже зрел величественный план.
…Ганс выпил кружку пива, которое забыл посолить, и сказал:
— Вижу я, что наш босс захотел стать хозяином безвоздушной Земли.
Доктор Шерц хрустнул пальцами, а дядя Эд сплюнул.
…Бенуа сбросил на пол тарелочки с написанной на них ценой за каждый бокал или бутерброд. Никто не оглянулся на звук разбиваемой посуды.
— Гибель! Гибель человечества… культуры… цивилизации, — шептал он.
…Профессор Кленов оперся обеими руками о стол Сергеева и смотрел на министра.
— Вельт украл идею Лиама, но он прав! — сказал Кленов торжественно. — Костер Арениды уничтожит воздух. М-да! Обитателям Земли действительно угрожает смерть… смерть от удушья!
…«Смерть от удушья!» Эту фразу произнесли в эту минуту миллионы людей, приговоренных к неизбежной мучительной гибели.
…Фразу эту произнесло все человечество, быть может, в последний год своего существования.
КНИГА ТРЕТЬЯ. УРАГАННЫЙ ТУМАН
Миллионы тонн воды, десятки кубических километров ее мгновенно превращались в туман, темной толщей придавивший океан.
Ураган повлек его тяжелыми тучами, срывавшими пену с остатков океанских вод.
Помчался мутный ураганный туман.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. АГОНИЯ
Каждую минуту все новые и новые массы воздуха превращались в пыль.
Клокочущие волны бросали этот прах на раскаленные ржаво-желтые скалы, а сами, с шипением отпрянув назад, клубились паром. Море пузырилось и кипело. Грозовые тучи поднимались прямо с волн…
Глава I. СТОЛИЦА БУДУЩЕГО
— Хэлло, Ганс! — сказал Вельт, слезая с аэросаней. — Вот мы и приехали.
На смену реву пропеллера в воздухе сухо рассыпался треск моторов. Вельт отряхнул снежинки, попавшие при быстрой езде на воротник, и огляделся. Из-за изломанных краев ледяной глыбы выползали тракторы, волоча за собой тяжелые сани с огромными цистернами, похожими на обрубки гигантских деревьев. За глыбы юркнули автомобили-вездеходы на резиновых гусеницах.
Ганс, кряхтя, вылез на снег и стал колотить замерзшими руками по бедрам. Перед ним опрокинутым небом раскинулся лазурный наст. Лунной дорожкой отражалось в нем холодное, полузамерзшее солнце. Легкий ветер с шорохом гнал по льду крупинки снега.
Внезапно равнину огласил залихватский свист. Откуда-то выскочил маленький паровозик и разогнал вечное безмолвие снежной пустыни.
Вельт был в легкой спортивной одежде, прошитой металлическими нитками. В аэросанях по ним непрестанно проходил электрический ток, согревая тело. Но сейчас холод давал себя чувствовать. Вельт ежился, глядя на приближающихся к нему лыжников.
Первым подошел бородатый человек. На лице его, казалось, росли не волосы, а ледяные сосульки. Он вытянулся и гаркнул:
— Строительство имеет честь приветствовать вас, мистер Вельт!
Вельт едва кивнул в ответ.
— Как грузы?
— Прибывают точно в сроки, предусмотренные графиком.
— О'кэй! Готовы ли вы к их приему?
— О-о! Вполне, мистер Вельт! Не хотите ли сойти вниз?
— Я думаю, мы приехали сюда не для того, чтобы иметь удовольствие беседовать с вами.
Человек в сосульках промолчал.
— Давайте мне ваши лыжи, — приказал Вельт, потом, повернувшись к Гансу, ткнул рукой в пространство. — Главный инженер строительства Митчел. Познакомьтесь.
Митчел торопливо снял лыжи, посмотрел в глаза Гансу и потряс его руку. Вельт уже удалялся на лыжах Митчела. Один из спутников главного инженера уступил свои лыжи Гансу. Митчел, увязая по колено в снегу, старался не отставать от приехавших.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
