— Они отлично выглядят! — Чарли чуть не подпрыгивала от восторга. — Я так горжусь ими!
— Я тоже. — Подойдя к ограждению, Лили подняла малышку, и та помахала ручкой дяде и брату. Шон и Камерон заметили их; Шон послал им воздушный поцелуй. Лили хотелось удержать этот момент в душе. В это мгновение она поверила, что с семьей все будет в порядке. Все лето она наблюдала за тем, как осколки превращаются в шероховатое, надтреснутое, но все же целое. Пусть эта семья отличалась от той, какая была при жизни Кристел и Дерека, и все же это, несомненно, была семья. И, помимо воли, Лили стала частью этой семьи. Не этого она ждала от прошедшего лета, все получилось само собой.
Каждое утро Лили просыпалась с мыслями о них и принимала решения, связанные с ними. Она почти забыла о себе. Больше всего ее пугало то, что эта семья не принадлежит ей. Все зависело теперь от исхода турнира. Возможно, Шон получит приглашение уехать из Комфорта, увезет детей на другой конец света, пробившись на вершину рейтингов «Пи–Джи–Эй». Пожалуй, его поражение сыграло бы на руку Лили, но, конечно же, она желала ему только победы. Потому что семья была для нее теперь на первом месте.
Глава 43
Несколько часов спустя Лили стояла у восемнадцатой лунки, и с замиранием сердца смотрела, как Шон заканчивает раунд. Чарли уперлась грудью в ограждение. Рядом Ред жевал уже третью никотиновую жвачку. Эшли они оставили в здании клуба, под присмотром нянь. Гольфисты, как оказалось, были весьма плодовиты: в игровой набралось немало детишек такого же возраста, как Эшли, и она могла поиграть с ними.
Увидев, как Шон и Камерон вместе идут по фервею, взволнованная Лили вцепилась пальцами в плечи Чарли. От лидера соревнований, Виатта Аллена, Шона отделяло лишь два удара. Ред уверял Лили, что на поле такой сложности может случиться все что угодно. Лидер может совершить ошибку. Отстающий может нагнать его. Совсем неизвестный игрок может вырываться вперед и завладеть игрой.
Оказалось, что быть зрителем довольно приятно. Это помогало расслабиться. В гольфе было старомодное очарование. Лили с удовольствием смотрела, как неспешно зрители переходят по полю, как аплодируют, как замолкают, затаив дыхание, когда смотрители поднимают таблички «тишина».
Однако сейчас Лили не удавалось расслабиться. И Чарли тоже. Лили заметила, что девочка дрожит от восторга. Имея проблемы в школе, в гольфе она все схватывала на лету.
Лили поймала на себе взгляд Реда.
— Что?
— Успокойся. Наш парень идет отлично.
Чарли обернулась и посмотрела на него.
— Это же очень важная лунка, Ред! Все зависит от того, как дядя Шон пройдет ее. Если он сделает берди, то выйдет на второе место.
— Вы о ком, юная леди? — спросил мужчина, случайно услышавший ее слова.
— О моем дяде Шоне, Шоне Магуайере, — ответила Чарли.
Таблички «тишина» взлетели вверх. Чарли повернула голову назад так быстро, что ее косички разрезали воздух, как лопасти вертолета.
Мердок пока шел вторым, однако явно не сомневался, что вырвет лидерство из рук Аллена. Это был только вопрос времени. Он сделал идеальный удар, и мяч приземлился прямо на краю водной преграды. Следующим ударом он должен был вывести его на грин, и тогда, если ему удастся сделать берди, Мердок мог претендовать на титул чемпиона. Если, конечно, Шон не сделает невозможное и не нагонит его.
Стоя посереди фервея, Шон и Камерон о чем–то тихо совещались. Даже за ограждением Лили ощущала напряжение, исходившее от них.
Мяч Шона упал так, что сейчас ему предстояло принять важное решение. Лунка находилась в трехстах ярдах, отделенная от них водной преградой и бункером — песчаной ловушкой, поднимавшейся до края грина. Виатт Аллен сделал пар на сложной лунке — результат не самый блестящий, однако достаточный для того, чтобы сохранить лидерство.
Чтобы продолжить участие в соревновании, Шону нужно было сделать пар. Берди вывел бы его на вторую позицию. Практически недостижимый игл — на два удара меньше пара — означал победу.
Безопаснее всего добить мяч до края водной преграды, это несложный удар. Потом ему останется ударить так, чтобы мяч перелетел через песок и приземлился на грине. Это давало бы Шону возможность сделать берди.
О чем же они спорят с Камероном?
Камерон предлагал ему айрон — железную клюшку с более короткой ручкой и плоской головкой: она позволила бы Шону добить мяч до воды, не утопив его.
Шон покачал головой, отказавшись от айрона. Вместо этого он взял вуд — деревянную клюшку, предназначенную для фервея.
Зрители ахнули. Он отказался от безопасной дороги. Он хотел одним ударом заставить мяч перелететь над озером, потом над бункером и упасть на грин, что позволяло ему сделать игл.
Ред прошептал проклятие.
— О чем он только думает!
— Он еще даже не ударил. — Лили пыталась не терять оптимизма. — За это лето Шон тысячу раз делал такие удары, я сама видела.
— Есть разница между полем Дональда Росса и тренировочной зоной.
— Шшш! — прошептала она. — Дай ему шанс.
— Я и дал! — буркнул Ред. — А он намерен выбросить его в помойку.
— Шшш! — снова остановила его Лили.
— Да! — выдохнула Чарли. — Шшш!
После того как Шон принял решение, Камерон изменил тактику поведения: он не противостоял дяде, а поддерживал его. Лили знала, что это качество идеального кэдди. Даже если игрок совершал ошибку после того как он принимал решение, кэдди следовало поддерживать и ободрять его, независимо от того, согласен ли он с выбранной стратегией.
«Молодец, Камерон», — подумала она.
Лили затаила дыхание. Глядя на Шона, она испытывала странное волнение. Когда он подошел к мячу, она заметила, как его напряжение сменилось удивительным спокойствием. Он должен сделать это. Жизнь не так жестока, чтобы отнять у него мечту.
Шон занес клюшку и сделал свой фирменный удар: изящное движение, в котором таилась скрытая мощь. Теперь оставалось только ждать. Казалось, что сосредоточенность толпы, следящей за траекторией мяча, замедляет его полет. Маленький белый шарик поднимался вверх, словно ракета, устремленная в небо.
Некоторые зрители шептали «давай, давай!» или «ну же, вперед!».
Дело, конечно, не в том, что у Шона много болельщиков. Просто настоящие поклонники спорта всегда желали, чтобы смелый удар достиг цели. А этот удар был не просто смелым. Это была своего рода попытка забить гол через все поле в самом конце матча. И Лили, стиснув зубы, молилась о том, чтобы она удалась, когда мяч достиг пика и начал снижаться, приближаясь к земле. Или, как ей показалось, к воде.
