прежде чем я его вырубил. Ну и эта валькирия видимо драться со мной насмерть собралась, только не надеясь победить. Иначе с чего бы это по ее бесстрастной моське слезы потекли.
Натерпелась, и нервы у нее уже на грани.
— Успокойся, не ради тебя я сюда пришел, — попытался я ее успокоить.
Не факт, что поймет, но может мой спокойный тон ее хоть немного успокоит.
Тот, ради кого я сюда заявился, обнаружился лежащим на широкой кровати буквально утопающий в крови. И кровь еще слегка текла, но сам купец уже труп трупом, помер Варханов. Видимо его агонию я и услышал, когда из зала в проходную комнату вышел.
На «сладкое» его потянуло, иначе не объяснить, почему в девичьей комнате на стул его халат наброшен, а сам он, пижон, только в шелковую нижнюю рубаху одет и из той же материи… кальсоны? Короткие штанишки, чуть ниже колен на завязочках. И это так нелепо на его огромном, пузатом, с бородой до середины груди, теле смотрелось, что я понимаю почему китаянка его убила. Встреть я его чуть раньше, тоже бы грохнул, абы только развидеть это зрелище.
Не упуская из виду девчонку, направился к купцу, и там возле кровати на полу обнаружил маленький когтеобразный складной ножичек.
«Теперь понятно, чем Варханова 'вскрыли».
Таким малюткой в тело тыкать бесполезно, но вот, если умеючи отмахнуться, шкуру там попортить, отпугнуть, или уже всерьез работать по глазам, по шее — что похоже и было сделано, на это его размера вполне достаточно.
Бросив взгляд на девчонку, я одобрительно ей кивнул, наклонился, поднял с пола нож, обтер его об чистый край простыни, сложил и перебросил его на другой край кровати, поближе к хозяйке. Но та даже не шевельнулась, продолжая стоять в стойке, за каждым моим шагом напряженно наблюдая.
Но то пускай смотрит, абы только не дурила, не шумела, остальное все неважно.
— Труп, — констатировал я очевидное, ухватив Варханова за бороду и повернув голову вбок, чтобы лучше рану рассмотреть.
Горло и вправду вскрытым оказалось, каким бы маленьким ножичек ни был, его лезвия вполне хватило, чтобы до артерии добраться.
Уже второй мой враг не от моих рук погибает. Сначала подпоручик с унтером своим, теперь купец… если еще и Чжэн сам от запора помрет, вообще хорошо бы было.
[1] Мащиткэ дысэе — приятного аппетита (кор)
[2] Камса хамнида — спасибо (кор)
[3] Ja — да (нем).
[4] Gut — хорошо (нем).
[5] Nein — нет (нем).
[6]Tā mā de — твою мать (кит).
[7] Хià lǎozi yī tiào — какого черта (кит).
Глава 22
Насмотревшись на «ошибку», доставившую моей семье столько неприятностей, я отпустил бороду Варханова и принялся вытирать испачканную в крови руку об простынь.
Как и было обещано немцам, со стороны этого купца им больше ничего не грозит, пусть и не я с ним разобрался.
Но ведь собирался? Собирался. Сюда забрался? Забрался. Проблема решена? Решена.
— Если тебе что-то нужно из вещей, то самое время собираться, пора уходить отсюда, — вытерев руку, я теперь уже полностью сосредоточил свое внимание на «решале».
Та продолжала в стойке стоять, правда уже не плакала, но все также внимательно отслеживала каждое мое движение.
Моих слов она, скорее всего, не поняла, хотя я и надеялся на обратное, все же у купца… не знаю сколько времени она тут прожила, но должна же была хоть немного местный язык подучить.
Судя по ее реакции — не подучила.
Меня же тут больше ничего не держало.
Трофеи собирать?
Так для этого сначала нужно всех обитателей этого дома под нож пустить, чтобы они раньше времени шум не подняли. И только потом уже спокойно заниматься поиском купеческой казны и других ценностей. То если бы я Варханова живым застал, тогда он бы принялся жизнь выкупать, сам бы признался, где и что лежит. А так… не стоит оно того, ради барахла рисковать.
Не дождавшись от китаянки никакой реакции, я, пожав плечами, на выход направлялся…
— Я ухожу, ты тоже тут не задерживайся, тем более тебя там снаружи два парня ждут.
Ох как она встрепенулись.
— Ага, — увидев краем глаза эту ее реакцию, я опустил руку, так и не отперев дверь, снова всем телом к девчонке повернулся. — Так ты, оказывается, меня все же понимаешь?
Вместо ответа, она быстренько метнулась к кровати и ножичек свой, мной ей брошенный, схватила, сжала его что есть сил в кулаке и замерла так, задумчиво на меня глядя.
— Какие пальни? — приняв какое-то решение, нож она раскрывать не стала, заговорила довольно бегло по-русски, пусть и с акцентом. — Фенг и Шэнли? Это они меня ждут? Блатья плишли за мной?
— Тихо! Не надо так громко, — я чуть не присел от неожиданности: молчала-молчала, а тут на тебе, чуть не возопила своим звонким голоском.
Все же нервничает она прилично, я-то с ней еле слышно говорил, чуть ли не шептал, а она из-за переживаний… вон, все осознав, окровавленной рукой рот свой закрыла и замерла, снова с испугом на меня глядя.
Я только головой укорительно покачал, одновременно тщательно прислушиваясь, не поднялся ли в доме переполох. Чтобы точно удостовериться, что не поднялся, провернул ключ в замке, отомкнув дверь и… замер, чуть ту же ошибку не совершил, что и китаянка недавно.
Уже не обращая внимания на девчонку, услышав, как оказалось, про братьев, она явно передумала со мной сражаться, уже как врага не воспринимает, так что даже не отшатнулась, когда я мимо нее прошел и у керосиновой лампы свет до минимума приглушил. После чего вернулся к двери, приоткрыл ее и сразу же выскользнул из комнаты, одновременно набрасывая на себя «покров» и задействовав «духовный взор». Это сквозь стены им бесполезно пользоваться, а вот так, по открытому помещению и по
