Впрочем, в глубине души она понимала, что дело не только в этом. Казио удалось заронить в ее душу зерна сомнения насчет Родерика, и, хотя Энни была уверена, что он ошибается, она не могла выбросить из головы неприятные мысли. Ей было необходимо снова его увидеть. Где он – в Эслене или вернулся домой в Данмрог?
Возможно, когда они доберутся до Палдха, ей удастся найти кого-нибудь, кто доставит Родерику сообщение о том, что она возвращается домой.
На следующий день поля уступили место громадным виноградникам, они росли на холмах, протянувшихся до самого горизонта. Энни вспомнила, как уже видела их, когда они ехали в экипаже, – она тогда еще подумала, что даже представить себе не могла такое количество винограда.
Она оглянулась на Остру, которая на этот раз шла в двадцати ярдах позади нее.
– Кажется, река Теремене впереди, – решилась она заговорить с подругой. – Если я правильно помню твои записи в дневнике.
– Думаю, да, – ответила Остра.
– Ты здорово придумала, – продолжала Энни. – С дневником. По крайней мере, мы знаем, где находимся. Как по-твоему, сколько дней пути осталось до Эслена?
– В экипаже было пять, – ответила Остра. – Но мы ехали не весь день и провели две ночи в Палдхе.
– Значит, шесть или семь дней, как ты думаешь, если мы поторопимся?
– Может быть, – сказала Остра.
– Мы и дальше будем продолжать в том же духе? – прикусив губу, спросила Энни. – Не разговаривать?
– Мы разговариваем, – ответила Остра.
– Ты же понимаешь, что я имею в виду.
Остра со вздохом кивнула.
– Просто… я по-прежнему люблю тебя, Энни, но иногда мне кажется, будто ты больше не можешь любить меня.
– Ерунда, – сказала Энни. – Ты моя лучшая подруга. И всегда была. И ты мне очень нужна.
– Но ты отстраняешься от меня, и мне очень больно.
– Я знаю, – проговорила Энни.
– Однако ты не собираешься ничего менять.
– Дай мне подумать, – вздохнув, ответила Энни. – А пока не могли бы мы заключить перемирие?
– Мы и не воюем.
– Я рада это слышать, – сказала Энни, изо всех сил стараясь, чтобы ее ответ прозвучал весело.
Они немного поболтали, пытаясь угадать, что их ждет в Эслене. Им было несколько менее уютно, чем раньше, однако это все равно было лучше молчания.
Через некоторое время Остра сообщила, что должна удалиться в кусты.
– Я с тобой, – сказала Энни. – Вино, которое мы выпили утром, рвется наружу.
Казио и з'Акатто воспользовались передышкой, чтобы немного посидеть.
– Не спешите, – сказал Казио. – Ослу нужно отдохнуть.
Девушки поднялись вверх по холму и зашагали между длинными рядами виноградников. Вскоре мужчины скрылись из виду. Энни пожалела, что еще не настал сезон для ягод – сушеная рыба и черствый хлеб, оплаченные ее волосами, и поначалу не казались вкусными, а теперь уже до смерти ей надоели.
– Слушай, а что там такое внизу? – спросила Остра, когда они уже собирались возвращаться.
Энни посмотрела в направлении, указанном Острой. От того места, где они оставили своих спутников, холм полого уходил вниз, в маленькую долину, тянущуюся до следующего холма. Вдоль берега ручья росла вереница ив, а чуть ближе виднелось что-то вроде неровной стены из красного кирпича.
– Похоже на развалины, – сказала Энни.
– Давай посмотрим, – предложила Остра.
Энни не очень хотелось изучать развалины – ей до конца жизни хватило приключений и незнакомых мест. Но Остра снова начала с ней разговаривать…
– Посмотрим и сразу уйдем, – согласилась она. – Мы не можем задерживаться.
Они стали спускаться по склону холма. Виноградник закончился где-то на его середине и снова появился только на следующем подъеме, сама долина оказалась неряшливой, заросшей диким виноградом, кустами и высокой травой. На земле кое-где валялись кирпичи.
– Наверное, это был замок или большой особняк, – сказала Остра, когда они подошли ближе.
Энни кивнула. Виноградом заросло почти все строение. Одна стена оказалась высокой – выше их роста. Остальные разрушились почти до основания. Однако очертания комнат были еще различимы, и становилось ясно, что дом был довольно большим.
Теперь, когда они спустились в долину, они увидели развалины и других домов. Но какие-то странные. Даже разрушенные, здания казались знакомыми.
Охваченная любопытством, Энни перешагнула через остатки стены и оказалась внутри. Неподалеку она заметила что-то вроде насыпи, которая при ближайшем рассмотрении оказалась остатками разбитого каменного ящика.
В следующее мгновение ей на глаза попался какой-то тускло-белый предмет, и она наклонилась, чтобы его поднять. Тот! оказался тонким, но довольно тяжелым, и, вздрогнув, Энни сообразила, что держит в руках кусок свинцового листа. Она провела по нему пальцем, нащупала полустертые буквы и тут же со вскриком отбросила прочь.
– Что случилось? – спросила Остра.
– Это город мертвых, – прошептала Энни. – Как Тенистый Эслен.
Она отошла от каменного ящика, который не мог быть ничем иным, кроме разрушенного саркофага.
– Святые! – пробормотала Остра, оглядываясь по сторонам. – А где же город живых? Мы слишком далеко от Пакре, и не думаю, что мы уже дошли до Теремене.
– Никто не следит здесь за порядком, – заметила Энни. – Город живых, наверное, тоже разрушен. Может, он находится чуть дальше, за долиной.
– Исчез целый город? – вслух удивилась Остра. – Как такое могло произойти?
– Ну, всякое случается, – сказала Энни. – Может, какая-нибудь болезнь или война… – Она вздрогнула. – Пошли отсюда. Это не наши предки. А вдруг им не понравится, что мы пришли?
– Подожди, – остановила ее Остра. – Посмотри вон туда.
Энни неохотно последовала за подругой, огибая кучу мусора. Там стояло какое-то сооружение, относительно целое, прямоугольное, с четырьмя стенами, но без крыши. Дверь упала, однако проем остался. А внутри деревья и дикий виноград разрослись так сильно, что казались непроходимой чащей.
– Это хорц, – сказала Остра. – Он ужасно похож на тот, что у нас дома. На тот, где мы нашли могилу Виргеньи.
Когда Энни поняла, что Остра права, ее охватило странное ощущение. Перед глазами замелькали тени, и она услышала голоса, которые что-то шептали на незнакомом ей языке.
– Нужно уходить отсюда, Остра, – потянула она за собой подругу. – Немедленно.
Остра повернулась к ней и удивленно посмотрела на Энни.
– Твое лицо, – с беспокойством проговорила она. – Ты в порядке?
– Просто мне нужно уйти отсюда.
Когда хорц остался позади, неприятное ощущение прошло.
– Что это было? – спросила Остра.
– Я не знаю, – ответила Энни, но, увидев скептическое выражение на лице Остры, добавила: – Действительно не знаю. Но сейчас мне стало лучше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
