— Его привёл мой брат?
— Нет, Флавиан.
— Ага, — сказала Марика. — И когда он ушёл?
— Приблизительно в полвосьмого.
— А сейчас сколько?
— Начало одиннадцатого.
— Стало быть, в Немете уже первый час пополудни, — вслух прикинула Марика. — Скоро Стэн должен обедать...
— Ой, извини! — спохватилась Марчия. — Ты, наверное, проголодалась...
— Не беда. Я всё равно не смогу есть, пока не повидаюсь с братом. Он был здесь?
— Да, был, час или полтора назад. Я даже разговаривала с ним. Он принёс для тебя и Аличе одежду, попросил меня заботиться о вас, а потом вернулся в Инсгвар.
У Марики отлегло от сердца, она облегчённо вздохнула.
— Значит, с ним всё в порядке!
— В полном порядке, — подтвердила Марчия.
— Кроме Стэна и Флавиана здесь ещё кто-то был?
— Ночью с Флавианом были какие-то люди, но я их не видела; я знаю это со слов отца. Они ушли около пяти, а отец разбудил меня в семь, когда вернулся Флавиан с домулом Энри и Аличе. Он велел мне позаботиться о барышне. Я принесла ей поесть, помогла раздеться и лечь в постель... Она была так странно одета — как мужчина!
— Гм, — в некоторой растерянности протянула Марика. — Так это не ты раздевала меня?
Ей стало неловко и неуютно. Кто же тогда раздевал её? Неужели Флавиан?.. Хорошо хоть она была в трусиках.
Однако Марчия тут же рассеяла её тревоги:
— Всё в порядке, это была я. Ночью Флавиан поднял меня, чтобы я позаботилась о тебе и оставалась с тобой... вернее, стерегла тебя — он так прямо и сказал. Ну, я тебя раздела, уложила в постель, сама легла рядом и сразу заснула. — Она сделала паузу, затем нерешительно проговорила: — И между прочим, на тебе тоже была странная одежда. Не такая странная, как на Аличе, но всё равно странная.
— А ты не знаешь, где она делась?
— Твой брат, когда приходил, попросил убрать её с глаз долой. Вместе с одеждой Аличе. Я взяла всю одежду, унесла к себе и положила в свой сундук. Можешь забрать её в любой момент. Но, боюсь, твоему брату она совсем не понравилась.
— Я знаю, — улыбнулась Марика и самым невинным тоном спросила: — Ты можешь открыть здешний портал?
Она очень боялась услышать ответ вроде: «К сожалению, не могу», или: «Я очень сожалею, но мне не велено открывать портал». Однако Марчия сказала:
— Конечно, могу. Хочешь увидеться с братом?
— Да. И немедленно.
— Ты не будешь завтракать?
— Позже. Сейчас я хочу поговорить со Стэном. Где портал?
— Совсем рядом. Это же королевские апартаменты.
— Тогда пойдём... Кстати, — произнесла Марика уже на ходу. — Почему ты называешь мою подругу «Аличе»?
— Она сама так представилась, — ответила Марчия. — Правда, я слышала, как ваш брат и Флавиан называют её «Алиса», но мне она сказала, что по-ибрийски её имя правильнее будет звучать «Аличе».
— В самом деле, — сказала Марика. Она как-то не задумывалась над этим раньше, но действительно: английское написание имени Алисы, «Alice», при желании можно прочесть по-ибрийски как «Аличе». Такое имя в Ибрии встречалось, хоть и не было особо распространённым. Прежде Марика не обращала внимания на это совпадение... если только это было простое совпадение. Среди тамошних языков были родственные не только славонскому, но и ибрийскому. Два из них Алиса даже знала — французский и итальянский. Так что ей виднее, как правильно произносится её имя по-ибрийски. Тем более, что в последние месяцы она его изучала по переводам нескольких книг со славонского.
Они миновали несколько безлюдных комнат и остановились у закрытой двери. Марчия положила руку на косяк и сосредоточилась. Присмотревшись, Марика увидела, что девушка отодвигает изнутри засов. Из вежливости гостьи она не стала вмешиваться, хотя могла справиться с таким препятствием секунд за десять — пятнадцать, тогда как Марчия потратила на это больше минуты.
Наконец засов был убран. Отворяя дверь, Марчия сказала:
— Проходи... только осторожно.
Предупреждение было отнюдь не лишним. Спальня — раза в полтора больше размерами, чем та, где проснулась Марика, и ещё богаче убранная, — временно превратилась в хранилище. И не просто в хранилище, а в хранилище вещей оттуда!
Марика охнула от изумления. Она, конечно, ожидала, что Алиса и отец прихватят с собой кое-какие вещи; они втроём даже составили список самого необходимого на случай вынужденной эвакуации — чтобы в последний момент не забыть ничего важного. Но Марика предположить не могла, что они перенесут столько всего!
Похоже, Алиса забрала всё своё. Абсолютно всё, за исключением мебели. Да и то — свой письменный стол, вращающееся кресло к нему, пианино и туалетный столик с зеркалом она всё-таки прихватила. Небось, попросила Стэна, а он не смог ей отказать и, бедняжка, тащил стол и пианино на своём горбу...
Сэр Генри был гораздо умереннее, но и он себя не обидел. Будучи мужчиной, он не питал слабости ко всяческим тряпкам и побрякушкам; зато его слабостью были книги — и, наверняка, все они, до единой, лежали сейчас здесь, в королевской спальне. Также отец не забыл о картинах, столовом серебре и фамильных драгоценностях.
Впрочем, подумала Марика, это нормально. Так или иначе, они покидали Норвик надолго, если не навсегда. А коль скоро под рукой была дюжина помощников (Марика не сомневалась, что все члены Совета были подняты по тревоге) и, вдобавок, в замке отсутствовали слуги (она вспомнила об этом только сейчас и решила, что это неспроста), то грех было не воспользоваться случаем и за оставшееся до полуночи время не забрать всё, что только можно забрать. Добро, если после исчезновения хозяина и его наследницы Норвик окажется под опекой надёжного и порядочного человека; но вдруг заявятся родственнички, которые не прочь умыкнуть всё, что плохо лежит...
Марика повернулась к Марчии:
— Ты, наверное, удивлена всем этим?
— Да, — кивнула она. — Очень.
— И у тебя много вопросов?
— Да.
— А почему ты их не задаёшь? Ты не любопытна?
— Нет, напротив. Я просто сгораю от любопытства.
— Тогда почему не спрашиваешь?
— Потому что ты не ответишь. Или будешь вынуждена солгать.
— Откуда ты знаешь? Уже у кого-то спрашивала?
— Нет, но для этого необязательно спрашивать. Просто я вижу, что это тайна.
С этими словами Марчия подошла к порталу (прикрывавший его гобелен лежал сейчас свёрнутый в углу) и принялась над ним колдовать. А Марика скользила взглядом по заваленной вещами комнате и думала, что в ближайшие дни следует рассортировать их и разложить по сундукам и шкафам, чтобы уберечь от сырости, пыли и солнечных лучей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
