домой.
Женщина ответила:
— Я не могу идти домой, потому что я приросла к земле. Я не могу двинуться с места, но ты приходи иногда навестить меня.
— Не говори так, дитя, — сказал Нанвакаве. — Я не могу тебя оставить здесь.
Он попытался выкопать корень, но тот становился чем глубже, тем толще. Нанвакаве бросил копать и хотел было разрубить корень, но женщина сказала:
— Не делай этого, дорогой, я могу умереть. Лучше иногда навещай меня.
Нанвакаве бросил попытки оторвать ее, а она сказала:
— Теперь я спою тебе песню нонлтсисталала.
И она запела:
Ты испугал всех своими дарами, чудодейственный танцор Нонлтсисталала, хиа-хиа-хиа-йа.
Ты взбудоражил всех своими дикими криками, чудодейственный танцор Нонлтсисталала, хиа-хиа-хиа-йа.
Ты обходишь весь свет, чудодейственный танцор, но ты отпугиваешь всех своими дарами, чудодейственный Нонлтсисталала, хиа-хиа-хиа-йа.
Женщина замолчала и потом сказала Нанвакаве:
— Когда ты вернешься домой, устрой пляску. Пусть Тавиха-майа исчезнет, он будет Хаматса. Спустя четыре дня пусть исчезнет Коакоасилилакилис. Он будет коминока и добудет пищу для Хаматса. Спустя четыре дня пусть исчезнет Нулилокуа. Он будет нонлтсисталала. А ты, Нунвакаве, будешь «медведем в дверях дома». У тебя будет два свистка. Танцоры должны омываться каждый четвертый день, а после того как они омоются четыре раза каждый четвертый день, они будут омываться каждый шестой день. После того как они омоются четыре раза каждый шестой день, они должны омываться каждый восьмой день, потом — каждый двенадцатый день. В течение четырех лет Хаматса не должны делать никакой работы под угрозой ранней смерти. Теперь ты знаешь имена всех танцоров. Иди домой и возьми имя дома Бахбаква-ланухусивэ для своего дома. Вот его имя: Лавакватсе — Место-Где-Находится-Красная-Кора-Кедра.
Нанвакаве и его сыновья пошли домой. Когда они вернулись в селение, Нанвакаве созвал народ, и после еды Тавихамайа исчез. Люди попытались разыскать его — того, кто был Хаматса. Нанвакаве сделал все так, как велела ему женщина. Он и его сыновья первыми провели зимнюю церемонию. Поэтому мы знаем о разных плясках и разных видах кедровой коры. Это все.
64. БЕЛКА И ГРОМ-ПТИЦА
Первые люди нумаим1 Гапеноху жили в Денасех — Песчаном. Йайагехтса был морским охотником, бедным гарпунером в доме вождя Куоменакулоса — Место-Где-Можно-Разбогатеть. Йайагехтса постоянно омывался в лесном озере. Неподалеку от озера была поляна, и Йайагехтса подозревал, что поляна эта чудодейственная. Поэтому он взял себе за правило дважды в день, по утрам и вечерам, омываться в озере. Однажды он остался в лесу на четыре дня. Искупавшись, он натерся тсугой. Потом он наломал чудодейственных верхушек тсуги и устроил себе постель под кустом. Эту работу он закончил уже в сумерки. Потом он опять выкупался в озере и натерся тсугой, а после этого лег. спать. На рассвете он встал, выкупался и натерся, а покончив с этим, пошел в лес и стал молиться, обращаясь к разным деревьям и кустам с такими словами:
— Я пришел просить вас смилостивиться надо мной, о чудодейственные! Посоветуйте, как мне получить чудодейственное сокровище на этой чудодейственной поляне: умоляю вас, явитесь мне сегодня ночью во сне и скажите, где мое сокровище, ради которого я пришел сюда. Помогите мне! — Так просил он деревья и кусты. Вечером он вернулся на поляну и прилег отдохнуть на свою постель. В сумерках он выкупался в пруду и опять натерся ветвями тсуги. Затем он вернулся к месту ночлега, лег и мгновенно уснул. Во сне явился ему человек, который сел возле его постели и сказал:
— О друг Йайагехтса! Друзья послали меня, чтобы я поведал тебе, чем кончился их вчерашний разговор, когда вождь Тис2 созвал свой народ — все деревья и кусты. Так говорил наш вождь Тис: «Ты хорошо поступил, обратившись к милости деревьев и кустарников; это правильно, что ты очищаешься дважды в день и натираешься тсугой». Чемерица сказала, что после тсуги ты должен натереться ее листьями, чтобы отбить запах человеческого тела, ибо тебе предстоит увидеть нечто необыкновенное: Гром-Птицу и двуглавого змея, который греется на солнышке на облюбованной тобой поляне. Однако будь внимателен, друг, когда увидишь двуглавого змея. Если он превратится в другое существо, на земле ты найдешь его чешуйку; если надеть эту чешуйку на стрелу, та будет бить без промаха.
Сказав это, человек исчез. Йайагехтса проснулся; уже светало. Он поднялся и пошел к озеру. Неподалеку от озера он увидел чемерицу и сорвал с нее четыре3 листка. Положив листья чемерицы на берегу, он искупался, растерся тсугой, а затем чемеричными листьями. Потом он пошел в лес и, так же как накануне, обратился с мольбой о помощи ко всем встречным деревьям и кустам. Вечером он вернулся на свою поляну. Сорвав по дороге четыре листа чемерицы, он выкупался в озере, натерся тсугой и чемерицей и лег спать. Эту ночь он очень хорошо спал.
Рано утром он поднялся и опять отправился к озеру, сорвав по дороге четыре листа чемерицы. Искупавшись и растеревшись тсугой, он долго натирал тело чемеричными листьями — так долго, что от них в конце концов ничего не осталось. Потом он вышел из воды и сел на берег, чтобы обсохнуть.
Вдруг он услышал приближающееся попискивание. Йайагехтса поднялся и спрятался за дерево. Странный звук приближался. Вдруг Йайагехтса увидел двуглавого змея, который двигался прямо на него. Змей выполз на открытое, обогреваемое солнцем место и остановился. Йайагехтса лишился чувств от растерянности и от ослепительного сияния змеиного тела.
Придя в себя, он услышал над головой свист крыльев спускающейся с неба птицы. Видимо, змей тоже услышал этот звук и постарался спрятаться. Йайагехтса увидел летящую Гром-Птицу, которая метала перед собой молнии. Гром-Птица попыталась схватить лапами змея, но змей превратился в белку и юркнул в нору в земле. Гром-Птица поднялась в небо. Йайагехтса подошел к тому месту на поляне, где лежал змей, чтобы отыскать чешуйку. Он увидел на земле что-то блестящее. Тогда он взял лист гаультерии4 и завернул в него чешуйку. Потом он отправился домой.
До селения он добрался уже в сумерках. Чешуйку он спрятал в корнях кедра позади дома. Потом он вошел в дом и лег спать. Во сне ему привиделся пожилой человек, который будто бы вошел в дом, сел по правую руку от него и сказал:
— Ты нашел свое чудодейственное сокровище, Йайагехтса, и не причинил мне вреда. Я двуглавый змей, а Гром-Птица хотела убить меня. Она не знает, куда я скрылся, когда превратился в белку. Ты мог бы получить свое чудодейственное
