Читаем без скачивания К новому берегу - Вилис Лацис

Кратко, в самых основных чертах, она рассказала собранию историю жизни Айвара. Когда она дошла до описания боев Латышской дивизии в районе Старой Руссы и второго ранения Айвара при штурме немецких позиций на высотке, Бокмелдер замахал рукой и крикнул с места:

— Хватит, хватит! Теперь мне все ясно! Все в порядке!

Он подошел к Айвару и протянул ему руку.

— Извини, товарищ Лидум, что я так спросил. Если бы я знал, никогда не коснулся бы этого старого дела.

— Ваш вопрос меня не обидел, товарищ Бокмелдер… — тихо ответил Айвар. — Вы имели право спросить… Каждый человек имеет право интересоваться моим прошлым.

Многие участники собрания почувствовали себя неловко и старались скорее уйти. Айвар вышел вместе с Анной — она просила немного проводить ее.

Когда они вышли на дорогу, было уже темно.

— Неприятно получилось, — заговорила Анна. — Если бы я знала, что за вопрос у Бокмелдера, я бы попросила его немного задержаться после собрания и все бы ему объяснила. Мне и с другими приходилось говорить о твоем прошлом. Но ты не слишком принимай это к сердцу. Люди все понимают и правильно оценивают тебя. Такие вопросы тебе придется слышать еще не раз, поэтому и головы не вешай.

— Я головы не вешаю, Анна… — ответил Айвар. — И все же неприятно… даже больно, когда бередят старые раны.

— За свою теперешнюю жизнь тебе стыдиться нечего, со временем забудется и старое, — немного помолчав, Анна спросила: — Как ты живешь, Айвар? Часто ли тебе приходится обедать?

Нежной лаской были эти слова для Айвара. Простая забота Анны взволновала его до глубины души: ей было небезразлично, как он живет, как себя чувствует.

— Спасибо, Анныня… — ответил он. — У нас в бригаде хозяйство общее. По очереди варим суп и печем оладьи, а белье стирает жена одного тракториста.

Он расстался с Анной у ворот ее дома. Короткий разговор, каждое сказанное ею в тот вечер слово запечатлелось в памяти Айвара, и он, счастливый, медленно шагал домой. Ночь была теплая. Хотелось подольше побыть на воздухе в одиночестве… и все время думать об Анне, о будущем — без Анны его будущее было немыслимо.

Отойдя с полкилометра от квартиры Анны, он вдруг вспомнил, что забыл рассказать ей о поездке в Ригу и передать привет от отца и Ильзы. «Вернуться? Она может подумать, что я нарочно забыл, чтобы зайти к ней. Лучше я приду завтра вечером… после работы… или когда вернусь из Айзпурской волости, — решил он. — В конце концов так даже лучше: будет предлог встретиться с Анной в ближайшие дни и немного поговорить о личных делах. Если обстоятельства позволят и хватит духа… может, намекну ей как-нибудь о своих чувствах… и, может быть, она…»

Нет, представить себе, что может быть дальше, он не мог.

9

На полпути от волисполкома до МТС, где дорога сворачивала в лес, граничивший с болотом, возле группы молодых сосенок стоял мужчина. Луна светила ему в спину, на дороге было светло, почти как днем, а человек стоял в тени. Безмолвный и неподвижный, он сливался с окружающим; его темный силуэт не выделялся на фоне сосенок.

По дороге, громко разговаривая, шли коммунисты и комсомольцы, возвращающиеся с собрания. Они прошли всего в нескольких шагах мимо стоявшего в тени человека, но ни один не повернул головы в его сторону. Немного погодя на дороге показались двое велосипедистов. Один был Клуга, другой — директор школы Жагар. Маленькие светлые пятна от фонарей, бежавшие впереди велосипедов, бледнели на освещенной луною дороге.

— У Лидума сегодня был довольно горячий денек, — говорил Клуга.

— Но он от этого только выиграл, — отозвался Жагар. — Теперь его авторитет вырастет.

— Так-то оно так, но я не хотел бы быть на его месте, — продолжал Клуга. — Когда Бокмелдер задавал эти вопросы о прошлом Лидума, мне было как-то не по себе.

Жагар что-то ответил ему, но стоящий в зарослях уже не мог расслышать его слов, хотя прислушивался очень внимательно. После этого на дороге довольно долго не появлялась ни одна живая душа. В болоте квакали лягушки, откуда-то издалека донесся неприятный крик филина. Тихо пищали комары. Наконец снова раздался звук шагов. Когда в лунном свете на повороте дороги показалась рослая фигура Айвара Лидума, незнакомец сразу узнал его. Убедившись, что у Айвара нет спутника, он оставил укрытие и бесшумно, как привидение, появился на дороге рядом с парнем.

— Добрый вечер, Тауринь, — окликнул он Айвара.

Айвар вздрогнул и быстро отпрянул. Узнав Пикола, он поздоровался.

— Добрый вечер, Пикол… — сказал Айвар. — Вы меня испугали. Мне и в голову не могло прийти, что здесь меня кто-то ждет.

— К этому вам надо привыкать, — тихо засмеялся Пикол. — Я всегда буду встречать вас, когда вы меньше всего ждете этого. Иначе нельзя — живя в окружении, приходится быть настороже.

— Ко мне это не относится, — заметил Айвар.

— Ко всем относится. И к вам, пока не изменятся обстоятельства, — сказал Пикол.

Луна освещала лицо Айвара, и Пикол наблюдал за ним.

— Пойдем потихоньку, я вас провожу немного… до опушки леса, — продолжал Пикол. — Нам надо поговорить.

Он пропустил Айзара вперед и пошел на расстоянии шага от него.

— Значит, вы были в Риге… — заговорил после небольшой паузы Пикол. — Ну как, не слишком придирались к вашему отчету?

— Настоящего отчета делать не пришлось, — ответил Айвар. — Начальник принял письменный доклад, перелистал его, задал несколько вопросов и этим ограничился. С таким же успехом я мог бы послать этот отчет по почте, но нельзя — считается секретным материалом.

— В следующий раз захватите одну копию для меня.

— Когда?

— Я сказал — в следующий раз. Держите всегда при себе. Когда встретимся, передадите мне. Ведь пиджак у вас с карманами?

— Понимаю, Пикол…

— Итак, сегодня вечером у вас были маленькие неприятности. Начали интересоваться вашим прошлым. Кто бы мог ожидать этого от Бокмелдера — сам такой тюлень, а какое любопытство, какая бдительность!

— Откуда вы это знаете? — Айвар с изумлением посмотрел на Пикола, тот таинственно усмехнулся.

— Как видите, знаю, Тауринь. У меня повсюду уши и глаза. Все знаю, что мне нужно. Прошу это запомнить.

— Вот это здорово, — Айвар силился улыбнуться. — Не скроешь ничего от вас.

— Так и должно быть, — сказал Пикол. — Только тогда можно успешно бороться.

«Кто бы это мог быть? — пытался отгадать Айвар. — На собрании были только активисты волости, давно известные и проверенные люди. По-видимому, у Пикола имеется среди них агент. Но может, он узнал как-нибудь иначе? Говорят, что и стены имеют уши… Может, Пикол сам подсматривал, ведь ставни не были закрыты?»

Когда Айвар еще раз посмотрел на своего спутника, он заметил, как при лунном свете что-то блеснуло в его правой руке. Это был ствол небольшого револьвера. Айвар отвел взгляд и сделал вид, что ничего не заметил. «Продувная бестия… — подумал Айвар. — Не доверяет, в любой момент готов перегрызть горло. Взять голыми руками будет трудно».

— Я написал ответ… отцу… — заговорил он.

— Вот хорошо, давайте сюда, — сказал Пикол. — Через несколько дней ему доставят.

Айвар достал из кармана незапечатанный конверт и протянул Пиколу. Засунув правую руку с револьвером в боковой карман, Пикол взял конверт левой и, повернув к свету, внимательно осмотрел.

— Хорошо, что не написали имя, — сказал он. — Пришлось бы менять конверт. Умно сделали, что не заклеили, мы все равно распечатали бы. Письма, содержание которых нам неизвестно, наша почта адресатам не передает, — и он снова тихо засмеялся. — Видать, вы находчивый парень. Недаром, Тауринь, вами так интересуется руководство.

— Вы думаете, что из меня выйдет что-нибудь дельное? — весело, в тон Пиколу, спросил Айвар.

— Почему не выйти, если есть желание и определенные способности… — отозвался Пикол. — Мы, со своей стороны, поможем освоить все необходимое.

Спрятав письмо в карман, Пикол замер и на минуту весь превратился в слух — его что-то встревожило. Айвару тоже показалось, что за их спиной в лесу раздался звук шагов. Но сейчас все было тихо, только лягушки на болоте продолжали концерт да изредка слышались одинокие голоса ночных птиц.

Пикол повернулся к Айвару. Его лицо стало серьезным, взгляд назойливо впивался в глаза.

— Ну, вы обо всем подумали, Тауринь? Нам нужна ясность. Согласны вы начать работу и получить первое задание?

— Я готов, Пикол… — ответил Айвар, спокойно выдержав его взгляд. — Надеюсь, что невозможного вы не потребуете.

— Нет, пока ничего трудного не предстоит, — ответил Пикол. — Поймите, мы хотим вас как можно дольше сохранить для работы в легальных условиях. На вас не должно пасть ни малейшего подозрения, тем более что местные коммунисты не вполне вам доверяют, — вспомните только выступление Бокмелдера.