историю, как герои и защитники Марса. Как ни странно, они были голубыми, хоть и втайне сочувствовали Красной планете. Кажется, в начале их было немного больше тридцати. Видимо, число их уменьшилось во время битвы с охраной. Защитники пушки могли оказаться серьёзной проблемой, но я и не с таким трудностями, как пара дырок в груди, удачно справлялся.
Во время бурных переговоров с военным советом множество раз прозвучало слово «предатель». Не впервые в истории одно удачное предательство переворачивало ход войны с ног на голову. Я предал Марсианскую корпорацию уж конечно не ради каких-то жалких денег. Скорее, меня вело за собой некое подобие веры в будущее. Приятное чувство – осознавать, что спас целую планету от порабощения. Отныне, она свободна. И если кто-нибудь попробует снова прийти сюда – их встретит Марсианская орбитальная станция, которую мы удачно позаимствовали у корпорации, и «Большая пушка». Простит ли меня когда-нибудь моя Земля за это предательство – ведь я подписал ей приговор. Марс, несомненно, превзойдёт свою соперницу Терру – когда-нибудь, рано или поздно. Но, кажется, в этом трудном вопросе главную роль играет не то, кого ты предаёшь, а то, чему остаёшься верен до конца. Но это – всего лишь мнение того, кто прожил несколько тысяч лет. Готов признать, что могу и ошибаться.
Остатки освободительных войск, после небольшого сопротивления, сдались в плен. Они лишились всего и сражаться им было больше незачем. Десятки тысяч пленных с орбитальной станции и из выживших солдат. Если бы они продолжили борьбу, то эта война могла продлиться ещё несколько месяцев, а может и лет. Но кто из них захочет теперь умирать на чужой планете?! Всё, чего они хотели, это вернуться домой.
С нашими пленниками Марк решил поступить благороднее, чем они поступали с нами. Все солдаты, прибывшие на Красную планету, вернуться на Землю в грузовых кораблях. Пусть каждый на Терре знает, что Марс не просто небеззащитный, но ещё и милосердный. Разумеется, если только кто-нибудь из них не пожелает остаться и назвать Марс своим новым домом. Вместе с помилованными пленными в земные страны будут отправлены новые послы. Они будут нести весть о славной победе и о том, что каждый может присоединиться к написанию великой марсианской истории. У нас появятся новые союзники. Миллионы людей устремятся к нам и построят новые города.
За свои действия, я получил медаль «Герой Марса»; монстр, без которого мы бы не справились, получил их целых две – «Герой Марса» и «Герой Земли» за верную службу красному движению на Терре. Она затерялась где-то в груде вещей – кто знает, может, я её уже и выбросил. С годами я становлюсь таким рассеянным.
Наш великий главарь так и сказал мне, что теперь полностью уверен в моей верности и преданности Марсу. Он заявил, что хочет видеть во мне приемника, но я отказался. После Марка, пусть народ Марса сам выбирает себе нового лидера из числа достойнейших. А я же решил отправиться обратно на Терру, пообещав вернуться на Марс лишь в том случае, если ему снова будет угрожать опасность.
Мы с этим чудовищем решили провести оставшуюся жизнь в старом мире – на старушке Терре. Марк – единственный, кто сможет вытащить страну из ямы и руины, в которую привела её война. Марсу нужен лидер, который не просто примерит его со всеми странами на Терре, но и приведёт молодое государство к величию, которое оно заслуживает. Ему предстоит превзойти все народы, когда-либо населявшие Землю.
Как сказали двое бессмертных, Марс – будет вершить свою судьбу среди звёзд. Жаль, что в наши планы не входило жить достаточно долго, чтобы увидеть рассвет первой космической цивилизации. В далёком будущем, Марс – станет последней надеждой человечества и его воротами в новые миры. Но всё это произойдёт намного позже и уже без нас. Наш путь лежит к Земле – нашему настоящему дому, хоть и грязному от алчности и лицемерия населяющих его людей, единственному месту, где нам хотелось бы закончить свой путь и свою историю.
Солнцестояние Третье
Наша цель – пройти свой путь ошибок до конца; только тогда мы поймём, кем должны были быть и куда должны были идти с самого начала. Так, в конечном итоге, будет правильно. Но даже это грозит оказаться ошибкой.
Ну, ты наверняка к тому времени уже догадался, что в одежду Ганса, а так же в его лицо и воспоминания, был облачён твой верный слуга. Моей целью было помочь тебе воплотить в жизнь план, что давно уже зрел в твоих мыслях. А самое главное, за что я заслуживаю признания – я ни секунды не лгал тебе. Я действительно практически десять лет провёл и служил рядом с теми, кого в большей степени следовало опасаться. Чтобы этим людям ни стало известно о нашем проклятии и они не захотели бы использовать его в своих корыстных целях – приходилось бросаться в самое пекло всех самых ужасающих человеческое воображение событий. Для тебя это была русская компания и битва на Волге, а для меня – служба фабрики смерти. Нами обоими в то время завладел ужаса и мы стали его заложниками. Но наш срок подходил к концу и пришло время освободиться. Мы могли бы предотвратить катастрофу, но вместо этого узниками кошмара, в страхе не высовывая носа; и сами стали частью охватившего весь мир кошмара.
Возможно, по большей части, это произошло оттого, что прожив столько веков и встретив гибель стольких цивилизаций – мы всё равно не разучились быть людьми. О, потерять человеческий облик и стать настоящими героями для таких как мы – было бы слишком большим счастьем. Мы заразились общей временной шизофренией и слабоумием – стали жертвами обстоятельств и времени. По какой ещё причине сотни, тысячи, десятки тысяч пленников не могли голыми руками свернуть шеи паре десятков охранников, пусть и вооружённых до зубов?! Мы смирились с тем, что это наша судьба – просто наблюдать, вытирать со щеки плевки и ни в чём не принимать участия. И только теперь, в самом конце, когда всё, казалось бы, уже предрешено, мы начинаем бороться. Как всегда, слишком поздно.
А возможно и нет, не поздно.
Нет, определённо не слишком поздно.
– Как думаешь, сколько времени у нас осталось до того, как сэмы с англичанами придут сюда за своими ребятами? – это были первые слова, которые ты услышал, начиная приходить в себя, а точнее, воскреснув после «вечного сна».
– Проклятие, –
