Читаем без скачивания Частный детектив Выпуск 4 - Алистер Маклин

– Это верно, – подтвердил Джим Брэкстон. Его вид красноречиво говорил о том, кто в этой семье главный.

– Продолжайте, – попросил Мейсон.

– Ну в общем–то, мистер Мейсон, это все. О Натане Бейне я скажу еще одно. Он – великолепный оратор. Дайте ему возможность поговорить, и он ворону заставит отдать свой сыр. А когда начал завлекать Элизабет, то действительно творил чудеса. Был приятнейшим, деликатнейшим человеком – такого жениха вы еще не встречали. Но меня не проведешь, я за версту чую людей такого сорта. Иногда мне казалось, что по нему растекается лицемерие, словно это был какой–то сосуд, доверху залитый хитростью. Провести меня он не мог и чувствовал это.

– Вы высказали Элизабет все, что вы думали о нем?

– Естественно, я выложила ей все как есть. Я ее предупреждала и… Но она меня не послушала.

– И что дальше?

– Ну, естественно, наши отношения несколько испортились, поскольку она была полностью загипнотизирована Натаном. И ничего нельзя было сделать: она тут же бежала к Натану и все пересказывала.

– Дорогая, обожди–ка минутку, – вмешался Джим. – Ты ведь не знала, приходила ли она к Натану и…

– Не лезь туда, в чем ты не смыслишь, – резко оборвала его Джорджиана. – Я знаю наверняка, что она делала и что нет. Я могла бы назвать каждую минуту, когда она делилась со своим Натаном. Могу судить по перемене, которая сразу же происходила в нем. Сначала он пытался гипнотизировать меня как свою родственницу, но с той минуты, когда он узнал мою позицию, тут же свернулся, как улитка, и затаил злобу.

– Продолжайте, – попросил адвокат, – давайте поговорим о том, что можно использовать в качестве свидетельских показаний, если они у нас будут.

– Хорошо, мистер Мейсон, я как раз рассказываю вам, что сразу же после свадьбы он был, правда недолго, самым внимательным мужем. Прикинулся тихоней, прямо–таки танцевал вокруг нее. Затем мало–помалу стал именно тем, кто есть на самом деле. Во–первых, он начал полнеть. Вернее, стал по–настоящему жиреть. Он просто жрал, жрал и жрал…

– Бог с ним, с этим ожирением, – вздохнул Мейсон, – давайте поговорим по делу.

– Ну, как я уже говорила, некоторое время он изо всех сил старался произвести приятное впечатление, затем начал показывать свое подлинное лицо. На первых порах он довольно бесцеремонно пытался уговаривать Элизабет профинансировать то или иное очередное деловое предприятие, а потом не стесняясь направил свои усилия на то, чтобы получить от нее разрешение на управление всем ее имуществом. Но к чести Элизабет нужно сказать, что она довольно быстро раскусила его штучки. Она сама довольно хорошо разбиралась в деловых вопросах и берегла, не транжирила свою собственность, полностью ее контролируя и не собираясь от нее отказываться. Я утверждаю, что Натан переменился с той самой минуты, когда понял, что связал себя с женщиной, которая и не думает плясать под его дудку, отдавать ему собственность, а, наоборот, считает ее своей и желает сама ею распоряжаться. Я знала, что что–то должно случиться. Однажды я предупредила Джима, а потом повторяла то же самое десятки раз. Джим, говорила я ему, смотри за этим человеком, он способен на все…

– Мы говорили о его первой жене, – прервал ее Мейсон.

– Хорошо, однажды он подвыпил и неожиданно разговорился о своей прежней жизни, что он крайне редко делал, и тут упомянул о своей первой жене.

– Как ее звали?

– Марта.

– И что же он рассказал?

– Ну, они были женаты уже два года или два года с хвостиком и отправились в Мехико, и она, как оказалось съев чего–то рыбного, внезапно заболела, очень сильно заболела. Он описал, какой это был кошмар – ночью перевозить ее через границу и пытаться получить по пути домой квалифицированную медицинскую помощь. К тому времени, когда он доставил ее домой, семейный врач установил, что она была уже в критическом состоянии. Врач заявил, что это было, без сомнения, пищевое отравление испорченными морскими продуктами. Ну а затем она умерла, и все этим кончилось.

– Как вы определили, что в болезни проявились симптомы отравления мышьяком?

– Я же говорю вам, мистер Мейсон, он сам рассказал о всех деталях. В общем–то, говорить о таком не очень прилично, но он был под винными парами и не стесняясь рассказывал о всех этих неприятных физиологических подробностях, когда он вез умирающую женщину по дикой мексиканской пустыне. И именно тогда он упомянул о конфетах. При всей его тяге к жирной пище он терпеть не может шоколада. По его словам, Марта взяла с собой в дорогу коробку шоколада, которую съела уже в Мексике. В ту же самую минуту, когда он только проговорился об этом, в ту же самую минуту, запомните, я уже догадалась, что произошло на самом деле. Я порылась в медицинском справочнике, изучила все симптомы, и, будьте уверены, все они были налицо. Марта была отравлена мышьяком, который был в той самой коробке с шоколадом, из которой она взяла и съела несколько конфет сразу же после рыбного обеда.

– Кто ей вручил шоколад? – спросил Мейсон.

– Боже, откуда я могу знать? Но можно биться об заклад, что именно он отравил мышьяком шоколад.

– Бейн не обращался к мексиканскому доктору?

– Нет. Марта якобы сама этого не хотела, да и он считал, что это нежелательно. Как сейчас подает эту версию Натан, они оба были уверены, что у нее простое пищевое отравление и что, прочистив желудок, она быстро поправится. Словом, они решили не обращаться к местному врачу и добраться домой. Если вы меня спросите, почему он хотел доставить ее домой, то я отвечу, что у него есть знакомый доктор, с которым он играет в гольф, и поэтому Натан был уверен, что доктор подпишет любое свидетельство о смерти, не задавая лишних вопросов. Врач согласился с диагнозом рыбного отравления, и, когда она через два дня умерла, он без лишних проволочек подписал свидетельство о смерти.

– Где они жили в то время? – поинтересовался Мейсон.

– В Сан–Диего.

– А что с телом Марты? Ее кремировали или?..

– В том–то все и дело, – продолжила она. – Он хотел, чтобы умершую кремировали, но ее родители требовали, чтобы ее похоронили, и они настояли на своем. Сама она не оставила никакого завещания или распоряжения, как поступить после ее смерти, и поэтому ее похоронили.

– Где?

– В Сан–Диего, на местном кладбище.

– Ну что же, я рад, что вы мне все это рассказали, – подвел черту под обсуждением адвокат. – У нас есть теперь над чем поработать.

– Видишь, – повернулся Джим Брэкстон к жене, – говорил я тебе, что это важно.

– Теперь, – обратился к ним Мейсон, – я хотел бы, чтобы вы осознали и поняли одну вещь: никто из вас не произнесет об этом ни слова, пока я не разрешу. Понятно?

Они оба кивнули головой.

– Ваши свидетельства могут оказаться очень важными, – подчеркнул адвокат. – Все факты в этом деле перекручены. Нелли Конуэй заявляет, что Натан Бейн хотел заплатить ей за то, что она вручит его жене лекарство, которое якобы облегчит ее страдания, и та не будет слишком нервничать. Нелли принесла мне это лекарство. Я взял одну таблетку для анализа, и она оказалась обыкновенным аспирином… Бессмыслица какая–то! А затем вдруг Элизабет Бейн умирает. Натан Бейн явно юлит, норовит выскользнуть сухим из воды, заодно прихватив с собой наследство. Чтобы заткнуть всем рот, он явно стремится бросить тень подозрения на всех, кроме самого себя. В подходящий момент я хотел бы нанести такой удар, который произвел бы воистину ошеломляющее впечатление. Именно поэтому я и хочу, чтобы не произошла утечка этой информации, ни единого словечка. Понимаете?

– Сделаем все, что вы скажете, – заявил Джим Брэкстон.

– Хорошо, договорились, – заметил Мейсон, – и я хотел бы, чтобы вы точно следовали инструкциям. Все может оказаться гораздо более важным, чем вы сейчас думаете.

– Ну, положим, – вздернув подбородок, заметила миссис Брэкстон, – я–то знаю, когда держать свой язык за зубами, а что касается Джима, он никогда не болтает, не правда ли, Джим?

– Да, дорогая, конечно.

– И ты будешь исполнять инструкции мистера Мейсона, не так ли, Джим?

– Да, дорогая.

– Вам нечего беспокоиться, – она обернулась к адвокату.

– Итак, – Мейсон сухо улыбнулся, – все говорит о том, что вы оба понимаете, о чем идет речь.

Глава 14

Ночь была ясная и спокойная. Свет звезд ровно сиял в глубине неба, но его забивали мощные прожекторы в аэропорту. Мейсон влился в поток пассажиров, спешащих к выходу. Выполняя инструкции, Джим и Джорджиана Брэкстон были среди первых спустившихся по трапу с самолета, адвокат же пристроился в конце очереди. Пока Мейсон поднимался по лестнице в центральный зал аэропорта, он незаметно и быстро огляделся, ища взглядом Деллу Стрит. Ее нигде не было. Начиная беспокоиться, он направился к выходу и здесь внезапно увидел лейтенанта Трэгга с небольшим чемоданчиком в руке. Тот, нетерпеливо поглядывая на громадные часы в зале, мерил шагами пол. Мейсон, повернувшись спиной к лейтенанту Трэггу, поспешил к выходу. Он уже почти проскочил незамеченным к тяжелым стеклянным дверям, когда Трэгг резко и довольно бесцеремонно окликнул его по имени. Мейсон повернулся, изобразив на лице крайнее удивление. Трэгг заторопился к нему.