если все заканчивается его могилой? Не так ли следовало бы тогда думать о Боге, как о каком-то ненормальном земном отце, который родил ребенка, возрастил его, воспитал, помог ему овладеть всеми науками и получить все научные степени и дипломы, довел до зрелого во всех отношениях состояния, а потом вдруг вырыл могилу и закопал его?
Божественная любовь и любовь родительская одинаковы в своих характерных проявлениях, так как та и другая направлены на добро, во благо и на счастье того, кого любят. Мы можем усомниться в любви родительской, но никак не в любви нашего Небесного Отца. «Ибо так Бог возлюбил мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную» «Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего?» (Рим., гл. 8).
Вот почему мы верим в существование загробной жизни!
«Любовь никогда не перестает», не прекращается.
Уже по одному этому любовь бессмертна, вечна! «Бог даровал нам жизнь вечную, и сия жизнь в Сыне Его. Имеющий Сына Божия имеет жизнь; не имеющий Сына Божия не имеет жизни. Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божия, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную» (1 Ин.).
А что если загробной жизни нет?
Вера в Бога, в бессмертие души и загробную жизнь кажется атеистам-безбожникам чем-то вроде намордника, который противоречит внутреннему складу их души и, конечно, препятствует их греховным планам, делам и наслаждениям… Они ведь не «вкусили и не убедились, как благ Господь» и не знают еще, что «иго Его благо и бремя Его легко»…
Атеисты боятся проиграть, просчитаться. Они рассуждают так: «Христос обещает мне вечное блаженство на небесах и требует от меня, чтобы я ради этих наслаждений, которые ожидают меня на небесах, пожертвовал теми, которые я могу иметь на земле. А кто знает, может быть, загробной жизни нет? Если я откажусь, живя на земле, от «временных греховных наслаждений», а там вдруг окажется, что и «вечного блаженства» нет, тогда я теряю и то и другое»…
Так рассуждая, атеист видит некое преимущество в своем отрицании бытия Божия и загробной жизни. Он силится заверять и убеждать себя и других в том, что «Бога нет», хотя сам в этом вовсе не уверен, и вынужден жить верою не в Бога, а в «безбога»…
Не все атеисты, нужно сказать, – люди книжные, сведущие, ученые; и не все ученые – атеисты. Среди тех, кто называет себя атеистами, есть несметное число отъявленных невежд, никогда не прочитавших ни одной книги, серьезно трактующей философские и религиозные вопросы. Некто сказал: «Есть три рода невежд: одни ничего не знают; другие очень плохо знают то, что нужно было бы хорошо знать; третьи – знают все, кроме того, что следовало бы знать»… Некоторые люди стали атеистами просто потому, что не доросли еще умственно до постановки перед собою главных проблем жизни. Некоторые из них слишком заняты накоплением материальных благ и поэтому неспособны духовно мыслить. У некоторых из них нет даже мнимых «доказательств» того, что «Бога нет», но зато есть большое желание, чтобы Его не было: тогда было бы чем оправдать свою порочность, разнузданность, произвол и бессмысленность своей жизни. Какой же толк от невежества и атеизма? Ничего, кроме вреда!
Хотя бы на этом основании мы утверждаем, что вера в Бога и загробную жизнь имеет бесценные и неисчислимые преимущества перед неверием, во всех отношениях: «Благочестие на все полезно, имея обетования жизни настоящей и будущей» (1 Тим., гл. 4).
Вера на все полезна, а какой толк от неверия? Абсолютно никакого! Равно такая же польза и от скептицизма, вольнодумства и разного рода безбожия. Люди неверующие, но по своей природе искренние и честные, быстро убеждаются в том, что атеизм только разрушает веру в Бога, а взамен ничего, кроме тупого упрямства и отчаяния, не дает.
Мы вправе спросить каждого такого отрицателя: «Вот ты гордишься своим вольнодумством и хвалишься неверием, но осчастливило ли оно твою душу? Осмыслило ли оно твою жизнь? Подняло ли оно тебя на более высокий уровень нравственно и морально?
Вот ты хвастаешься тем, что «освободился» от Бога, Библии, Церкви и от «мракобесия», а не знаешь, что вовсе от них не освободился, а только «заменил истину Божию ложью» (Рим., гл. 1).
Ты говоришь: освободился от «религиозного дурмана»? Но освободился ли ты от вины за грехи и злодеяния и от страшной ответственности твоей пред всевидящим Богом? Перестал ли ты думать о смерти и вечности? Избавился ли ты от внутреннего сознания неизбежной смерти, справедливого Божьего осуждения и гибели в озере огненном? На все эти и подобные им вопросы у тебя может быть только один ответ: Нет! Нет! Нет! И еще миллион раз – нет!
Легко сказать: «Бога нет, и я не верю в бессмертие души и существование загробной жизни!» Но что представляет собою такая громкая декларация пред судом даже нашей человеческой логики и здравого смысла?
Если нет ни Бога, ни бессмертия души, ни загробной жизни, тогда вся Вселенная и окружающий нас мир – сплошная запутанность и неразбериха.
Если нет Бога, души и вечности, тогда величайший из всех мировых документов, сокровищница непревзойденных духовных идеалов, Священное Писание – самый грубый обман, неправда и заблуждение.
Если нет Бога, бессмертия души и загробной жизни, тогда многовековая Всемирная история человечества – вопиющая несправедливость.
Если нет ни Бога, ни души, ни вечной жизни, тогда человек как таковой – непостижимый феномен.
Если нет Бога, бессмертия души и загробной жизни, тогда наша личная земная жизнь со всеми ее успехами, неудачами, знаниями, страданиями тела и терзаниями души – неразгаданная тайна.
Если нет ни Бога, ни души, ни жизни нетления, тогда святейший и совершеннейший из всех сынов человеческих, Сын Божий, Спаситель мира Иисус Христос был способен на ложь и обольщение.
Если нет Бога, души и вечности, тогда любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милость, вера, кротость, воздержание, надежда и многие другие высокие добродетели – необъяснимые и ненужные вещи.
Если нет ни Бога, ни бессмертия души, ни загробной жизни, тогда совесть, мораль, нравственность, справедливость – злостная выдумка и непотребные ограничения.
Тогда, воистину, следует «ублажать мертвых, которые давно умерли» и завидовать каждому, «кто еще не существовал, кто не видел злых дел, какие делаются под солнцем»… Тогда «все суета сует и томление духа»… Тогда полное разочарование во всем, абсолютная бессмысленность, безнадежность и отчаяние.
