не одна, а сразу шесть красоток.
— Откуда у тебя такие связи, предводитель?
— Я близко знаком с ХёМин. Мы как-то вместе гуляли на вечеринке. Кстати, остальные пять девушек совершенно свободны. И сдаётся мне, они очень тоскуют оттого, что у них нет опп.
— Мансе, мансе, мансе! — восторженно кричат сослуживцы. — Предводитель, ты лучший!
* * *
ЮнМи и СунОк заняты очень важным делом. Выбирают для Юны подходящую группу, к которой ей можно было бы без проблем присоединиться. Уже рассмотрены и безжалостно забракованы десятки девичьих коллективов.
— Дэбак! — удивляется ЮнМи. — Как, оказывается, в Корее много гёрлс-групп. И как они только все здесь помещаются. Я некоторые названия даже не слышал ни разу. Вот кто такие "Blackpink"?
— Это новая группа. Говорят, очень перспективная. Может, тебе к ним попробовать?
— Ну, не знаю, — тянет ЮнМи. — Название мне не очень нравится. Чёрно-розовые. Ну что такое чёрно-розовые? Пантера, что ли, полосатая? Или фламинго в пятнах? Хотя по возрасту подходят. Давай ещё поищем.
— Вот! — радуется СунОк. — "Корона"! Классная группа. Я на их концертах два раза была. Тебе они тоже нравились… Ну, до аварии. Говорят, у них сейчас трудные времена. И у них как раз две девушки ушли — Арым и Хваён.
— Ты что, СунОк, у меня же с ними разница в пять-шесть лет. Не-не-не, только не эти старушки. Они же меня там в усмерть загнобят. Только и буду, что за кофе для них бегать и сумки, как самая младшая таскать… Что?
СунОк с трудом отводит взгляд от лица ЮнМи и передёргивает плечами:
— Никак не могу привыкнуть к этим твоим глазам. Они меня словно насквозь просвечивают.
— Ну а я что могу поделать? Они сами такими стали. Даже врач не знает, как это получилось.
— Почему не знает? Он ведь сказал нам, что это награда тебе от Гуань Инь за спасение школьников.
— И ты этому веришь?
— Мама верит. А я… пока ещё не определилась. Как-то трудно всерьёз принять, что на мою родную сестру в самом деле обратила своё внимание всемогущая богиня. У тебя глаза больше не болят?
— Нет, всё хорошо. Ну что, давай продолжим. Мы ещё и половину групп не просмотрели.
— Всё-таки я не понимаю, зачем тебе это? Ты ведь раньше не хотела становиться айдолом. Говорила, что будешь музыку сочинять. А теперь…
— А теперь мне захотелось славы, — улыбается ЮнМи. — Но если серьёзно, мне просто понравилось выступать. Понравилось стоять на сцене, самой петь свои песни и видеть, как на них реагирует публика. Это так… волнующе и так будоражит, что кажется, будто крылья за спиной вырастают. А смотреть со стороны, как твою песню поёт кто-то другой, да ещё и совсем не так, как ты себе это представляла… И видеть потом, что все плюшки достаются исполнителю, а про тебя никто даже и не вспоминает, словно тебя нет… Чувство такое неприятное, вроде как ревность. Вот представь, что ты купила себе очень красивое платье, а ходит в нём твоя подруга, и все говорят: "Вау, какая она красивая в этом платье!" Тебе бы понравилось?
— Я бы никому своё платье не отдала.
— Вот и я не хочу никому свои песни отдавать. Те, которые я специально для себя написала.
— Смотри, вот ещё очень хорошая группа. "Girl's Day". Возраст почти подходит, а Хери, их макнэ, вообще твоя ровестница. И у них тоже недавно одна участница ушла.
— Затравили, небось?
— Об этом не пишут.
— Ну, не знаю. Название у них тоже какое-то… Что это за "День девушки"? Никакой фантазии у этих агентств. Почему день? Почему не год? Потому что однодневки, что ли?
— А ты бы как свою группу назвала?
ЮнМи на пару секунд задумалась.
— Я бы назвала её "YunaVerse", что значит "Вселенная Юны". Или даже просто и коротко — "Юна".
— Красиво звучит, — согласилась СунОк. — И запоминается легко, и сразу ясно, кто в ней главный. Ну что, не будем больше искать?
— Будем, — вздыхает ЮнМи. — Свою группу собрать не так-то и просто. Опыта у меня маловато, и связей нужных пока нет.
* * *
Злая ЮЧжин робко прячет… точнее, быстро ходит из угла в угол, пытаясь унять бушующий в груди гнев.
— Нет, ну какая же гадина эта ХёМин! Какая наглая дрянь! Как она только посмела пойти на свидание с чужим почти женихом. Вся Корея знает, что мы с ДжуВоном пара, а она, видите ли, в ресторане с ним веселится. У-у-ух! Просто зла не хватает. И ДжуВон тоже хорош! Ну почему, почему все богатые парни такие непостоянные? Нашёл кого в ресторан водить. А она ещё, главное, там уснуть ухитрилась. Устала, бедняжка, по сцене прыгать, утомилась ноги перед мужиками задирать… Лучше бы с этой умненькой девчонки ЮнМи пример брала, школьников бы от суицидов спасала. Так нет, любовь ей подавай, шуры-муры с чеболем. Гадюка коронованная!
ЮЧжин с непередаваемым выражением рассматривает на планшете сделанную папарацци фотографию, на которой ДжуВон бережно укрывает дорогим клетчатым пледом задремавшую в кресле ХёМин. И если почти у всех это фото вызывает вполне объяснимое умиление, то ЮЧжин готова разбить вдребезги не только планшет, но и всю посуду в доме. Она в который уже раз пролистывает фотографии:
— Так ведь они ещё, наверное, и целовались на прощание. Точно целовались. Вон как она на ДжуВона смотрит, бесстыжая. Выспалась и смотрит, поцелуй выпрашивает.
— Почему мне ни разу не пришло в голову заснуть на свидании? — озадачивается ЮЧжин. — У меня бы это гораздо кавайнее получилось, я ведь намного красивее, и грудь у меня больше… А теперь уже поздно. Повторишься — сразу засмеют. И ДжуВон не поверит. Он ведь где не надо — умный, а где
