смерти. Я поеду в Гринвич, – заявила она.
– Нет, мадам! – в отчаянии воскликнула Сьюзен.
– Я должна! – отрезала Мария. – Никогда себе не прощу, если не смогу оправдать ожиданий своего брата.
– Тогда да поможет вам Бог! – вздохнул сэр Роберт. – Вы подвергаете себя опасности. Как только король умрет, они попытаются вас схватить.
– Господь меня не оставит. – Покинув своих приближенных, она удалилась в часовню, опустилась на колени перед распятием на алтаре и страстно прошептала: – На Тебя, Господь, уповаю! Не дай мне оказаться в заточении! Если Господь за нас, то кто может быть против нас?
* * *
Из Хансдона Мария выехала в сопровождении пышной свиты и вечером шестого июля достигла Ходдесдона. А там, к своему ужасу, обнаружила, что ее уже ждет сэр Николас Трокмортон, один из приспешников Нортумберленда. Итак, они следили за ней! Но когда она развернула лошадь, собираясь ехать в другом направлении, он упал перед Марией на колени прямо посреди пыльной дороги.
– Ваше высочество, не уезжайте! – воскликнул он. – Я приехал сюда как ваш друг и с большим риском для себя, чтобы предупредить вас.
Мария остановилась:
– Но откуда мне знать, что вас не подослал ко мне Нортумберленд?
– Клянусь всеми святыми, что это не так! – заявил сэр Трокмортон. – Я тоже придерживаюсь истинной веры и не хочу, чтобы ваше высочество втаптывал в грязь узурпатор. Они собираются сделать леди Джейн королевой.
Мария не верила своим ушам:
– Но я и моя сестра Елизавета стоим перед ней в очереди на престол!
– Но только не согласно новой схеме, подписанной его величеством. Он намерен сделать так, чтобы престол наследовали исключительно протестанты. Вы обе лишены прав наследования.
– Что это за схема?! – вспыхнула Мария. – Она не будет иметь силы при наличии Акта о престолонаследии!
– Конечно нет, – согласился сэр Николас. – Но у них вообще нет никакого уважения к юридическим тонкостям. Это документ, составленный лично королем.
Итак, Эдуард предал ее, Марию, и предал Елизавету, сестру, которую якобы любил.
– Он еще жив? – спросила Мария.
– Не знаю, но, когда я уезжал, он был в очень плохом состоянии. Предупреждаю вас, мадам, вызов в Гринвич – это ловушка. Вам следует держаться подальше от королевского двора и незамедлительно отправиться на север, в один из ваших замков в восточных графствах, где вас будут охранять надежные люди.
Инстинктивно почувствовав, что он говорит правду, Мария мгновенно приняла решение.
Она собрала вокруг себя свиту и передала им слова Трокмортона. К ее величайшему облегчению, все сошлись на том, что нужно последовать его совету.
Мария поблагодарила сэра Николаса, пообещав однажды щедро вознаградить. Не слезая с седла, она поспешно написала записку императорскому послу с целью проинформировать его, что намерена провозгласить себя королевой, как только узнает о смерти короля; вторую записку она отправила Нортумберленду, сообщив ему, что больна и не в состоянии путешествовать.
Оставив при себе лишь Сьюзен, Джейн Дормер и шестерых вооруженных мужчин из своего ближайшего окружения, Мария отправила остальных домой.
– Ну а теперь в Кеннингхолл! – воскликнула она.
* * *
Они ехали верхом всю ночь – так быстро, как позволяла сгустившаяся тьма, поскольку дороги были ухабистыми, а луна находилась еще только в первой четверти. Они разговаривали вполголоса, чтобы сберечь силы для предстоявшего длинного пути.
– Остается только молиться, чтобы мы могли благополучно добраться туда, – сказала Мария. – Если моя борьба за корону окажется неудачной, оттуда мне будет удобнее совершить побег по морю во Фландрию. Лоустофт находится не так уж и далеко.
– Мадам, они могут это предусмотреть, – ответила Сьюзен, пришпоривая лошадь. – У побережья будут стоять военные корабли на случай, если вы захотите покинуть королевство.
– Действительно, могут, – мрачно проронила Мария. – Но мы должны всех перехитрить.
Несмотря на все «но», Мария, как ни странно, была совершенно спокойна и уверена в себе. Она находилась под защитой Всевышнего. Именно для этого Он и провел ее через тяжкие годы испытаний.
– Мадам, не забывайте, что все военные силы страны находятся в распоряжении Нортумберленда. Нам навряд ли удастся поднять достаточно людей, чтобы противостоять ему.
– Это мы еще посмотрим! – воскликнула Мария. – Я пока не собираюсь сдаваться. Ведь на кону стоит королевство.
* * *
К вечеру следующего дня, измученные, вспотевшие и грязные, они прибыли в Соустон-холл, возле Кембриджа, особняк видного католика Джона Хаддлстона. Он радушно встретил Марию и, несмотря на все уговоры не подвергать себя опасности, даже пошел на нарушение закона, отслужив в ее присутствии мессу. Как потом догадалась Мария, хозяин дома просто не верил, что ему угрожала опасность, – теперь уже нет. Тем не менее она молилась, чтобы Господь сохранил ее брата, так как не могла забыть того маленького мальчика – главную драгоценность отца, – которого когда-то любила. Эдуард должен жить, хотя бы во имя отца.
Рано утром, восстановив силы после живительного ночного отдыха, помывшись и переодевшись в чистую одежду, предоставленную женой хозяина, Мария выехала со своим маленьким отрядом в сторону Бери-Сент-Эдмундса, где ее восторженно встречали местные жители, выбежавшие посмотреть на наследницу престола.
Мария остановилась на ночлег в Юстон-холле, вблизи Тетфорда, в доме своей подруги леди Бург. Во время ужина в дверь громко постучали, и Мария вскочила, готовая бежать. Она решила, что ее выследили люди Нортумберленда, но это был ее ювелир, мастер Рейнс, который вошел в зал запыхавшийся, в заляпанной грязью одежде.
– Ваше величество, – опустившись перед ней на колени, произнес он, – король умер. Да здравствует королева!
В этот момент Мария не испытала ни печали, ни ликования.
– Кто вас послал? – с подозрением в голосе спросила она, опасаясь, что это какая-то хитрость с целью вернуть ее в Лондон.
– Сэр Николас Трокмортон, мадам.
– Благодарю вас, мастер Рейнс. – Отпустив ювелира, Мария повернулась к хозяйке дома. – Я сомневаюсь, можно ли доверять сэру Николасу Трокмортону. Он действительно предупредил меня, что я должна укрыться в своих поместьях, но чего ради он решил мне помогать? Ведь сэр Николас является сподвижником Нортумберленда.
– Ваше высочество, возможно, вы правы, – сказала леди Бург; ее лицо под вдовьим чепцом стало еще бледнее. – А что, если это наживка, чтобы заманить вас в ловушку?
– Или, возможно, Нортумберленд провоцирует меня на то, чтобы я объявила себя королевой, тогда как мой брат все еще жив. В таком случае я буду виновна в государственной измене, и меня можно будет на законных основаниях устранить. Пожалуй, мне стоит попридержать новость, которую привез мастер Рейнс, и продолжить путь… в надежде на подтверждение из другого источника.
– Да, мадам, так будет лучше всего. А я никому не скажу, что вы были здесь.
