class="p1">Двигаясь близко к забору, мы побежали вдоль ограждения вокруг развалин церкви. Я отсчитывала цветочные клумбы, одну за другой. В отличие от нашего времени, они не были засеяны красивыми цветами, а стояли на тротуаре пустыми.
Надеюсь, Лука уже тогда использовал их в качестве тайника. В две тысячи девяносто третьем году мы еще не были знакомы, но я знала, что церковь была его любимым местом еще с детства.
Когда мы остановились возле вазона с тонкой трещиной сбоку, я наклонилась вниз. Одна часть была отколота, изнутри прорастали листья одуванчика. Я надавила один раз, пока кусок не отломился. Просунула руку в образовавшуюся дыру и мысленно возликовала, когда наткнулась на корпус детектора.
– Лука уже с десяти лет копался в профиле Гилберта, – объяснила я Бэйлу. – Однажды он скопировал все на детектор, который до этого украл, и у него появился допуск практически ко всему. А детектор он спрятал здесь, чтобы Гилберт не нашел его.
Я повернула в своих руках слегка поцарапанный детектор с красным ремешком и мысленно извинилась перед Лукой за то, что так часто ругала его из-за профиля Гилберта.
– Мне кажется, что из вас двоих он самый главный проказник, – сказал Бэйл и тихо рассмеялся, когда я ударила его рукой по ноге.
Я надела детектор Лукаса на запястье, а свой собственный спрятала в вазоне, намереваясь позже снова поменять их местами. Затем я подняла кусочек камня, водрузила его на место и поднялась с земли.
– Пойдем, – тихо позвала я Бэйла.
Мы побежали к одному из пультов управления, прикрепленному на ограждении. Коротким прикосновением я соединила его с детектором Гилберта. Символы на экране стали зелеными, а гравитационные сенсоры вокруг нас погасли. Раздалось тихое жужжание, и я толкнула дверь вовнутрь.
– Подожди. – Бэйл остановил меня рукой. – Нас не должны увидеть.
Когда он притянул меня к себе, я уже знала, что произойдет, и все равно не успела вовремя подготовиться. Вокруг нас появился жужжащий вихрь, и вот уже мы стояли у подножия колокольни, укрытые в тени.
Я чуть не упала на колени.
– Было бы неплохо, если бы ты предупредил меня, – прошептала я.
Эти короткие прыжки, которые Бэйл довел до совершенства, были для меня почти такими же тяжелыми, как прыжки во времени. Я сделала глубокий вдох и прислушалась к звукам ночи. Мы находились так близко, что я могла чувствовать следы вихря-прародителя кончиками волос. Это было похоже на сноп искр, обрушивающихся на меня со всех сторон.
Голоса других звучали прямо перед нами. Они все еще спорили о том, что нужно будет делать, если я не появлюсь.
– И какой у тебя план? – прошептала я Бэйлу. – Мы возьмем рюкзак у Хольдена. А что нам с ним делать? Бросим его просто так в этот… рифт… и будем надеяться на то, что он взорвется?
– Что-то типа того, – сказал Бэйл, одарив меня легкой улыбкой, которая показалась мне странно грустной.
Я не могла правильно истолковать выражение его лица. Поэтому взяла его руку в свою и крепко сжала ее:
– Мы справимся. Вместе, хорошо?
Наконец улыбка появилась и в его глазах. Он посмотрел на меня так пристально, что у меня по спине пробежала дрожь.
– Ты знаешь, что ты самый невероятный человек, которого я когда-либо встречал в своей жизни?
Я сглотнула, не зная, что ответить. Такого он мне еще никогда не говорил.
– Я думала, что свожу тебя с ума.
– И это тоже, – произнес Бэйл, и в его взгляде появилось что-то безумное.
Я часто замечала у него эту настойчивую энергию, но еще никогда она не была направлена на меня. Я ощущала ее почти так же, как энергию вихря вокруг.
Его лицо находилось прямо напротив моего.
– А это, – сказал он, наклонившись ближе, и я забыла, как дышать, – это я должен был сделать намного раньше.
За мгновение до того, как наши губы соприкоснулись, Бэйл задержался, чтобы взглянуть мне в глаза. Я понятия не имела, что он в них увидел, – мои мысли меня покинули. Но этого было достаточно, чтобы преодолеть последнее расстояние между нами.
Губы Бэйла приглушили вырвавшийся у меня тихий звук, и я закрыла глаза, полностью охваченная чувствами. Мне казалось, что я падаю, хотя падать было попросту некуда. Словно я провалилась в пустоту, из которой уже никогда не смогу выбраться.
Поцелуй на вкус был как… он был как Бэйл. Соленый и мятный, острый и жаркий. Наши дыхания растворились друг в друге, он касался пальцами моего лица, словно это была самая драгоценная вещь на свете.
Я ощущала спиной стену колокольни, а грудью – тяжесть его тела. Еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой свободной. Даже если бы в этот момент вихрь разрушил весь мир, мне было бы все равно. Даже если бы все вокруг снова перемешалось, приобретая новые формы и краски.
Момент закончился слишком быстро. Я не хотела выпускать Бэйла из рук, но он отстранился первым.
– Бэйл, – прошептала я и ощутила, как дико застучало мое сердце, когда наши взгляды встретились. У меня накопился миллион вопросов, но я была готова забыть про них, лишь бы он поцеловал меня снова.
– Я очень рад, что мы встретились, – сказал он. – Я вел себя не очень хорошо по отношению к тебе, но…
– Это точно, – тихо перебила я его.
– …но я хочу, чтобы ты знала… – Бэйл искал мой взгляд. – Я хочу, чтобы ты знала… мне очень жаль.
Я удивилась:
– Из-за чего тебе жаль?
Бэйл схватил мои руки и сжал их, словно тисками.
– Из-за этого, – сказал он, а затем развернул меня и толкнул прямо в вихрь.
– Мне очень жаль, – снова услышала я его слова. Они преследовали меня, словно эхо, пока я на огромной скорости улетала от Бэйла все дальше и дальше.
32
Бэйл может умереть.
Пока я, совершенно не ориентируясь в пространстве, летела через вихрь, я осознала весь ужас этой мысли.
Глупая, я не распознала замысел Бэйла заранее. Какое бы ни было оружие у Хольдена в рюкзаке, рифт, через который мы должны были попасть в Перу к следующей точке на карте, протянулся во времени на многие годы. Наш первый прыжок длился маленькую вечность. Даже оружие, способное оторвать от мира энергию вихря-прародителя, не сможет уничтожить такое большое расстояние, если его просто бросить в вихрь, а затем пригнуть голову.
Бэйл это знал.
Он хотел прыгнуть в вихрь вместе с рюкзаком. И он никогда не планировал выйти из этого вихря живым.
Я закричала. Со всей силой выкрикивала прямо
