я наконец поняла, почему он не хотел, чтобы я обо всем узнала. И почему он все время вел себя со мной так отстраненно. Он чувствовал себя
виноватым.
– Ты видел ее тогда? – спросила я и осторожно положила фотографию обратно в медальон. Никогда и никому ее не отдам.
– Да. – Его рука обняла меня. – Я пытался… Я хотел ей помочь, но их было слишком много. Она упала на скалы, и я не успел спасти ее.
Я кивнула и закрыла глаза.
– Мне жаль, Барби, что утаил это от тебя. Я не знал, как сказать тебе. Поверь, с того дня, когда я доставил тебя к твоей тете, я мечтал снова увидеть тебя.
Мне стало тепло от его слов, но затем ко мне вернулись сомнения. Внутренне напрягшись, я посмотрела на Бэйла:
– Но?..
– Я и так уже однажды разрушил твою жизнь. И я знал, что дезертирую и исчезну, так что… Имело ли смысл это делать?
– Бэйл, – произнесла я тихо. – Пойми, ты совсем не виноват в смерти моей мамы.
Бэйл молчал, и я поняла, что он мне не поверил.
Я вздохнула и прислонилась лбом к его шее. В нескольких метрах от нас сидели Тревор, Мия и Хольден. Мия сидела, укутанная в согревающее одеяло, и апатично засовывала себе в рот протеиновую гранулу. Парни постоянно посматривали на нас, и я знала, что они готовы к любому нашему движению.
– И что мы сейчас будем делать? – спросила я Бэйла как можно более тихо.
Шум реки внизу был, к счастью, таким громким, что мы едва слышали остальных. Я надеялась, что и они нас тоже не слышали.
– Если мы хотим спасти мутантов, у нас есть единственный шанс. Мы должны взорвать один из рифтов.
– Это не обсуждается, – возразила я. – Хольден единственный, кто может активировать сенсоры. А чтобы заставить его сделать это, ты должен будешь… ты должен будешь…
У меня перехватило дыхание. Мы оба знали, что нужно сделать, чтобы активировать сенсоры: Бэйлу придется использовать детектор Хольдена, а сделать это он мог только с близкого расстояния.
Неужели Бэйл на самом деле думал, что я это допущу? Должен быть другой способ. Что-то, что я упустила. Я не могу потерять Бэйла ради спасения всех остальных.
Я прикрыла глаза. Как сильно я устала! Сколько времени прошло с вихревой гонки? Две недели? У меня было ощущение, что прошло уже несколько лет.
«Пойдем уже, лентяйка, – вспомнила я слова Лукаса. – Потом отдохнешь».
Я улыбнулась, хотя чувствовала себя ужасно. Поглощенная своими мыслями, я провела пальцем по детектору Лукаса. Когда на экране появился профиль Гилберта, я замерла. Я уставилась на дисплей, затем вытянула свою руку так, чтобы спрятать ее за коленями. Я открыла профиль главного штурмана. Раньше я отказывалась принимать участие в преступных махинациях Лукаса, но сейчас…
Конечно, я понимала, что профиль Гилберта был снабжен всеми возможными правами доступа. Но одно дело знать об этом, а другое – видеть своими глазами.
У Гилберта действительно было разрешение на все.
Я постучала по экрану и округлила от удивления глаза. Детектор показывал мне список со всеми гравитационными сенсорами поблизости.
Или нет, не всеми. Я видела сенсоры на своих металлических оковах, а также сенсоры на униформе Мии, Хольдена и Тревора. Но тех, которые были в рюкзаке у Хольдена, я не видела.
У меня возникла идея, но, прежде чем я сумела ее сформулировать, над пропастью раздался писк.
Хольден поднял к лицу свой детектор и сделал глубокий вдох.
– Пора, – сообщил он. – Следующий рифт откроется через пятнадцать минут. Все, пора вставать.
Мия застонала, но позволила Тревору поднять себя на ноги. Меня тоже пошатывало из стороны в сторону, когда Бэйл помогал мне встать. Я даже не хотела представлять, что будет со мной после следующего прыжка.
Хольден направился к нам и сунул под нос Бэйлу детектор вместе с картой времени:
– Ну, давай веди нас к следующей точке, Треверс.
Бэйл вздохнул, открывая вихрь.
– Наслаждайся своими приказами, пока можешь, – пробормотал он с плохо скрываемой издевкой в голосе.
Как и в предыдущем прыжке, Хольден и Тревор встали по бокам у Бэйла, а Мия расположилась около меня. Вместо того чтобы схватить меня за руку, она стояла, практически полностью опираясь на меня. Нам обеим было понятно, что стоит мне только дунуть на нее, как она тут же упадет.
Как только были деактивированы металлические кольца на моих запястьях, я сделала глубокий вдох. Затем мы с Мией прыгнули в вихрь.
Несколько секунд спустя мы стояли на ровной поверхности, покрытой травой. Или нет, она была не такой уж и ровной. Она переходила в уходящие вдаль зеленые горные ландшафты. Солнце стояло так низко и заливало холмы невероятными теплыми красками.
«Перу», – вспомнила я и на мгновение позволила себе насладиться этим мирным пейзажем.
– И где рифт? – спросил Хольден.
Я посмотрела в ту сторону, куда указал Бэйл.
Позади нас открывался крутой горный склон, и только сейчас я услышала легкое журчание, доносившееся оттуда.
– О нет, только не это, – простонала Мия, всем телом опираясь на Тревора.
В качестве исключения я готова была с ней согласиться.
Мы прошли по траве, пока дорога не стала каменистой. За поворотом возникла скала… а с ее вершины, которая на сотню метров устремлялась в небо, стекал узкий, но очень впечатляющий водопад.
При ближайшем рассмотрении я поняла, что водопад совсем не двигался – он почти полностью заледенел. И только по краям его бежали небольшие ручейки. В центре же замерли миллионы водяных струек.
Какое-то движение заставило нас резко посмотреть в сторону. Сначала там открылся один вихрь, затем второй и третий. Точно так же, как в Новом Лондоне, отовсюду появились ранние версии Бэйла, исследовавшие рифты несколько лет назад.
Хольден поднял руку, предупреждая нас, и мы остановились. Молча наблюдали, как Бэйлы из прошлого карабкались вверх по замерзшему водопаду. Некоторые из них передвигались еле-еле, а другие явно уже тренировались. Двое из них перекинулись парой слов, прежде чем исчезли в вихре.
Через несколько секунд вокруг замерзшего водопада снова наступила мертвая тишина. Как будто Бэлиенов там никогда и не было.
– Это было… оригинально, – пробормотала Мия, и все взгляды обратились на Бэйла.
Его лицо, словно каменная маска, ничего не выражало, но я предполагала, что происходит у него в голове: он с удовольствием бы окликнул свои прошлые «я» и попросил их остановить поиски. Но Бэйл не верил, что тем самым можно было что-то изменить.
И я спросила сама у себя, не ошибался ли он.
