Тут и «приведенный вывод», 9, по поводу нынешнего состояния российских Вооруженных сил («Не говоря уже о том, в каком состоянии находится наша армия...»): Радзиховский стремится убедить аудиторию, что нужно искать союзников, причем непременно на Западе, потому что армия и флот находятся в плачевном состоянии. На самом деле нужно, прежде всего, укрепить свои Вооруженные силы. К тому же, здесь имеется и замалчивание важных обстоятельств, 14.1: а кто, собственно говоря, так постарался, что у российских армии и флота сегодня такое бедственное положение? Ведь именно радзиховские всех мастей полтора десятилетия убеждали наше общество не тратить денег на армию, а «реформировать» (т.е. уничтожать – лукавый термин, 15.1) ее? Но главное не эти сопутствующие приемы. Основное в данном случае – что манипулятор гипертрофирует «исторический пример», доводя его до абсурда: вот, раз тогда царь Александр III пошел на союз с Антантой, то и теперь российской власти надлежит делать то же самое. Гипертрофированному увеличению подвергается описание исторического факта, хотя из-за определенной элегантности исполнения (Радзиховский вообще умелый и техничный манипулятор) прием становится похожим на «ассоциативную цепочку» (б) или «прицеп» (14.4).
Вот еще пример, уже из «живой» дискуссии. Передача на радиостанции «Эхо Москвы» «Особое мнение», эфир 22 декабря 2005. Ведущая О. Бычкова, принимаются звонки радиослушателей:
«Слушатель: Добрый день. Виталий. Я хочу сказать насчет... Ирана, что мы поставили туда наши комплексы [ПВО] или поставим по соглашению, которое заключили недавно. Это есть хорошо, и в этом нет ни абсолютного добра, ни абсолютного зла.
О. Бычкова: Это торговля.
Слушатель:– [говорит спокойно, без апломба] Понимаете, потому что хотят бомбить, хотят запугать, нравится нам, не нравится этот режим, эта страна находится возле наших границ. Мы не хотим, чтобы возле наших границ появилась еще опять американская база или...
О. Бычкова: [перебивая его, начинает говорить очень резко, издевательским тоном, ерничая – показывая, какую «глупость сморозил» слушатель] Да, пускай там будет иранская атомная бомба. Логично... да, логично?...[ерничает]
Слушатель: Ну зачем иранская бомба?... Даже достаточно мирного атома. Представляете, напасть на страну, у которой есть мирный реактор, и разбомбить его нечаянно? Получится всем плохо. То есть нападать уже на эту страну нельзя... [Явно хочет что-то еще сказать].
О. Бычкова: Понятно. Спасибо [отключает слушателя от эфира]».
В этом случае гипертрофирование контраргумента до абсурда – утверждение об «иранской ядерной бомбе». Эта американо-израильская «страшилка» используется агентами влияния по всему миру для оправдания готовящейся агрессии против суверенного государства (информационный повод, 27). Таким же примерно образом США, Израиль и Великобритания обманывали весь мир, пугая «иракским оружием массового поражения». Выяснилось: никакого оружия нет и в помине.
Никто не говорит, что Иран НЕ СОБИРАЕТСЯ создавать собственное атомное оружие. Возможно, что и собирается.
Любой нормальный человек на месте иранского руководства, видя судьбу Ирака, поступил бы точно так же. Но возникает вопрос: почему то, что можно США, единственной стране, применявшей все виды ОМУ (ядерное, бактериологическое и химическое), Израилю, обзаведшемуся ядерным оружием втихаря и устраивавшему геноцид палестинцев, Великобритании, участвующей в бандитском нападении на Ирак, наконец, Пакистану, Индии, Бразилии, Франции, Китаю, Рос сии – нельзя Ирану? Только из-за того, что он поставил под сомнение истинные масштабы Холокоста? Но что страшнее: слова, во многом правдивые, или дела – террористические и кровавые (агрессия против суверенной страны и уничтожение ее жителей под прикрытием сказок «про демократию»)? Иран имеет не меньшее право на ядерные разработки, нежели США, Великобритания, Индия или Израиль. И использование ВОЗМОЖНОСТИ получения Ираном ЯО в качестве страшилки-жупела как минимум необъективно.
А уж доведение этого «довода» до уровня «абсолютной истины», или «высшей опасности», как это сделала ведущая, является чистой воды «бабьим аргументом». Ведь ведущая подозревает, что ничего страшнее такой возможности просто быть не может – поэтому, используя такой прием, стремится показать всю абсурдность утверждений, что Иран, МОЖЕТ БЫТЬ, проводит далее собственные ядерные разработки.
Кроме того, в указанном отрывке передачи использован прием «лишение оппонента возможности высказаться» (14.5) – говорившему не дают закончить мысль, отключив от эфира.
21.3. Искажение смысла/характера действий/высказываний
Подробное описание
Данный прием, как правило, за незначительным исключением достаточно груб, прямолинеен и примитивен.
Его суть в том, что манипулятор «разъясняет» реципиенту смысл/характер поступков, высказываний, действий исторических личностей и исторических процессов, приводя при этом свою, удобную для обоснования своей манипулятивной установки, трактовку. Фактически, в данном случае, манипулятор просто навязывает собственное мнение. Однако в этом случае, в отличие от приема 26, это делается однозначно и прямолинейно, без каких-либо ссылок на вероятность иной трактовки.
История с «многомиллионными сталинскими репрессиями» раскручена настолько, что стала одним из базовых оправданий разрушения СССР. О ее реальных масштабах говорилось выше. С точки зрения автора, одним из наиболее известных и наиболее показательных примеров искажения смысла поступков (действий) является объяснение сути и причин «сталинских репрессий» в позднесоветской и современной российской общественной среде. Не вдаваясь в детали о гипертрофировании масштабов этих репрессий, важно отметить, как трактуется то, почему они происходили, что стало причиной этих трагических обстоятельств в нашей истории.
Примеров тому, как все происходившее в процессе репрессий объясняется «патологически людоедским характером Советской власти», «манией преследования и самодурством Сталина», «жестоким истреблением всех несогласных с политикой сталинской диктатуры», «желанием убить всех умных и независимо мыслящих людей, чтобы остались лишь одни тупые исполнители», «извести под корень всех справных хозяев» и пр., более чем достаточно и в СМИ, и в околохудожественных произведениях последних двадцати лет.
Вот как это выглядит на практике:
«Анализируя причины массовых репрессий, Хрущев видел их в том, что Сталин настолько возвысил себя над партией и народом, что перестал считаться и с Центральным Комитетом, и с партией. Сталин имел обыкновение связывать всех круговой порукой. Они должны были разделить с ним ответственность за уничтожение своих бывших друзей и соратников... Если до XVII съезда он еще прислушивался к коллективу, то после полной политической ликвидации троцкистов, зиновьевцев и бухаринцев, когда в партии в результате этой борьбы и социалистических побед было достигнуто полное единство, Сталин начал все больше и больше пренебрегать мнением членов ЦК и даже членов Политбюро. Сталин думал, что теперь может решать все один и все, кто ему еще нужен, – это статисты; со всеми другими он обходился так, что им только оставалось слушаться и восхвалять его.
... Итак, Хрущев видел главную причину репрессий в совершенно неумеренном и беспрецедентном насаждении Сталиным своего культа личности» (Информационный ресурс http://Temator.ru, Алтуфьев Ц. Хрущев против Сталина: доклад на XX съезде партии), «Задуманный Сталиным после XVII съезда план «кадровой революции» не мог в то время представляться вероятным даже лицам из его ближайшего окружения – настолько он был дьявольским. Суть этого плана сводилась к физическому истреблению всего партийного, государственного, хозяйственного, военного, чекистского аппарата в центре и на местах и замене его новой генерацией, не имевшей никаких связей со старыми большевиками и готовой бездумно следовать любым предначертаниям – лишь бы они исходили от Сталина. Этот план был порожден не просто личной мстительностью и подозрительностью Сталина, а имел глубокие политические причины, связанные с новой ориентацией его внешней и внутренней политики.
Во всем, что касалось упрочения своей власти и борьбы со своими противниками, Сталин проявлял необычайную, сверхчеловеческую силу воли... Эта воля сочеталась со способностью осуществлять свои наиболее коварные планы по частям, выжидая с невероятным терпением и выдержкой наиболее благоприятный момент для претворения их в жизнь» (Роговин В. Сталинский неонэп, гл. VII «Объективные и субъективные причины сталинского террора»).
