карман, после чего ссыпал мелочь в свернутый из бумаги кулёк.
Не успел я закончить с этим делом, как появился злой и грязный Микка. Весь в паутине, он приволок два кожаных саквояжа и с грохотом водрузил их на стол.
- Опять медицинские саквояжи фабрики Бехли, - прокомментировал я увиденное. - Вы их, что? Оптом закупаете, что ли?
Точно такой же мне в прошлом году приносил ещё один мой кузен и, по совместительству, начальник штаба пограничной бригады Нильс Викстрём. Тот саквояж он тоже отжал у каких-то революционеров, которых пристрелил при попытке тех пересечь границу.
На этот раз оба саквояжа были забиты пачками шведских стокроновых купюр с изображением знаменитого ботаника Карла Линнея. Даже по самым скромным моим подсчётам в них находилось от полумиллиона до восьмисот тысяч крон. По нынешнему курсу — триста-четыреста тысяч рублей.
Хороший улов. Но лучше бы его не было. Как не было бы и всего происшествия. Я такими темпами скоро точно превращусь в какого-нибудь хладнокровного убийцу. Или уже превратился, если вспомнить, как я пристрелил напарника этого, Фогеля. И я задумчиво посмотрел на латыша.
- Вы обещали меня отпустить, - напомнил тот мне.
- Я обещал вас не убивать, - возразил я ему и скомандовал Артуру. - Четвёртый, пристрели его.
- Суки! Финские бляди! С вами нельзя договариваться! Я же знал! Вы же не умеете соблюдать договоры! Выродки! Чтобы вы все передохли! Как я вас ненавижу! - заверещал товарищ Фогель и попытался вскочить, забыв, что он связан, и тут же повалился обратно от трех выстрелов в упор от Артура Усениуса.
В это время к нам заявились Гюллинг и Туле с двумя полными ведрами бензина. Пришлось мне организовывать работу, да и самому помогать стягивать тела в кучу под стенку и обкладывать их предметами мебели. После чего парни щедро полили получившуюся кучу бензином.
- Кауко, отдай Эдварду свой пиджак, а то он неаккуратно свой в крови уделал, у тебя ещё жилетка есть. Эдвард, не забудь всё своё из пиджака вынуть, а то, не дай бог, найдут чего на месте пожара и решат, что это ты сгорел, - отдал я распоряжения. - Артур, на тебе трофейное оружие. Забирай всё в арсенал своего отряда. А я деньги понесу.
- Так точно, мой диктатор! - пробасил Артур Усениус и, придуриваясь, щёлкнул каблуками ботинок.
- Быстренько всё собираем, ничего не забываем и отчаливаем. Разбор действий проведём в доме пионеров. Гюллинг, там за поворотом оба наших автомобиля стоят. Забирай с собой Микку, Артура, Олави и пацанов разведчиков. А я Кауко домой отвезу и к вам вернусь. Кстати, Артур, а что это за мальчишки? Они надёжные?
- Да. Надёжные. Сироты из приюта при швейной фабрике. В прошлом году закончили начальную школу и пришли к нам в оранжереи работать.
- Готовься их отправить на лето к нам в Улеаборг. Поощришь поездкой на авиационный завод. Я письмо напишу, Рунеберг их даже на самолёте покатает. А к концу лета они полностью забудут в чём тут участвовали. Вот тебе сотня марок — справишь им новую форму и цивильную одежду. Эдвард, вот остальные деньги с трупов. Семь сотен марок. Поделишь на всех кроме разведчиков и меня, как премиальные. А за свои, за спасение, пивом парней напои и в бордель своди. Самое то после боя. Всё, выходим. Микка, поджигай.
Глава 27
Глава 27
Санкт-Петербург. Адмиралтейство. Май 1911 года.
- Здравия желаю ваше высокопревосходительство, - поприветствовал военно-морского министра Федора Карловича Авелана флотский офицер, вызванный в его кабинет.
- Проходите господин старший лейтенант, располагайтесь, - добродушно кивнул министр офицеру. - Я вас вызвал, после ознакомления с вашей запиской о переоборудовании подводных лодок дополнительными средствами вентиляции и газоотводов. Вы, Николай Александрович, - обратился министр по имени-отчеству к старшему лейтенанту Гудиму. - Предлагали в своём отчёте установить на своей подлодке «Скат» систему старшего лейтенанта Сальяр Бориса Евгеньевича?
- Так точно, ваше высокопревосходительство! - офицер тут же вскочил со стула и вытянулся по стойке смирно.
- Прям оглушили, Николай Александрович, - поморщился Авелан. - Давайте, без чинов.
- Как прикажете, ваше… Фёдор Карлович, - кивнул старший лейтенант и опять присел на краешек предложенного ему стула.
- Прикажу, прикажу, - улыбнулся адмирал. - А то вас у меня в подчинении много, и если каждый будет орать во весь голос, то я так и контузию получу.
- Извините, Фёдор Карлович, - повинился офицер.
- Ладно, забудем. Давайте перейдём к вашей записке. Всё дело в том, что подобная система вентиляции и отвода выхлопных газов запатентована финляндской компанией «Хухта-групп» под названием «шноркель».
- Дыхательная трубка, - тут же перевёл название с немецкого Гудим.
- Да-да-да. И придумал эту систему Матвей Матвеевич Хухта. Вы должны знать этого знаменитого изобретателя.
- Так точно, знаю, - подтвердил старший лейтенант.
- Я связался с Матвеем Матвеевичем, и он согласился бесплатно передать эту систему нашему флоту. Но, с условием установки оборудования только на «Верфи Крейтона».
- Это в Охте или Або?
- «Верфь Крейтона» выкупила корпорация «Хухта-групп». Так что — в Або. Не отвлекайте меня.
- Виноват.
- В моём секретариате лежит приказ о назначении вас временным командиром опытного отряда подводных лодок. Примите под своё командование лодки: Кайман, Аллигатор, Дракон и Крокодил. И перегоните их в Або. Где на верфях «Хухта-групп» на эти лодки установят тот самый «шноркель» и более мощные нефтяные и электрические двигатели. Вам всё ясно?
- Так точно, ваше высокопревосходительство! - старший лейтенант Гудим радостно рявкнул во всю силу своих лёгких и тут же испуганно повинился. - Извините, ваше высокопревосходительство. Не сдержался от радости.
…..
- Рад тебя видеть! - я искренне обнял Ханса Шмайссера, когда тот вышел из вагона. - Пойдём скорее отсюда, а то тут дышать нечем.
В строящемся вокзале начали что-то массово смолить, и дым от печек несло
