главнокомандующего.
***
Эсминец ВКФ «Волк»
— Капитан! Похоже, что-то происходит!
Капитан «Волка» подошёл ближе к своему старшему помощнику. Тот колокольней нависал над сенсорным постом и находящимися там офицерами.
В очередной раз командир эсминца задавил рвущуюся наружу зависть. При росте в метр семьдесят, он, на фоне превосходившего его на две с половиной головы старпома, смотрелся непонятно как оказавшимся на мостике мальчишкой.
Выглядело до невероятного глупо.
— Что там?
— Похоже, что они куда-то очень сильно заторопились, — старпом указал на один из дисплеев.
Капитан мгновенно понял, о чём именно он говорит. Больше двадцати дредноутов и крупное эскортное соединение быстрым ходом направлялось к границе системы, явно собираясь совершить гиперпереход.
Расстояние было слишком огромным, чтобы можно было опознать отдельные корабли, но общая картина вырисовывалась довольно-таки понятной.
В первые секунды он испытал страх от увиденного. В голове загорелась мысль о том, что их противнику наконец надоело ждать и они решили перейти к активным действиям, вновь нанести удар по верденскому пространству или даже по удерживаемым узловым системам.
Но уже через секунду капитан эсминца подавил эти мысли. Вектор движения рейнских кораблей не совпадал с маршрутом ни к Лаконии, ни к Звезде Дария. И уж точно уходил от Верденских миров.
Но эти корабли определённо собирались покинуть Бедергар.
И тогда перед капитаном эсминца встал сложный вопрос.
Что ему делать?
«Волк» в данный момент был единственным кораблём верденского флота у Бедергара, которому удалось остаться незамеченным. Последний разведывательный рейд прошёл весьма неудачно. Рейнцы вытеснили их силы, заставив те скрыться в гиперпространстве.
Ушли они к Лаконии или же просто меняли свои позиции для того, чтобы продолжить наблюдение, капитан не знал. «Волк» неподвижно плыл через космическую пустоту в режиме полной маскировки с жесточайшим контролем внешнего излучения, дабы скрыть своё присутствие.
И сейчас его капитан справедливо считал, что является единственным наблюдателем данного события.
И?
Как ему поступить?
Бросить всё и лететь обратно, дабы сообщить о случившемся?
Или же остаться, понадеявшись на то, что кто-то из его столь же невидимых товарищей сделает эту работу за него?
На то, чтобы откинуть в сторону все эти глупые вопросы, ему потребовалось всего несколько секунд.
— Эрни, готовимся к переходу, — твёрдо произнёс капитан «Волка». — Возвращаемся обратно на Лаконию. Нужно сообщить о случившемся адмиралу Террадоку.
Глава 29
Юго-запад Ландширского пояса.
В пяти километрах от озера Цемомори
Три тяжёлых атмосферных транспорта зависли над широкой поляной с механической плавностью.
Нарисованные на их бортах эмблемы с изображением трёхголовых львов, что скалили свои пасти, сразу же давая понять, кому именно принадлежит эта техника. А тот факт, что их головы заменяли жуткие черепа только добавлял страха всем, кто когда-либо видел эти эмблемы.
Четвёрка более лёгких штурмовых летательных аппаратов продолжила наворачивать круги в воздухе, следя за окрестностями, но стараясь не подниматься выше протянувшейся с юга цепочки покрытых лесом высоких холмов.
Конечно же, Халид не рассчитывал на то, что они останутся незамеченными, но хотел сделать всё возможное, чтобы не спугнуть свою добычу раньше времени.
По этой причине он специально выбрал место посадки значительно дальше, чем предполагалось изначально.
Жесткий головорез, прошедший путь от обычного жестокого преступника до не менее жестокого и исполнительного командира в личной гвардии самого Шейха Рустала.
И даже теперь, достигнутое им положение оставалось... весьма шатким. Мягко говоря.
Провал с тюрьмой Тихар ещё не был забыт.
Успешный захват «Колыбели», где Халид руководил подразделениями хашмитской пехоты, смог помочь ему заработать немного дополнительных очков. Даже позволил подняться и встать во главе боевого отряда, отправленного для уничтожения очередного гнезда оставшихся недобитыми мятежников.
Но Халид ощущал, как медленно и неумолимо трескается лёд под его ногами. Наиб был не тем человеком, что способен прощать провалы. Предыдущие заслуги позволили Халиду пережить его гнев, но это совершенно не означало, что так будет и дальше.
А больше всего на свете он не хотел потерять то, что имел.
Всю ту власть, что теперь оказался в его руках. Влияние. Чувство собственной важности. Даже поднявшись так, как он никогда не рассчитывал, будучи обычным и жестоким головорезом на улицах Синангара, он по-прежнему оставался крайне ограниченным человеком с весьма узким кругом необходимых ему потребностей.
Деньги.
Женщины.
И ощущение собственной силы.
Власть над жизнями других, что так сильно пьянила его раньше, теперь превратилась в жажду.
Халид умел убивать. Не задавая вопросов. Не терзаясь сомнениями. Оборвать чужую жизнь было для него так же легко, как и выпить стакан воды.
Более того, в такие моменты он испытывал животное, почти физическое удовольствие от ощущения собственной власти. Даже доступное и горячее женское тело в его руках не возбуждало так, как это чувство.
Яркий пример того, как человек поднялся на пик доступности своих ограниченных желаний, позволяющий ему творить всё, что хотелось его больному разуму и прикрываться законностью своих действий.
Если бы он только был способен задуматься над этим...
Но ему было плевать на подобные вещи.
Главное, что он мог делать то, что более всего любил.
— Начинайте разгрузку техники! — приказал он по связи своим войскам. — Мои силы должны быть готовы выдвигаться через двадцать минут.
— Будет исполнено! — тут же отозвался его заместитель, с ласкающей слух покорностью и трепетом в голосе.
В этот момент губы Халида растянулись в плотоядной усмешке. Сегодня он вновь докажет свою полезность наибу.
Прошло всего пятнадцать минут, а его силы уже тронулись в путь.
Им предстояло пересечь три километра харрашасового леса, перед тем как выйти на предполагаемые позиции для удара.
Шестнадцать мобильных доспехов.
Практически все — новые «Шварцы», «Бакхауфы» и «Дуллаханы-II». С хорошо обученными пилотами. Пара входивших в его отряд «Гренделей» уже умчались вперёд. На них почти не имелось вооружения. Только аппаратура для разведки и наблюдения.
Вслед за ними шли пять взводов штурмовой пехоты.
Сто человек в бронекостюмах. В этот момент Халид даже испытал некоторое сожаление, что не может отправится в бой вместе с ними.
Он страстно хотел быть там. Нестись к цели вместе со своими бойцами, чтобы порвать врага на части собственными руками. Укоренившаяся в
