совершает абсолютно дурацкие вещи.
***
Всю следующую неделю Вик постоянно караулил где-то рядом с нами. Когда мы пересекались с ним на тренировках, я брал Эл под руку и уводил как можно дальше. Иногда он мог минутами сверлить нас своим внимательным взглядом. Тогда я попросту закрывал собой Эл от его вездесущего взора. Обычно это помогало, и вскоре он уходил. Но потом все вдруг резко изменилось. В тот день небо заволокло тучами. С неба падал грязный снег вместе с редкими каплями дождя.
Мы с Эл только вышли из столовой. Есть особо не хотелось, поэтому мы лишь поковырялись в своих тарелках и пошли обратно, в зал. Сегодня мне предстояла очередная тренировка с Юстином. А с ним любая тренировка превращалась в сущий Ад. Хотя я понимал, что дело было в его ненависти, которую он выливал на меня. Эл шла рядом и всячески подбадривала меня. И вдруг, неподалёку от нас, мы заметили небольшую компанию людей. Из тех, кого я знал, там были Вик, Ката, Ис и Ри. Еще два человека я припоминал, но довольно слабо. Ката и эти два человека стояли с набитыми рюкзаками за плечами. Они внимательно слушали Вика, который им что-то втолковывал и периодически кивали головами, как болванчики. Вик говорил совсем тихо, поэтому мы никак не могли различить слов. Но Эл прекрасно поняла все и так. Ей не надо было объяснять, что происходит. Она просто резко вышла к компании и встала в самом центре.
— Так значит, ты посылаешь отряд, — сказала она, уперев руки в боки, но завидев, что я догнал ее, снизила тон голоса и начала уже немного иначе. — Почему ты раньше не сказал, что собираешься отправить отряд?
— Тебя это не касается, — вздохнул Вик. — Ребята, вы все поняли?
— Да, — ответила Ката. — Будем выдвигаться через несколько минут.
— Нет уж, подождите, — перебила их Эл. — Что за задание? Это как-то связано с Капитаном, да?
— Еще раз, — ответил Вик. — Это не твоего ума дела.
— Значит, дело все же в капитане Лутаке. Вик, ты знаешь, что это касается меня. Я уже давно поправилась, ты можешь выпускать меня на миссии!
— О, ты давно поправилась.
— Так в чем тогда дело?
— Ты не готова брать на себя миссию. Сейчас твое отношение к делу — не серьезное. Пока ты не перестанешь притворяться и играть с Денисом в «дочки-матери», я не выпущу тебя на миссию. Потому что своим глупым поведением ты погубишь не только себя, но и всю команду.
— Блин, да что ты так взъелся? Я вообще не понимаю, о каком притворстве ты говоришь. Что за чепуха?
— Эл, хватит. Я понимаю, что ты выделываешься перед своим другом. Но мы не в детском саду, тут на кону наши жизни. А ты ведешь себя, как неразумный ребенок.
— Да о чем ты таком говоришь? — вступил я в разговор. — Что вы все хотите от Эл?
— Что я хочу? Я хочу, чтобы она показала настоящую себя, чтобы сняла маску хотя бы на мгновение. Это просто выводит меня. Аж до бешенства.
— Да у тебя явные проблемы с психикой.
— Так, все, — Вик явно был на грани ярости. — Достали! Вы оба перешли черту моего безграничного терпения. Я вам сейчас такое устрою! За мной оба! Ри! Ис! Вы тоже идите за нами, будет много крови.
Все в удивлении воззрились на Вика, разинув рты. Ката с Эл так вообще побелели. Но никто не посмел ослушаться. Вик резко затоптал вперед, сминая снег своими подошвами. Мы озирались друг на друга, ожидая, пока хоть кто-нибудь сделает первый шаг. Видимо, всем было немного не по себе.
— Я еще никогда не видел его в таком состоянии, — прошептал Ри на ухо Ису.
Вик привел нас к тренировочной площадке. Различные железяки, находившиеся прямо на улице, по которым надо было лезть, карабкаться, цепляться, давно уже никем не использовались. Марк говорил, что на них часто занимаются в теплое время года. Но пока я тут никого не видел. Возможно, дело было в холоде. Металл замерзал, тренироваться при такой температуре было тяжело. Серые поручни и перекладины покрылись тонкой коркой льда. Вик остановился в этом месте и внимательно осмотрел площадку. Мы, следуя его движениям, тоже замерли.
— Эл, — скомандовал он. — Ко мне!
Она уверенно подошла к нему, хоть на ее лице и царило полное непонимание.
— Полоса препятствий, — сказал он ей, указывая на ряд перекладин. — Пройди ее за пятнадцать секунд. Это приказ.
Эл ничего не ответила, даже не кивнула головой, в знак того, что услышала. Она просто ринулась выполнять приказ, который ей отдал командир. Девушка вскарабкалась на столб, от которого начиналась первая полоса поручней. Она прыгнула и схватилась за перекладину холодными пальцами. Затем повисла на другой перекладине, потом перешла на третью. Эл быстро перебирала замерзшими пальцами металл, ее тело болталось в метре от земли. Один раз ее рука соскользнула с поручня, девушка чуть не полетела вниз, но в самый последний момент ей удалось перехватить поручень другой рукой. Она продолжила свой путь.
— Для солдат, — сказал Вик, подходя ко мне. — Важен только лишь приказ. В сравнении с ним эмоции, чувства, обязательства — все это идет на второй план. Приказ всегда надо исполнять.
Эл завершила первую полосу, теперь она легко перепрыгнула на разрушенный деревянный мост и быстро побежала, минуя все пропасти.
— Она знала, на что идет. И ей никогда не было это в тягость. Эл с легкостью могла выполнить любой мой приказ. Поэтому-то она и стала одной из лучших. Для нее не было ничего невозможного.
Тем временем Эл миновала забор с наклонной доской и снова повисла на перекладинах. Видимо, где-то был зазор или просто так замерз лед, но она вдруг резко одернула руку. На грязный снег упало несколько капель крови. И все же она даже не вскрикнула от боли, даже не зажмурилась, просто продолжила свой путь. Время подходило к концу.
— Ты знаешь главное правило войны? — спросил Вик. — Никогда не стой на месте. Забудь обо всем, что тебе мешает.
Я посмотрел в лицо Эл. Ей наверняка было холодно и больно. Ее пальцы стали синими от прикосновения к замерзшему металлу. Но ее лицо выглядело отрешенным, на нем не было ни боли, ни гнева, ничего. Она просто смотрела вперед, на горизонт, словно ни о чем не думая.
— Едва ты остановишься, это будет концом для тебя. Мы должны постоянно двигаться вперед.
Эл спрыгнула с полосы препятствий как раз вовремя, ни секундой дольше. Она подбежала
