— Но я здесь пленница! — Женевьева была в ужасе: Гай держал в руках ее плачущую дочь и мог исполнить угрозу не задумываясь. Господи, почему она раньше обо всем не догадалась? Ее отец не погиб в бою, а пострадал от руки человека, которого считал другом. И Аксель, милый Аксель… Гай не только жесток, но и безумен — почему раньше она этого не замечала?
— Не бойтесь, миледи. Я уже сказал конюхам, что возьму тебя с собой на прогулку. Мальчишки только заухмылялись — видишь, дорогая, твой муж не удосужился сообщить слугам, что ты здесь пленница.
Что же ей делать? Здесь помощи ждать неоткуда. Но если поднять крик во дворе, стражники поймут, что в замке враг.
— Я… пойду с тобой, — наконец решилась она. — Прошу, отдай ребенка Эдвине, а я…
— Нет, миледи, девчонку я понесу сам. А ты будешь идти и ослепительно улыбаться, и если посмеешь поднять крик, я мгновенно вышибу из нее дух.
— Ублюдок! Мерзавец, исчадие ада… — Разъяренная Эдвина рванулась к Гаю, но он ударил ее по голове. Эдвина рухнула на пол и затихла.
Женевьева вскрикнула и в ужасе бросилась к тетке.
— Эдвина, дорогая…
Гай бесцеремонно дернул ее за волосы.
— Она жива, оставь ее в покое. Надевай плащ. Мы уходим.
Дрожащая Женевьева накинула легкий летний плащ, не сводя глаз с лежащей на полу Эдвины.
— Пожалуй, перед уходом мне следовало бы прикончить ее — чтобы ты больше ни в чем не сомневалась.
— Я иду. — Женевьева шагнула через порог и ахнула, увидев лежащего в коридоре Роже де Трейна. На его лбу запеклась кровь, но, похоже, он был еще жив. Кэтрин плакала все громче, и Гай зажал ей рот.
— Помни, Женевьева: я могу заставить ее замолчать навсегда.
Опустив глаза, она направилась к лестнице. Кэтрин хныкала, чувствуя, что мать рядом. Через несколько секунд они оказались во дворе. Стражники у дверей отдали честь. Женевьева слышала смех, доносящийся из кузницы. Мэтью приблизился к ней, и она с улыбкой объяснила, что едет на прогулку с сэром Гаем. Он сказал, что сейчас же оседлает лошадь.
Мэтью, Мэтью… он так и не понял, что произошло. Солнце раскалило каменные плиты двора, веял теплый ветер, небо стало лазоревым. Голоса таяли в жарком воздухе. «Тристан, я люблю тебя, — думала Женевьева, — я люблю тебя всем сердцем. Как же глупа я была! Прошу, поверь — я подчинилась ему вопреки своей воле».
Эдвина расскажет ему правду. Только бы он поверил ей! Только бы пришел на помощь… Но найдет ли он ее? Неужели Гай решил увезти ее в Ирландию? Или спрятать где-нибудь поблизости, а потом убить вместе с Кэтрин, как убил многих других?
Она чуть не вскрикнула, почувствовав его прикосновение. Через минуту Мэтью привел лошадь и подвел ее к тумбе, Женевьева забралась в седло. Гай легко вскочил на своего жеребца, прижимая к себе Кэтрин. Женевьева боялась, что он задушит ребенка или уронит его, нарочно бросив под копыта лошади…
— Мы погуляем в лесу, — объяснил Гай улыбающемуся Мэтью.
— Да, сэр Гай.
— Беги вперед и вели стражникам открыть ворота. — Гай бросил конюху монету.
— Слушаюсь, сэр. — Мэтью побежал к воротам. Гай подхлестнул гнедую кобылу Женевьевы, и та послушно пошла вперед. Через несколько секунд стражники помахали им вслед, и ворота Иденби закрылись. Гай опять хлестнул лошадь Женевьевы, и они рысью поскакали вдоль моря.
Кэтрин разразилась слезами, Женевьева подъехала ближе к зловеще усмехающемуся Гаю.
— Прошу тебя, Гай, отдай ее мне! Здесь я не стану поднимать тревогу. Отдай мне дочь!
Гай небрежно протянул ей ребенка.
— Возьми. И заставь ее замолчать. Немедленно!
Женевьева прижала к себе Кэтрин. Гай схватил поводья ее кобылы. Малышка продолжала плакать.
— Пусть заткнется! — рявкнул Гай.
— Она голодна…
— Так накорми ее!
— Но не могу же я кормить ее в твоем присутствии! Надо остановиться, найти место…
Он рассмеялся так, что по коже Женевьевы побежали мурашки.
— Корми сейчас, при мне. Мы не остановимся, пока не отъедем далеко от замка.
— Тристан догонит нас.
— Тристан занят. — Он усмехнулся так, что Женевьеву снова охватил леденящий страх. Гай указал назад. Женевьева обернулась и увидела, как над замком в воздух поднимается столб дыма.
— Замок горит! — ахнула она.
— Верно. — Гай опять засмеялся. — Я же говорил, Женевьева: если он не будет моим, то не достанется никому. — Его губы сжались, лицо стало безжалостным. — Я уничтожу его.
— Ты убил их! Всех, кто был в замке! — вскрикнула она.
— Кое-кто спасется. Молись за них, Женевьева. И едем!
Мэтью сразу заподозрил неладное: леди Женевьева улыбалась, но казалось, она вот-вот разразится слезами. Сэр Гай и прежде бывал в Иденби, вместе с посланцами короля, но этот приезд был неожиданным. Мэтью помнил: как бы ни ссорились милорд и миледи, они были нежны с малышкой. Леди никому не доверяла ребенка… почему же теперь отдача его почти незнакомому рыцарю?
К счастью, он размышлял не долго. Уверенный в том, что случилась беда, Мэтью бросился в большой зал и увидел сэра Хамфри, лежащего на полу. Из кухни доносились звуки, которые разбудили бы и мертвеца. В воздухе пахло дымом.
Мэтью выбежал из зала, призывая на помощь. Через секунду в замке поднялась суматоха. Взбежав наверх, Мэтью чуть не упал, споткнувшись о лежащего на полу человека. Роже де Трейн, застонав, пришел в себя.
— Пожар, сэр, пожар! — закричал Мэтью. Шатаясь, Роже поднялся и вошел в комнату Женевьевы. Шторы и постель уже полыхали вовсю. А у постели лежала леди Эдвина.
Роже бросился к ней. Пламя потрескивало. Преодолевая головокружение, Роже подхватил Эдвину на руки и успел выбежать из комнаты прежде, чем обрушилась одна из потолочных балок.
Роже остановился только во дворе, постанывая и хватая ртом воздух. Эдвина открыла глаза, и ее лицо побелело.
— Анна! Моя дочь! Роже, скорее…
— Миледи, она уже здесь! — Мэтью вел за собой маленькую леди Анну, Мэри, Мэг и других слуг. Зарыдав, Анна прижалась к матери. Эдвина начала успокаивать ее, но вдруг вспомнила все.
— Женевьева! Они увезли Женевьеву! Надо срочно найти Тристана и Джона…
— Я еду за ними, — сказал Роже.
— Нет, постой! Он не поверит тебе, зато наверняка выслушает меня! Она покинула замок не по своей воле, — объяснила Эдвина, и Роже кивнул.
— Сейчас приведу лошадей, — сказал Мэтью.
— Сэр Хамфри, какое счастье, что вы живы! — воскликнула Эдвина. — Надо потушить пожар. Грисвальд, займись слугами! Анна, дорогая, с тобой останется Мэри. Я скоро вернусь.
Усевшись в седло, Эдвина рысью последовала за Роже.
