разговору? Как сказать ему о том, что у нас будет ребёнок?
Ртом, дура!
– Что такое, Ханна? – Тео тут же оказался рядом и опустился передо мной на корточки. – Ты побледнела.
– Прости, – всхлипнула я. – Пожалуйста, прости меня.
– За что? Почему ты плачешь?
Я сделала глубокий вдох и, почувствовав лёгкое шевеление в животе, обхватила его ладонями.
Не волнуйся, малыш, ещё минутка, и я расскажу о тебе папе. Обещаю.
– За всё. – Мой хриплый голос сорвался на шёпот. – Сейчас мы обсудим… причину нашего расставания ещё раз и больше никогда к ней не вернёмся, ладно?
Тео нахмурился и чуть напрягся, но протестовать не стал, лишь кивнул. И я продолжила:
– В тот вечер в отеле я была разбита, зла и морально истощена. Я испугалась и оттолкнула тебя за то, что ты сделал… сам знаешь с кем. Я не оправдываю насилие ни при каких обстоятельствах, но теперь понимаю, почему тогда ты выбрал такое решение. И… принимаю его. – Я вздохнула и посмотрела ему в глаза. – Но при одном условии: ты можешь дать мне слово, что никогда больше не прибегнешь к таким… радикальным методам решения проблем? Любых проблем.
Тео сжал мои ладони, его пальцы были мягкими и тёплыми.
– Даю слово. Я не хочу, чтобы ты боялась меня или сомневалась в моей честности. Ты важна для меня, и я приложу все усилия, чтобы вернуть твоё доверие.
Я смотрела на него, пытаясь уловить хотя бы малейший намёк на фальшь. Его глаза были спокойными и серьёзными, голос – уверенным, но без привычной жёсткости. Он говорил, и я чувствовала, что за этими словами скрывается не просто желание оправдаться, а реальное понимание того, что он совершил. Его искренность слышалась в каждой интонации, и сковывающие меня цепи сомнений наконец начали ослабевать.
Я кивнула, сжала его ладони в ответ, давая понять, что верю ему.
– Ту глупую статью я написала просто чтобы привлечь твоё внимание, – тихо призналась я. – И в ней всё было ложью. В ней я назвала тебя… чудовищем. – Тео прикрыл глаза, и я нежно огладила большими пальцами его скулы. – Но на самом деле я так совсем не считаю. Никогда не считала. Ты не чудовище, Тео, ты настоящее чудо. Знаешь почему?
– Почему? – хрипло спросил он.
Я вытащила из сумки справку о беременности, результаты анализов и снимок УЗИ. Мягко вложила всё это ему в ладони со словами:
– Потому что здесь – доказательство того, что внутри меня растёт маленькая жизнь. Наш… сын.
Тео уставился сначала на снимок, потом – на бумаги. Его глаза заметались по строкам. Через несколько секунд его пальцы задрожали, и он поднял на меня растерянный взгляд.
– Ты… – его голос сорвался, глаза заблестели, – ты беременна? Это… мой ребёнок?
– Да.
– Я… не понимаю. Ты же говорила, что не можешь иметь детей.
Я кивнула и судорожно втянула воздух – сердце бешено колотилось где-то в горле. И, предугадывая все его вопросы, наконец рассказала ему обо всём без утайки: о том дне, когда я узнала о беременности; обо всех своих страхах по поводу потери ребёнка из-за огромного количества стресса, что я испытала; о том негласном «правиле 12 недель», про которое рассказал мне доктор; обо всех своих визитах после.
Тео внимательно слушал меня, ни разу не перебив, лицо его было бледным и не выражало практически никаких эмоций – живыми были только его глаза.
– Я не говорила тебе до этого момента не потому, что не доверяю или боюсь тебя. Нет. – Я вздохнула, судорожно стискивая в пальцах край бумаги. – Я боялась дать тебе надежду, чтобы потом… если я вдруг снова…
Я не смогла договорить, слова застряли колючим комом в горле. Если бы я сказала ему о ребёнке, а потом потеряла его, я бы не пережила это. И не хотела, чтобы он мучился тоже.
– Прости меня, Тео, – прошептала я, боясь взглянуть на него и увидеть в его глазах разочарование или ненависть. – Я не могла облажаться снова. Хотела сделать… как лучше. И поставила безопасность и здоровье малыша в приоритет в этот период.
Тео мягко взял меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.
– Не извиняйся, я понимаю. – Его голос был тихим, но в нём было столько нежности, что меня едва не затопило волной облегчения. Он провёл большими пальцами по моим щекам, стирая влагу. – Сейчас… – он глубоко вдохнул, – сейчас с ребёнком всё в порядке?
Я кивнула и наконец улыбнулась сквозь слёзы.
– Да, он полностью здоров. Мы пережили тот опасный этап. Всё хорошо, Тео. Теперь точно всё хорошо.
Он закрыл глаза на секунду, а потом прижал меня к себе так крепко, что я чуть не задохнулась в его объятиях.
– Ты правда не злишься на меня? – прошептала я в его грудь, сминая в пальцах хлопковую ткань рубашки.
– Нет, не злюсь. – Тео чуть отстранился, и от слёз радости в его глазах моя душа будто обрела крылья. – Как я могу злиться? Ты защищала, хотела уберечь от боли. – Он чмокнул меня в кончик носа. – Но в следующий раз не молчи и говори мне сразу. Даже если бы что-то случилось, я бы хотел знать и поддержать тебя. Ты не должна переживать всё в одиночку. Договорились?
– В следующий раз? – пролепетала я, непонимающе нахмурившись.
Тео ухмыльнулся.
– А ты думаешь, это будет наш единственный ребёнок?
Моё сердце подпрыгнуло, как мячик. Один ребёнок казался чудом, а он уже строит планы на армию маленьких Маршаллов?
Я сглотнула, пытаясь справиться с лавиной эмоций, но не смогла сдержать счастливой улыбки. В его словах было всё: принятие, вера, любовь. Всё, чего я желала от него и даже больше.
Тео вдруг опустился на колени передо мной. Его руки легли на мою талию, и я замерла, едва дыша, когда он осторожно приподнял край моей кофты и приспустил пояс джинсов, обнажая чуть округлый живот. Тёплые пальцы коснулись моей кожи, а потом Тео с трепетом и с какой-то благоговейной нежностью приник горячими губами к моему животу.
– Привет, малыш, – произнёс он так мягко, что у меня снова защипало в носу. – Я твой папа. И теперь я всегда буду рядом с вами. Всегда.
Тео прижался к животу лбом и тихо выдохнул. По моим щекам ручьями стекали слёзы, но я не обращала на них внимания и нежно гладила Тео по голове. Он притих и замер, будто впитывал в себя этот момент, запечатывал его навсегда где-то глубоко в сердце и памяти.
Через минуту Тео медленно поднялся на ноги и, чмокнув меня в лоб, направился к своему письменному столу. Его движения были решительными, но в них всё ещё улавливалась лёгкая дрожь. Открыв один из ящиков, он что-то извлёк оттуда, а когда вернулся, вновь сел передо мной.
На одно колено.
Что происходит?..
И достал маленькую коробочку.
О боже…
Мои глаза расширились, когда до меня дошло, что последует дальше.
– Откуда? – прошептала я. – Когда ты успел?
– Я ехал сюда не просто так, а с намерением сделать тебя своей женой, Ханна. Но для начала я бы хотел перед тобой извиниться. – Он сделал глубокий вдох. – Я оставил тебя, когда поклялся не отпускать. Прости меня за это. Больше такого не повторится.
– Я верю тебе, Тео, и прощаю тебя. – Я погладила его по щеке. – И ты, пожалуйста, прости меня за всё.
Он кивнул, поцеловал внутреннюю сторону моей ладони – и открыл коробочку. Внутри на чёрном бархате сияло роскошное золотое кольцо с крупным изумрудом, обрамлённым россыпью бриллиантов.
– Выходи за меня, детка. Дай мне право
