быть твоим домом. Твоей семьёй. Навсегда.
Мир вокруг меня завертелся, а потом всё исчезло – остались только Тео и сверкающее в его руках кольцо.
– Я согласна, – ответила я, не сомневаясь ни секунды.
Тео засветился от счастья, надел мне кольцо на безымянный палец, и я почувствовала, как прохладный круг металла стал новой частью меня.
Широко улыбнувшись, я сползла на колени к Маршаллу, обвила его шею руками и, прежде чем поцеловать, серьёзно сказала:
– С этого момента мы все проблемы решаем вместе и честно рассказываем друг другу обо всём, что бы ни случилось.
– Абсолютно согласен.
Я с жаром прильнула к его губам. Этот поцелуй стал клятвой – громче любых обещаний.
А ещё он стал искрой, распалившей нас обоих.
– Пожалуйста, скажи, что после меня у тебя нет других встреч, – прошептала я, прикасаясь губами к его шее и легонько покусывая кожу.
– Нет, я весь твой, Птичка, – хрипло пробормотал Тео, покрывая поцелуями мой подбородок. – Кроме тебя и Крис никто не знает, что я в Штатах.
– Тогда займись со мной любовью, Тео. – Я плавно задвигалась на его бёдрах, ощущая, как он твердеет подо мной. – Прямо здесь и сейчас.
Он вдруг положил ладонь на мой живот, и я замерла. В его взгляде была смесь заботы и любви.
– Мы не навредим ребёнку?
Я широко улыбнулась.
– Нет. Я спрашивала у доктора.
Его глаза вспыхнули огнём – не просто страстью, а чем-то гораздо большим.
Голодом.
Обожанием.
Желанием раствориться во мне.
Тео поднялся на ноги, не отпуская меня, словно боялся, что я исчезну, если он разомкнёт руки. Подойдя к столу, он нажал кнопку на переговорном устройстве:
– Кристина, сегодня меня ни для кого больше нет. И ты можешь идти на обед.
– Поняла, мистер Маршалл. Уже ухожу.
– Она смекалистая, – шепнула я, скользнув губами по его щеке.
– Очень, – ухмыльнулся он, крепче обвивая меня руками и унося к дивану. Он опустил меня на него с такой осторожностью, будто я была фарфоровой куклой, и нежно поцеловал в губы.
– Даже дверь не закроешь?
– Никто не посмеет войти сюда.
Закинув мои руки над головой, он впился в мои губы. С каждой секундой я чувствовала, как его тело напрягается всё сильнее, как в нём нарастает нетерпение. Моё собственное желание звенело в венах, огнём растекалось по коже.
Одежда срывалась с нас молниеносно, будто сама не терпела больше быть преградой. Мой джемпер – прочь. Джинсы – на пол. Когда губы Тео добрались до моей шеи, я всхлипнула. С тех пор, как он оставил на ней свои засосы в наш первый раз, он всегда был к ней чутким и трепетно-нежным. Едва касался её губами, но от этого лишь ещё больше сносило крышу. Он доводил меня до дрожи одним только дыханием.
Тео медленно стянул с меня лифчик и трусики, словно разворачивал драгоценный подарок, и замер, разглядывая меня. Его взгляд был завораживающим, безумным и диким. Он ласкал меня глазами, и я чувствовала, как таю под этим вниманием.
– Ты великолепна, – выдохнул он. – Чёрт, нет, ты совершенство.
Я жадно глазела на его тело в ответ – твёрдое, сильное, безупречное тело, прятать которое под одеждой было самым тяжким преступлением. Маршалл тоже был совершенен. Мой будущий муж настоящее чёртово божество.
– Войди в меня, Тео.
– Не сейчас, детка. – Его хриплый голос дрожал от возбуждения. – Сначала я хочу ощутить на языке твой неповторимый вкус. Хочу, чтобы ты кончила под моим языком.
Я застонала и выгнулась, когда его язык быстро заскользил по моей промежности вверх и вниз, вылизывая меня так, будто я была последним сладким угощением на этом свете. Тео дразнил меня одновременно кончиком языка и пальцами, заставляя моё тело пылать и извиваться в истоме.
За время нашей разлуки я не удовлетворяла себя ни руками, ни вибратором, поэтому оргазм накрыл меня очень быстро. От экстаза мои руки с силой вцепились в волосы Тео, и я задрожала, утопая в таком неземном удовольствии, что в глазах появились искры.
– Господи… – прошептала я, когда по телу пронёсся последний спазм, и я, размякшая, распласталась на диване. – Как же я скучала по твоему языку.
– Только по языку?
Тео навис надо мной, его губы блестели от моих соков, глаза горели, как у самого настоящего демона.
– Не только. Я скучала по каждой твоей части, Маршалл. Особенно по этой поистине волшебной палочке, – улыбнувшись, я обхватила его член рукой, нежно сжала и погладила. Он был твёрдым и очень горячим.
Тео рвано выдохнул и мягко отвёл мою руку. Уложив меня на бок, он лёг за спину и закинул мою ногу на своё бедро.
– Готова?
Я кивнула, не в силах говорить. Когда я почувствовала, как его толстый член вошёл в меня, судорожно выдохнула от восхитительного ощущения наполненности и повела бёдрами, наслаждаясь каждым дюймом его мощной плоти внутри себя.
Тео поймал мои губы и начал медленно двигаться. Одна его рука крепко сжимала мою ладонь, вторая мягко поглаживала низ живота и надавливала на клитор, добавляя к этому блаженству ещё больше сладкой пытки.
В какой-то момент он сорвался. Его рывки стали резче, стоны – громче. Тео зарычал, теряя контроль. Крепко обхватив моё бедро, он начал врываться в меня на всю длину – быстро, неистово, со смачными шлепками. Я почувствовала знакомое приятное покалывание в пальцах, задрожала и кончила второй раз вместе с ним.
Мы ещё долго лежали, запутавшись в объятиях и неспешно дыша в унисон. Его рука обнимала меня за талию, гладила кожу, будто хотела запомнить каждую её неровность, каждую родинку, каждую каплю пота, оставшуюся от нашей безумной любви.
Уткнувшись в мои волосы, Тео упивался моим запахом и шептал разные ласковые слова. Я нежилась в его объятиях, словно сытая кошка на солнце.
– Если что, я не потратила ни цента из твоих денег, – гордо заявила я, нарушив этот блаженный покой.
– Это твои деньги, – тут же поправил он, и я закатила глаза. – Но, судя по твоему тону и хитрому взгляду, ты что-то задумала.
Я с улыбкой кивнула. Он слишком хорошо меня знает.
– Да. Хочу направить часть денег на благотворительность. На помощь тем, кому тяжело: жертвам насилия, людям, которые борются за возможность стать родителями, и тем, кто спасает животных. Я уже выбрала несколько фондов и организаций.
– Это прекрасное желание.
– А оставшуюся часть… – Я закусила губу и опустила взгляд, вдруг стушевавшись.
– Ну? – Тео сжал моё бедро. – Смелее, детка.
– Я хочу купить для нас дом, – выпалила я и подняла на него глаза. – Я нашла пару классных вариантов в пригороде. Там тихо, хорошие школы рядом, и до Нью-Йорка рукой подать. И там достаточно места для барбекю, кота, собаки и детских шалостей. – Я улыбнулась и коснулась ладонью своего живота. – Хочу, чтобы наш сын рос на земле, а не в каменных джунглях. Чтобы бегал босиком по траве вместе с Бэтменом и Робин, лепил замки из песка прямо во дворе, дышал свежим воздухом и качался на качелях, когда захочет. Чтобы мы все могли быть там свободными и счастливыми. Что скажешь?
В глазах Тео заискрилось что-то нежное и бесконечно глубокое, когда он посмотрел на меня.
– Скажу, что ты мой самый большой подарок, Ханна, – заявил он и убрал рыжий локон, прилипший к моей щеке. – И, если ты нашла для нас место, где будет спокойно твоё сердце, значит, оно идеально. Ты даже не представляешь, как сильно я люблю тебя за все эти вещи.
Я улыбнулась сквозь слёзы, чувствуя, что меня вот-вот разорвёт от счастья и любви к этому мужчине, и прижалась к его груди, где ровно билось сердце.
– Я покажу тебе фотографии, а потом мы вместе туда съездим. Только предупреждаю сразу: ты тоже будешь участвовать в выборе качелей!
– Согласен на любые качели, кроме эмоциональных, – усмехнулся Тео
