что видела во сне, думая, что это бесполезно. Но видеть взгляд этой девочки оказалось слишком мучительно. Приказ, вопреки ожиданиям, возымел действие. Парни недоумённо оглядывались, пытаясь понять, что происходит.
– Сию минуту расходитесь по домам или умрёте! – продолжала говорить Маргарита. – И смерть ваша, клянусь вам в этом, будет куда более мучительна, чем та, что вы сотворите сейчас!
В голосе, возникшем, казалось, прямо у них в голове, было столько гнева и угрозы, что парням стало страшно. Будь здесь рядом живой человек, они могли бы рискнуть и одолеть его силой. Тем более что голос, похоже, женский. Но как бороться с тем, кто находится неизвестно где? А голос тем временем продолжал угрожать:
– Вам известен приказ. Как посмели вы ослушаться его?! Ведь вы знаете, что ждёт тех, кто нарушает приказы Главы Ордена!
– Как он узнал? – испуганным шёпотом спросил один из парней.
– Какая разница? – ответил ему другой. – Надо бежать, пока нас не прикончили. Говорят, он страшен в гневе.
– Точно. Я тоже такое слышал.
И не заботясь об участи жертвы, парни быстрее ветра исчезли с поляны.
Больше Маргарита ничего не могла сделать. Взять нож или развязать верёвки не получилось. Не смогла она и поговорить с девушкой. Только тот, кто принадлежит к Ордену, был в её власти. Сделав над собой усилие, Маргарита сосредоточилась на облике Силены. Как всегда присутствие богини подействовало на неё успокаивающе. И дерево, и девушка исчезли в зыбком мареве. Вместо них появилось изображение амфитеатра в храме на острове Хоре. Лицо юной богини постепенно приобретало чёткость, пока, наконец, она не появилась вся целиком.
– Что случилось? – ласково спросила Силена после того как подруги нежно обнялись.
– Есть один человек, – сразу приступила к делу Маргарита, – которому крайне необходимо закрыть доступ в этот мир. Можно ли это сделать?
– Я, кажется, знаю, о ком ты говоришь. Ещё тогда, когда он украл моё ожерелье, он пытался захватить власть хотя бы над частью этого мира. Я могу поискать его. Возможно, нам не о чем беспокоиться.
– Если это тот мир, откуда ты вытащила нас? Но мы-то смогли выбраться, значит и у него может получиться. Особенно, если кто-нибудь поможет ему, а ведь это тоже не исключено.
– В том мире он опасен только до тех пор, пока не потеряет индивидуальность. Хуже, если он попал в какой-нибудь иной мир. Сделаем так. Пусть Иосиф доставит тело на остров, в мой храм. Это помешает Викториану вернуться сюда по крайней мере ближайшие несколько лет. За это время мы сумеем придумать выход.
– Хорошо. Он отправится прямо сейчас.
– Чем ещё я могу помочь тебе?
– Мне – ничем. Но мой сын взвалил на себя непосильную ношу. Помоги ему, если сможешь.
– Хорошо. Я буду оберегать его.
Подруги снова обнялись на прощание.
Григорий легонько потряс жену за плечо.
– Пора. Скоро рассвет.
Она сразу открыла глаза, словно и не спала. Григорий помог ей подняться и привести себя в порядок. После этого они вместе вышли к друзьям. Настроение у них было не радостное. Было ясно, что бой, выдержанный ими накануне не завершал войну. Война с него началась.
– Настало время прощаться, друзья, – тихо проговорила Маргарита.
– Прощаться? – спросил Иосиф. – Я думал, мы вместе до конца.
– Нет. Ты вернёшься домой. Доставишь тело Викториана в храм Силены. Пока это единственный способ нейтрализовать его. Петро проводит тебя. Мало ли что может случиться в пути. Потом, если захочет, сможет отыскать отряд Бажена и присоединиться к нему. А ты, Григорий, найдёшь себе дом, куда каждый из нас мог бы приходить, не вызывая пересудов окружающих.
Григорий удивлённо смотрел на жену. Он не думал, что она примет такое решение.
– Я останусь с тобой, – возразил он. – Как могу я оставить тебя одну в такой момент?
– Нет, Григорий, – Маргарита настойчиво коснулась его руки. – У нас есть сын и есть дочь. Нельзя, чтобы они лишились разом и отца и матери.
Григорий несколько мгновений смотрел на жену. Он не хотел расставаться с ней тем более в такое смутное время, но, кажется, она всё-таки права.
– Хорошо, – не стал спорить он. – Я сделаю,
как ты говоришь.
– Ну а ты, Владелин… Ты поможешь мне наложить заклятие.
– А потом?
– Потом делай, что хочешь. Ты и так помог нам. Мы не можем требовать от тебя большего.
– В таком случае я останусь пока здесь, с тобой. Помощь тебе понадобится.
– Спасибо.
Воцарилось молчание.
– Ну что ж. Если это всё, то прощаемся. Вы должны покинуть Обитель немедленно. До того, как заклятие будет наложено.
Они обнялись все разом. Затем Григорий, Иосиф и Петро поспешили прочь, а Владелин и Маргарита вышли на балкон. Владелин мысленно провожал друзей до того места в лесу, где была спрятана повозка. Убедившись, что они благополучно миновали стену, он простёр руки и медленно произнёс что-то на непонятном для Маргариты языке.
Наложение чар часто проходит незамеченным. Обычные люди склонны объяснять происходящее какими-то другими, более рациональными причинами. О магии вспоминают тогда, когда требуется дать объяснение, но сделать этого никто не может. На этот раз всё было иначе. Свидетелей тому было всего трое, но от этого зрелище не стало менее невероятным. Григорий и сам использовал такие заклинания, но ещё никогда ему не приходилось наблюдать их действие со стороны. Стены Обители, за секунду до того возвышавшиеся перед ними, вдруг исчезли. Во все стороны, куда ни посмотри, тянулся лес. Только кусты и деревья. И никаких следов присутствия человека. Иосиф попробовал даже пройти по тому месту, где только что находились вполне материальные, тяжёлые и шершавые камни стены. Ему не встретилось никакого препятствия. Если бы не лошадь, прихваченная из конюшен Ордена, можно было бы подумать, что всё это просто привиделось.
Повозка нашлась на том же месте, где и была спрятана. Если бы только они могли воспользоваться амулетом и перенестись по воздуху, как делали это раньше! Но сила амулета иссякла, а создать новый, не имея нужных ингредиентов, невозможно. Да и времени на это не хватало. Придётся передвигаться по земле. Предвидя это Григорий и прихватил одну из нескольких лошадей с конюшни. Он мог бы взять всех, но подумал, что это доставит больше хлопот, чем принесёт пользы. Теперь они медленно продвигались вперёд, лавируя между деревьями и выбирая пространство поровнее.
Викториан лежал в повозке крепко притянутый к ней ремнями. Чары, предохраняющие тело от разложения, придавали ему вид спящего. С одной стороны путешествовать так было намного удобнее. Но с другой – немного нервировало.
