И. Ваненко
Иван Ваненко — псевдоним Ивана Ивановича Башмакова. Сведения о нем очень скудны. Он жил в Москве, был, очевидно, учителем, умер в 1865 году. Иван Ваненко приобрел известность в качестве издателя русских сказок и автора «народных книжек». Первое его печатное произведение — роман «Чудак, или Человек, каких мало», в 3-х частях (М., 1835). Он писал также басни и стихотворения. В первый сборник Ивана Ваненко «Песни русские» (М., 1841) вошло 22 песни. Кроме публикуемого текста в песенниках середины XIX века встречаются: «Не кукушечка во темном бору…», «По морю, по морю…», «Скучно мне, подруженьки…», «Ты тоска моя…».
485*
Ах, мороз, морозец,Молодец ты русский,Ходишь в рукавицахДа в овчинной шапке.Ах, мороз, морозец,Аленькие щечки;Тело познобишь ты,А душе тепленько.При тебе, мой милый,Вспомнишь про старинку,Как, бывало, с нею,Помнишь ли, морозец,На летучих санкахМы стрелою мчимсяВ сумрак одинокий!..И она, красотка,Шепчет мне тихонько:«Ты озяб, мой милый!Положи головку,Я тебя прикрою!..»Распахнет, бывало,Теплую шубейку,—И у белой грудиМне тепло, привольно!..Погляжу ей в глазки —Глазки искры сыплют,Погляжу на щечки —Огонек пылает!Так вот ретивоеПолымем обхватит!Ах, мороз, морозец,Молодец ты русский,Ты мне был, голубчик,Точно брат родимый.
<1848>Л. А. Мей
Лев Александрович Мей родился в 1822 году в Москве, умер в 1862 году в Петербурге. Учился он в Московском дворянском институте и в Царскосельском лицее (1835–1841), по окончании которого служил в канцелярии московского военного генерал-губернатора (по 1849), затем инспектором одной из московских гимназий. С 1853 года Мей живет в Петербурге и занимается литературной деятельностью, сотрудничает в «Москвитянине», «Отечественных записках», «Библиотеке для чтения», «Сыне отечества», «Пантеоне», «Русском слове», «Искре» и многих других журналах и газетах. На сюжеты его драм «Царская невеста» и «Псковитянка» были написаны оперы Н. Римским-Корсаковым (либретто композитора с использованием текста Мея). Известность приобрели переводы и переложения Мея, вошедшие в устный репертуар. Его интерес к песенному фольклору отразился в программном стихотворении «Запевка». К текстам Мея обращались выдающиеся русские композиторы (положено на музыку свыше 30 произведений поэта): П. Чайковский (среди его романсов особенно популярны переводы из Гейне «Отчего» и «Хотел бы в единое слово…», перевод из Гете «Нет, только тот, кто знал…», а также романс «Зачем?»), Н. Римский-Корсаков («Встань, сойди! Давно денница…», «Сплю, но сердце мое чуткое не спит…» — измененные и сокращенные композитором отрывки из «Еврейских песен»; «Колыбельная песенка», «Снаряжай скорее, матушка родимая…» — песня Любаши из I акта оперы «Царская невеста»), А. Бородин (перевод из Гейне «Отравой полны мои песни…»), М. Балакирев («Запевка», «Как наладили: „Дурак…"»), М. Мусоргский («По грибы», «Я цветок полевой, я — лилея долин…» — сокращенный и измененный композитором текст из «Еврейских песен»), А. Гречанинов («За реченькой яр-хмель…»). Переводы Мея из Вл. Сырокомли, Мицкевича, Гейне, Гете, Шевченко, Гюго, Байрона и других поэтов положены на музыку также М. Глинкой, Э. Направником, Ц. Кюи, С. Рахманиновым. На оригинальные и переводные тексты Мея кроме названных композиторов писали музыку П. Веймарн, К. Вильбоа, В. Золотарев, П. Бларамберг, С. Блуменфельд и др. Кроме публикуемых текстов в песенниках встречаются «Хозяин» и «Русалка».
486*
У соседки сын-молодчик — Хата с хатой рядом;У соседа дочь-красотка — Сад сошелся с садом.
Веет ветер с полуночи — Старики за сказки;Веет ветер со полудня — Молодежь за ласки.
«Милый по саду гуляет, Смотрит к нам в окошки:Я, девица, вышла в сени, Стала на порожке.
С милым другом перемолвить Слово я хотела,Да отец в саду работал, Я и не посмела».
Сизый голубь по застрехе Ходит да воркует;Сизу голубю Анюта, Смеючись, толкует:
«Ох, голубчик сизокрылый, Ворковать умеешь,А небось к нам под окошко Прилететь не смеешь?
Для тебя ли, голубочка, Для воркуньи-птички,На окошке я рассыплю Проса и пшенички:
Ты не бойся, мой голубчик, А — как сядет солнце —Прилетай ко мне, девице, Прямо под оконце!»
Голубочку на застрехе И отцу седомуНевдомек девичьи речи, Да вдомек милому:
Не слетел клевать пшеничку Голубь сизокрылый,А пришел со мной, девицей, Целоваться милый.
1849 487*
У молодки НаныМуж, как лунь, седой…Старый муж не веритЖенке молодой;
Разом домекнулся,Что не будет прок,—Глаз с нее не спустит,Двери на замок.
«Отвори каморку —Я чуть-чуть жива:Что-то разболеласьСильно голова —
Сильно разболелась,Словно жар горит…На дворе погодно:Может, освежит».
— «Что ж? открой окошко,Прохладись, мой свет!Хороша прохлада,Коли друга нет!»
Нана замолчала,А в глухой ночиУнесла у мужаСтарого ключи.
«Спи, голубчик, с богом,Спи да почивай!»И ушла тихонькоВ дровяной сарай.
«Ты куда ходила,Нана, со двора?Волосы — хоть выжми,Шубка вся мокра…»
— «А телята нашиСо двора ушли,Да куда ж? — к соседкеВ просо забрели.
Загнала насилу:Разбежались все…Я и перемокла,Ходя по росе!»
Видно — лучше с милымХоть дрова щепать,Чем со старым мужемЗолото считать.
Видно — лучше с милымГолая доска,Чем со старым мужемДва пуховика…
<1850> 488*
«Тятенька-голубчик, где моя родная?»— «Померла, мой светик, дочка дорогая!»
Дочка побежала прямо на могилу.Рухнулася наземь, молвит через силу:
«Матушка родная, вымолви словечко!»— «Не могу: землею давит мне сердечко…»
— «Я разрою землю, отвалю каменье…Вымолви словечко, дай благословенье!»
— «У тебя есть дома матушка другая».— «Ох, она не мать мне — мачеха лихая!
Только зубы точит на чужую дочку:Щиплет, коли станет надевать сорочку;
Чешет — так под гребнем кровь ручьем сочится;Режет ломоть хлеба — ножиком грозится!»
<1850> 489. Колыбельная песня*
Баю-баюшки-баю,Баю Оленьку мою!
Что на зорьке на заре,О весенней о поре,Пташки божии поют,В темном лесе гнезда вьют.
Соловейка-соловей,Ты гнезда себе не вей:Прилетай ты в наш садок,Под высокий теремок.
Под кусточком попорхать,Спелых ягод поклевать,Солнцем крылышки пригреть,Оле песенку пропеть.
Баю-баюшки-баю,Баю Оленьку мою!
<1850> 490*
Хотел бы в единое словоЯ слить мою грусть и печальИ бросить то слово на ветер,Чтоб ветер унес его вдаль.
И пусть бы то слово печалиПо ветру к тебе донеслось,И пусть бы всегда и повсюдуОно к тебе в сердце лилось!
И если б усталые очиСомкнулись под грезой ночной,О пусть бы то слово печалиЗвучало во сне над тобой!
1859 491. Песня*
Как наладили: «Дурак,Брось ходить в царев кабак!»Так и ладят все одно:«Пей ты воду, не вино —Вон хошь речке поклонись,Хошь у быстрой поучись».
Уж я к реченьке пойду,С речкой речи поведу:«Говорят мне: ты умна,Поклонюсь тебе до дна:Научи ты, как мне быть,Пьянством люда не срамить?
Как в тебя, мою реку,Утопить змею-тоску?А научишь — век тогдаИсполать тебе, вода,Что отбила дуракаОт царева кабака!»
<1860> 492. Зачем?*
Зачем ты мне приснилася,Красавица далекая,И вспыхнула, что в полыме,Подушка одинокая?
Ох, сгинь ты, полуночница!Глаза твои ленивые,И пепел кос рассыпчатый,И губы горделивые —
Всё наяву мне снилося,И всё, что греза вешняя,Умчалося, — и на сердцеЛегла потьма кромешная…
Зачем же ты приснилася,Красавица далекая,Коль стынет вместе с грезоюПодушка одинокая?..
<1862>А. Е. Разоренов
