моей персоне, а также показать не только «правильность правильного выбора», но и несомненную выгоду не только для неё и её семьи, но и для народа. А Аше… ей явно свойственен некий романтизм. Излишних иллюзий на этот счёт, впрочем, строить не стоит — эта девушка вполне практичная.
Питаю ли я романтические чувства к этой противоречивой особе? Разумеется. Если признаться самому себе, то если бы она мне была не по нраву, то на подобную авантюру, какие бы блага она мне не сулила, я бы не решился. Ну что здесь поделать? Грешен. Можно строить из себя какой угодно эмоциональный кремень, а против сердца тяжело идти… вот я и не пошёл, хотя отчетливо понимаю, что всё это — игра на тоненького, в которой я могу получить гораздо меньше того, чего хотел и планировал. Если вообще что-либо получу.
А вот любит ли меня Аша… вопрос хороший, животрепещущий даже. Надеюсь, что да. Или она превосходная актриса и интриганка, чьи навыки игры не снились ни Серсее, ни Варису, ни кому-либо ещё. В этом я, вполне обоснованно, сомневаюсь. Аша у нас тёртый калач, умная и хитрая, явно неплохой тактик, но не политик. Точно не политик.
Ветер, все это время обдувавший моё лицо, чуть поменял направление и донёс до меня немного удушающий приторно-сладкий аромат. В башенной галерее я был один, оруженосец и пара охранников оставались несколькими пролётами ниже. Подозреваю, в башню ведут ещё несколько путей… или же мои ребята его просто пропустили, не смея останавливать. В любо случае, развязав такую игру, мне, наверное, больше пренебрегать охраной не стоит. Даже в Красном замке. Или особенно?
— Лорд Варис! — Поприветствовал мастера над шептунами, не поворачивая головы. Был ли я полностью уверен? Нет. С другой стороны, что мне терять? Если я прав, то попал в яблочко почти не целясь. Ошибся, вновь нафантазировав на пустом месте, и за спиной никого нет, то… о моей неловкости никто и не узнает.
— Лорд Баратеон, — сзади раздал голос евнуха.
«Лорд Баратеон». Именно так меня официально ещё никто не величал, находя любые иные формулировки. Отчасти из-за того, что имя Ренли ещё не имело достаточного веса, отчасти из-за Роберта. Перешёл на новый уровень?
— У Вас очень острый слух, Ваша светлость.
— Скорее обоняние. — Я так и не повернулся лицом к Варису, не особо желая видеть непроницаемое лицо профессионального актёра, легко сбивающее с толку. — Такое чувство, что Вы, друг мой, вылили на себя доброе ведро амбры.
— Последние дни выдались весьма жаркими. — В голосе главного шпиона появились нотки напускного раздражения на силы природы. — Я хоть и лишён мужского естества, но смущать прекрасных дам телесным запахом позволить себе никак не могу.
— В таком случае позвольте полюбопытствовать, мастер. Какая необходимость позволила Вам вести смутные речи с моей избранницей, подталкивая её к… разным и негативным для меня мыслям.
На последних словах я всё-таки повернулся лицом к Варису, не выдавая никаких ярких эмоций. Внешне я был абсолютно спокоен и ожидал от Вариса нечто подобное. В голове я перебирал возможные истинные и надуманные причины подобных действий с его стороны. Собственная инициатива? Науськивание от Аррена или кого-либо ещё? А какая собственно разница? Но… если Паук пришёл сюда, значит, он хочет поиграть и будет вынужден поделиться хоть каплей информации, чтобы меня в это втянуть и какое-то время удержать. Пусть и есть весомый шанс на то, что информация ложная, но что ж… я тоже поиграю.
Варис в ответ на мой обвинительный тон преобразился. Он выпрямил спину, расправил плечи, а выражение лица приобрело вид, подходящий благородному и гордому воителю, ратующего за справедливость и явно не одобряющему, что в его чести посмели усомниться. Даже его фирменный жёлтый богато расшитый шёлковый халат стал вдруг сидеть на нём как начищенные латы
— Государственная необходимость. — Варис говорил прямо и чётко, демонстрируя личную убеждённость в своих словах и стоящих за ними принципах. Но как играет… как играет, чёрт возьми! Хорошо, что хоть защитником народа не назвался. Завершая свою фразу, Паук подпустил в голос улыбку. — Тем более, что на тот момент леди Грейджой ещё не была Вашей избранницей.
— Обратное Вас бы остановило? — Не мог не поинтересоваться.
— Боюсь, что нет. — Паук всё же продемонстрировал чувство вины, слегка склонив голову. — Не сочтите за лесть, господин, но я не могу перестать удивляться Вашей проницательности и талантам. В кои-то веки мастер над законами перестал быть пустой должностью, а у простых людей появилась надежда на справедливое дознание и защиту. А Вы прошли тернистый пусть от любви до ненависти и обратно. Дважды, отмечу. И всё так же уверены и крепки в своих начинаниях и помыслах. Это не может не вызывать восхищение… и радость, что у королевства на нужной должности появился нужный человек. Многие в столице смотрят на Вас с надеждой и определёнными чаяниями. В том числе и я.
Мда… какие дифирамбы. Оригинальный Ренли точно бы купился. Но Паук запел слишком красиво. Для простого люда особых перемен-то и не произошло, как впрочем…
— С надеждой на что, лорд Варис? — Не нравится, куда он ведет, ой не нравится.
— На недопущение узурпации власти одним Домом, господин. — Варис говорил твёрдо и смотря прямо в глаза, как смотрит преданный офицер на своего генерала. «Дуче, брось нас в огонь!» — Благо для королевства — баланс интересов.
Какую-то сокровенную истину он мне не открыл, но темы всё равно достаточно острые. Так какова его цель? Можно смело предположить, что Варис потихоньку стравливает меня с Ланнистерами, делая это намеренно и по собственной инициативе, уводя нас в стороны друг от друга, а может и «по разным углам ринга», дабы мы в один прекрасный момент сцепились в феодальном кровавом угаре. Но, в таком случае, зачем он подкатывал свои шары… или… они же есть? Как это вообще делается? Неважно. Итак, зачем же он лез к Аше, если мой союз с Грейджоями лишь усилит нас против Ланнистеров? Возможно, у него были, а может и есть, некие планы относительно меня и моего брака. В Вестеросе у Паука не так много влияния, как можно подумать, а вот в Эссосе — другая картина. Хотел уравновесить меня, отвадив часть местной аристократии? А что? Подложить под меня в борделе искусницу, которая потом окажется бежавшей дщерью опального магистра или ещё что в этом духе — схема,
