образом преследовал французов посреди опасностей и в условиях, которые сделали это сражение одной из самых драматических морских битв, его изображение сжигали в Англии за то, что будто бы он позволил неприятелю уйти. Когда Конфлан во главе своего флота огибал Кардино – самые южные скалы у входа в Киберонскую бухту, – то головные английские корабли заставили французский арьергард вступить в бой. Это другой случай общей погони, обыкновенно ведущий к свалке, но исключительно интересный и даже грандиозный вследствие стечения обстоятельств – штормового ветра, сильного волнения, близости подветренного берега, стремительной скорости под малыми парусами и большого числа сражающихся кораблей. Один французский 74-пушечный корабль, теснимый несколькими противниками, решился открыть порты нижней палубы – и вкатившимися туда волнами был потоплен со всеми людьми, кроме двадцати человек. Другой корабль потопили залпами с флагмана Хоука. Еще два корабля, один из них под вымпелом коммодора, спустили флаги. Остальные рассеялись. Семь кораблей бежали по направлению к северо-востоку и встали на якорь в устье маленькой речки Вилена, в которую успели войти в высокую воду двух приливов, – подвиг, никогда ранее не совершавшийся. Семь других кораблей укрылись в Рошфоре к юго-востоку. Один из них, будучи сильно поврежден, сел на мель и погиб близ устья Луары. Флагманский корабль, носивший то же самое имя «Солейль Рояль», как и корабль Турвиля, сгоревший при Ла-Хоге, встал на якорь при наступлении ночи у Круазика, немного к северу от Луары, где и простоял благополучно до утра. С рассветом адмирал увидел себя одиноким и – что может показаться слишком поспешным решением – выбросился на мель для того, чтобы не отдаться в руки англичан. Этот поступок порицался французами, но напрасно, так как Хоук никогда бы не позволил ему уйти. Большой французский флот был уничтожен, ибо четырнадцать кораблей, упущенных неприятелем и не разбившихся, разделились, как мы видели, на две группы, и те, что вошли в Вилену, должны были оставаться там от пятнадцати месяцев до двух лет (а выходили в итоге максимум по два одновременно). Англичане потеряли два корабля, которые сели на мель и были совершенно разбиты, потери же собственно в сражении были крайне незначительными. С наступлением ночи Хоук расположился со своим флотом и боевыми призами неподалеку.
С истреблением Брестского флота для Франции исчезла всякая возможность вторжения в Англию. Описанная битва 20 ноября 1759 года была Трафальгаром этой войны; хотя блокада остатков французского флота, стоявших в Вилене и Рошфоре, продолжилась, английские флоты теперь могли свободно действовать против колоний Франции, а позднее и против колоний Испании, ничуть себя не стесняя. В тот же самый год, когда состоялись эта большая морская битва и падение Квебека, произошло взятие англичанами Гваделупы в Вест-Индии и Горэ на западном берегу Африки, а еще случилось исчезновение с морских просторов Ост-Индии французского флага после трех нерешительных сражений между коммодором д'Аше и адмиралом Пококом; это событие ознаменовало ослабление французского влияния в Индии, которое впредь уже не восстановилось. В том же году умер король Испании, ему наследовал его брат под именем Карла III. Он правил в Неаполе в ту самую пору, когда английский коммодор дал правительству всего час на размышление в вопросе об отзыве неаполитанских войск из испанской армии. Карл не забыл этого унижения и принес с собою и на трон Испании недружелюбное отношение к Англии. При таких чувствах с его стороны Франция и Испания действовали заодно более охотно. Первым шагом Карла стало предложение посредничества, но Питт высказался против. Видя во Франции главного врага Англии, а море и колонии считая главным источником могущества и богатства, он желал теперь, раз уж взяли верх над французами, ослабить противника совершенно, дабы на развалинах его государства утвердить прочнее величие Англии. Позднее он предложил некоторые уступки, но влияние фаворитки Людовика, привязанной к императрице Австрии, заставило короля Франции отвергнуть участие Пруссии в переговорах; Англия же не хотела этого допускать. Впрочем, Питт в действительности не был еще готов к миру. Год спустя, 25 октября 1760 года, умер Георг II, и влияние Питта начало сокращаться, ибо новый король был менее склонен к войне. В 1759 и 1760 годах Фридрих Великий продолжал смертоносную и разорительную войну своего маленького королевства против великих держав, ополчившихся на него соединенными силами. Однажды показалось, что все безнадежно, и король готовился к самоубийству, но затем все более или менее наладилось, а продолжение этой войны отвлекало внимание Франции от Англии и от моря.
Быстро приближалась пора тех больших колониальных экспедиций, которые ознаменовали последний год войны торжеством морской силы Англии над Францией и над Испанией. Мы к этому перейдем, но прежде рассмотрим совершенно сходную историю утверждения морской силы в Индостане.
Выше уже говорилось об отозвании Дюпле и о полном отречении Франции от его политики, в результате которой обе Ост-Индские компании находились в равных условиях. Однако условия договора 1754 года не исполнялись в точности. Маркиз де Бюсси, храбрый и способный воин, бывший помощник Дюпле, всецело согласный с его политикой и притязаниями, оставался в Декане – обширной местности на юге центральной части полуострова, над которой Дюпле был некогда правителем. В 1756 году возникли недоразумения между англичанами и туземным раджой в Бенгалии. Набоб этой провинции умер, а его преемник, молодой человек девятнадцати лет, атаковал Калькутту. Город сдался после недели сопротивления, в июне, и за штурмом последовала знаменитая трагедия, известная под именем трагедии Калькуттской темницы [149]. Вести об этом достигли Мадраса в августе, и Клайв, имя которого называлось выше, отплыл туда с флотом адмирала Уотсона – после долгой и пагубной проволочки. Флот вошел в реку в декабре и появился перед Калькуттой в январе, когда она опять попала в руки англичан так же легко, как легко сдалась ранее противнику.
Набоб сильно разгневался и двинулся против англичан, послав в то же время приглашение французам в Чандер-Нагоре присоединиться к нему. Хотя было известно о войне между Англией и Францией, но французская компания, вопреки опыту 1744 года, слабо надеялась, что между нею и английской компанией может сохраняться мир; поэтому она ответила на приглашение набоба отказом и предложила английской компании соблюдать нейтралитет. Клайв высадил войска на берег, встретил силы туземцев и разбил их наголову; набоб сразу запросил мира и даже союза с Англией, отказавшись от всех своих притязаний, в силу которых предпринял нападение на Калькутту. После некоторых колебаний его предложения были приняты. Клайв и Уотсон обратились тогда против Чандер-Нагора и принудили французское поселение к сдаче.
Набоб, который
