— А как же ваш залог хозяевам Обетованного? — делая вид, что мне совершенно безразлично только что сказанное им, проговорил я. — Вы откупились мной?
— Мы изгнали паршивую овцу из нашего круга! — не сдержавшись, завопил Шендар. — Ты лишён звания Мага нашего Поколения! Ты — вне закона, Хедин! Ты и твой Ученик. Как только мы получим всё то, что должны получить от наших повелителей, будет стёрта даже сама память о тебе!
— Доберись сначала до меня, хвастун, — спокойно ответил я. Клянусь Лунным Зверем, мне нелегко далось это спокойствие, особенно после слов Фелосте, которые я при всём желании не смог бы выбросить из головы.
— Не бойся, до тебя доберутся те, кому прикажут это сделать наши Владыки, Молодые Боги, — вновь злобно ощерился Шендар, а я отчего-то вспомнил давно ушедшие годы нашего Ученичества — тогда мне казалось, что мы с ним можем стать друзьями, потому что мы неизменно оказывались участниками самых невероятных и рискованных волшебных приключений, которые придумывали себе сами, в том числе и весьма двусмысленных. Но мой былой спутник по многоразличным похождениям, когда-то не имевший от меня никаких секретов, теперь готов стереть меня с лица земли. Что ж, всё течёт, всё изменяется, как сказал бы какой-нибудь Ученик Мерлина…
— И когда же будет иметь место сие знаменательное событие? — с презрительной издёвкой произнёс я, глядя прямо в глаза Шендара.
— Когда надо, — огрызнулся он и внезапно вскинул руки в известном жесте Изгоняющего. — Сгинь, пропади, рассыпься, изгнанный!
Я не стал сопротивляться, пусть думает, что у меня нет на них управы, если они засели за стенами неприступного, как они всё ещё считают, Замка Всех Древних. Мой взор вновь скользнул по стенам верхнего покоя Главной Башни Хединсея.
Тем временем битва между Лишёнными Тел и созданиями Демогоргона стала постепенно отдаляться — Дети Соборного Духа уверенно теснили своих противников, загоняя их в отдалённые углы Межреальности. Читающий всё это время старательно записывал всё, что мог, из применявшихся заклятий; точнее, записывал, конечно же, не он, а его эфирные шары; он клялся, что разберётся в картине и изложит всю её для меня в удобной форме.
Итак, все карты моих противников оказались биты. Ни магические воины из других Миров, ни Алчущие Звёзды, ни даже слывшие непобедимыми Лишённые Тел не смогли справиться со мной. Арсеналы Замка Всех Древних были почти исчерпаны; на посланного ими Астрального Убийцу я ответил астральным же защитником; эти двое или будут кружить до бесконечности вокруг моего изначального двойника, или схлестнутся в одной короткой схватке, в которой все преимущества у моего бойца — ведь я знал все магические составляющие его противника благодаря усилиям Читающего Заклятья.
В разразившейся колдовской войне наступило короткое затишье. Я поспешил обратить свой взор на столицу королевства, и сердце моё подпрыгнуло от радости — Хаген со Старым Хрофтом вновь стояли на камнях мостовой перед окутанным Тьмой Храмом, озираясь по сторонам; даже Отец Дружин утратил свой обычный упорно-залихватский вид. Великий Орлангур не задержал их надолго; необходимо узнать, что он им сказал и, вообще, зачем они ему понадобились; это представлялось важным, но всё же могло подождать. Могло подождать… из-за слов Фелосте, сказанных мне.
Новое Поколение может сменить предшествующее по разным причинам. На старое могут разгневаться Боги и превратить всех Магов в каких-нибудь мелких бессмертных стихийных духов, смотрителей желудей или распорядителей муравейников; могут сослать куда-нибудь в отдалённые пласты Реальности… Могли, напротив, возвысить, забрав к себе, в пределы Обетованного.
Маги могут уйти и сами — как бывало до введения в силу Закона Древних, запрещавшего и делавшего невозможным убийство одного Мага другим. Войны собирали щедрую жатву, и в конце концов кто-то из Мудрых сумел составить и заставить работать одно из величайших во всей истории колдовства Заклятий, воплощавшее этот закон. Теперь, судя по всему, его отменили сами Молодые Боги.
И существовал ещё один способ, имевший место, по моим сведениям, всего лишь один раз — когда Маги начинали рождать подобных себе физическим путём, как люди или эльфы, когда у них начинали появляться дети. Достаточно было увидеть свет хоть одному ребёнку, и всё Поколение становилось обречённым. Маги умирали от странной чумы, разрывавшей тонкие астральные узы между телесным и духовным началами в нас; единственное Поколение, ушедшее так, оставило нам подробный трактат на эту тему. Тайна же происхождения остальных — в том числе и нашего — продолжала оставаться за семью печатями для всех нас, даже для всезнайки Мерлина. И, поминая нашу обречённость, Фелосте знала, о чём говорила. Представляя себе её непреклонный характер, я не мог не признать того, что действительно боюсь этой её угрозы. Её не остановило бы ничто. Ради своих туманных и непонятных мне принципов она преспокойно отправила бы в небытие и меня, и всё наше Поколение и сама бы ушла в вечную ночь с лёгким вздохом, как человек, засыпающий после долгой, трудной, но хорошо выполненной работы.
Как мне остановить её? Держать постоянно под присмотром — на это не хватит сил, они слишком нужны в других местах. Сделать так, чтобы о её намерении узнали все остальные? Это мысль: вряд ли мои сородичи захотят дружно отправляться во Тьму по прихоти одной из них, единолично присвоившей себе право решать, кому жить, а кому — нет; но Фелосте легко от всего отречётся, а у меня опять же нет ни возможности, ни сил доказывать всем свою правоту в судном Зале Совета…
И, наконец, главное. Что же медлят эти злосчастные хозяева Обетованного, если Астральный Вестник уже давно добрался до них и Молодые Боги, если верить Шендару, «преклонили слух» к его словам?
Но тут мои рассуждения прервал резкий стук в окно. Я обернулся — на подоконнике, сердито нахохлясь, сидел иссиня-чёрный Замковый Ворон с багровым кольцом на правой лапе. Это был вызов на немедленный поединок, который уже не отменить; и на кольце я прочёл короткое слово в старинной вязи Первичных Рун: «Мерлин, Верховный Маг Поколения».
ГЛАВА VII
Хаген выводил войско из горящей, разрушенной столицы. Дружинники шагали весело: потери оказались невелики, а добыча — куда как значительна; тан слышал хвалебные крики в рядах марширующих. Загадочный Храм они оставляли позади; высокий холм руин по-прежнему скрывало облако Тьмы. Амулеты Богов смирно лежали в сумке Хагена, и не похоже было, что гибель Храма как-то отразилась на них. Он сделал всё, что наметили они с Учителем; теперь оставалось только возвращаться на Хединсей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
