3. Что это ты, брат, так на меня возник? Ну пошлю я тебе завтра все наборы, которые найду в магазинах, пошлю, не огорчайся. Наборов по 20 р. действительно больше нет, все распроданы. Вообще, у филателистических прилавков творится что-то невообразимое. Народ стоит стеной в три слоя. Ориентир «пределы 10–20 р.» уже лучше. Видел наборы по 12 руб. и по 15.78 р. Куплю и вышлю завтра же, не скули. Продерусь через толпы, давя кости и рвя мясо сопротивляющимся.
4. Не помню уже, писал ли тебе о том, что 9-го было партбюро Моск. орг. ССП, где заслушивали коммунистов Совета по фантастике. Били в Казанцева, как в бубен. Кажется, Совет распустят и вольют фантастов в Организацию прозы. Подробности при встрече.
5. Меня тоже вынудили выступить в одной школе. Ничего, пронесло.
6. Встречался здесь с Аркадием Львовым, автором «Старшего брата, которого не было»[211] и т. д. Произвел на меня отличное впечатление, умница, с очень тяжелой судьбой человек. Видимо, настоящий писатель, причем писатель-одессит. Я видел, какие ему дифирамбы пел Симонов, чтобы его книжку рассказов (одесских, а ля Бабель) издали в Сов. Писе. Считает ХВВ шедевром, не имея при этом никаких корыстных оснований.
7. Заявку на Комарово организовал давно, еще когда послал тебе телеграмму.
8. Дал читать Улитку в Литературную Россию. Надежды, конечно, никакой, но очень просили. Свои люди. Севка требует «Лес» в сборник «Фантастика», который он составляет на следующий год. Я уклончиво отвечаю, что де там видно будет. Обижается.
Пока всё. Целую и жму обыкновенно, твой Арк.
Получив «добро» от брата, БН пишет на киностудию Ленфильм.
ИЗ АРХИВА. ПИСЬМО БНа НА ЛЕНФИЛЬМ, 18 НОЯБРЯ 1965
Глубокоуважаемый Яков Нисонович!
Переправляю Вам вариант заявки. А. Стругацкий дал согласие на наше сотрудничество, правда, при условии, что будет заключен авансовый договор. Если у Вас будут замечания по Заявке, попросите, пожалуйста, Аллу Валентиновну[212] связаться со мной (она знает, как) или — что было бы лучше всего — черкните мне открыточку, чтобы я приехал. Если особых замечаний не возникнет, просто держите меня по возможности в курсе дела.
Большой привет Алле Валентиновне и всем товарищам,
Ваш Б. Стругацкий
ИЗ АРХИВА. ЗАЯВКА НА СЦЕНАРИЙ ТББ, 18 НОЯБРЯ 1965
Директору киностудии Ленфильм
ЗАЯВКА
Предлагаем сценарий по мотивам нашей фантастической повести «Трудно быть богом», в котором рассказывается о судьбе гражданина коммунистической Земли отдаленного будущего, направленного вместе с группой других ученых на чужую планету для участия в грандиозном эксперименте по изменению хода истории чужой, хотя и землеподобной цивилизации. Главный герой — ученый-историк, человек высоких моральных качеств, настоящий коммунар, пройдя специальную подготовку, попадает в мир феодально-фашистских отношений. Его задача состоит, главным образом, в том, чтобы собирать и передавать на Землю детальнейшую информацию о чужой цивилизации, в подготовке к решительному вмешательству в тяжелую судьбу братьев по Разуму. Он, плоть от плоти дитя своего коммунистического века, лицом к лицу сталкивается с древним ужасом варварства, невежества, с миром феодальной жестокости, отягощенным какой-то разновидностью средневекового фашизма. Положение героя глубоко трагично. Он не в силах холодно наблюдать страдания, которые несет местному человечеству фашизм, но он знает, что всякое поспешное и необдуманное вмешательство (даже с самыми лучшими намерениями) в судьбу другого мира чревато страшными и непоправимыми последствиями. Он бог, всемогущий и всезнающий, для окружающих его аборигенов, но сил его пока явно недостаточно, чтобы изменить существующий порядок вещей.
Сценарий построен на остром сюжете, но главной его задачей является показать столкновение двух диаметрально противоположных моралей, психологии, мировоззрений — коммунистических с одной стороны и фашистских, мещанских, варварских с другой.
А. Стругацкий
Б. Стругацкий
ПИСЬМО БОРИСА БРАТУ, 19 НОЯБРЯ 1965, Л. — М.
Дорогой Аркашенька!
1. Получил кляссеры. Среди них и тот, которые мне был так нужен и из-за которого горел сыр-бор. Огромное спасибо. Больше у меня к тебе нет ни единой претензии.
2. Наше заявление в Литфонде рассмотрено и удовлетворено. Даден нам пансион на период 6—29 декабря с. г. В ближайшее же время съезжу, выкуплю путевки. А ты помалу собирайся. Бери побольше теплых вещей, бо у нас уже зимно, а будет ще зимнее.
3. Кан вернул с благодарностью твои книги на аглицком и просит-умоляет еще Уиндема — что-то про Тайм. Начало названия я не разобрал. Сборник рассказов.[213]
4. Заявку в Ленфильм начертал и отправил почтой. Посмотрим, что будет. В сопроводительной записке с прямотой римлянина[214] указал, что договор будет подписан лишь при условии его авансовости.
5. Вчера было собрание секции. Обсуждали фант, сборники последних лет. Скромно хвалили ленинградцев, активно ругали москвичей — «можно!». Особенно наваливались на «Последнюю дверь» и почему-то на «В круге света».[215] После заседания Ольга[216] устроила банкет. Все перепились и очень нас расхваливали — кто за что. В особенности — за ПНвС и УнС.
6. Выступал в Петродворцовой биб-ке. Опять же наслушался теплых слов, иногда очень точных. Спрашивали, между прочим, все ли наши вещи опубликованы, нет ли задержанных. Я воспользовался и кратко изложил историю ХВВ.
7. Да, некто Голант (научпоповец) просил узнать у тебя, не показывал ли Володька Травинский его (Голанта) фантастический памфлет, и если показывал, то что ты о нем думаешь. Ты отпиши, пожалуйста.
8. Ленинградский сборник выйдет, оказывается, в марте. Так что, если УнС напечатают в ЛитРоссии, ничего страшного не случится, кроме, конечно, осложнений типа «Стажеров».
Вот пока и всё, жму, целую, твой [подпись]
P. S. Да, есть какой-нибудь резонанс у статьи Рима в «Коммунисте»?
ПИСЬМО АРКАДИЯ БРАТУ, 22 НОЯБРЯ 1965, М. — Л.
Дорогой Борик!
1. Слава богу. (Это о кляссерах.)
2. Ура! (Это уже о путевках.) Значит, путевки достаешь ты. Как только получишь их на руки, немедленно отпиши, да сообщи, что еще требуется из формальностей, какие справки-шмакодявки и так далее.
3. Уиндемовскую книжку «Семена времени» я привезу, а к тому привезу тебе еще подарочное издание Латинского «Хоттабыча» с его дарственной тебе надписью, японских марок в качестве обменного фонда и кое-какие письма, в частности — очень трогательное письмо от И. Грековой за посланный ей ПНвС. Да, кстати, послали ли вы книжки тому искалеченному инженеру? Если не послали, то будет вам стыдно.
4. Днями был у Ю. Манина, напереписывал у него почти всего Кима, да в придачу еще несколько исполнений Дулова. Хочу привезти, чтобы вы послушали. Есть очень хорошие вещи.
5. Звонил мне Гинцбург, тот, что поставил «Гиперболоид». Просил оказать ему честь и встретиться с ним, а заодно посмотреть «Гиперболоид». Он имеет мысль создать в Союзе Кинематографистов комиссию по фантастическому фильму. Конкретных предложений не делал, но дал понять, что жаждет от нас сценарий. Я вероятно встречусь с ним после их съезда.[217] Ничего конкретного обещать не буду, скажу, что поговорю с тобой.
6. Володька Травинский неделю назад звонил, обещал зайти. Он сдал в издательство какую-то книгу и очень доволен. Я его широко пропагандирую в разных редакциях. Печатают всякую серятину, а такой публицист без дела сидит, срам. Никаких Голантов он мне не показывал, да и не мог, я его в последний раз видел в августе. Или еще раньше. Хотя мы у него в гостях были, правда. Но с тех пор не виделись.
7. Открытого резонанса на статью Мишки[218] и Рима нет, но видно, что гиганты в администрации ССП стали Относиться к нам уже не пренебрежительно. А к ним, Мишке и Риму, особенно щепетно.
8. Дали мне на рецензию «Небесную любовь Паолы (такой-то)» Ларионовой. Литературно это слабее «Леопарда», но острее сюжетно и читалось с немалым удовольствием. Только вот американских империалистов она там совсем заругала, хотя их действия в книге, право же, бледнее бомбежки Вьетнама. А так ничего, писать она может и пишет вполне профессионально, конечно.
9. Ожидается в «Комсомолке» Севкина статья о ХВВ. Где-то близко.
10. В «Лит. России» УнС очень понравилась. А там видно будет.
Вот всё пока.
Всех целую, всем приветы.
Твой Арк.
В архиве АБС сохранился отзыв АНа на упомянутую повесть О. Ларионовой.
ИЗ АРХИВА. АНС. ОТЗЫВ НА ПОВЕСТЬ ОЛЬГИ ЛАРИОНОВОЙ «НЕБЕСНАЯ ЛЮБОВЬ ПАОЛЫ ПИНКСТОУН»
Новая фантастическая повесть О. Ларионовой, как и ее превосходный «Леопард», написана вполне профессионально, с хорошим литературным вкусом и на должном идейно-художественном уровне. Это, правда, не значит, что повесть совершенно лишена недостатков. Имеют место стилистические небрежности — словно специально оставленные для редакторского карандаша — есть также и целая сцена, в самом начале, где автору явно изменило чутье: это проходная сценка игры мальчишек в кибернетический футбол; сценка эта написана в сусально-неестественном тоне, свойственном довольно многим авторам, когда они пишут о детях. Убрав эту сценку, Ларионова только улучшила бы повесть.
