— Они гордятся, что следуют за тем, кого сами считают лучшим и достойнейшим! Потому в пику императору они на общем собрании лордов королевства дали вам титул ландесфюрста.
Я посмотрел на него с подозрением.
— Вам самому смешно?
Он сделал большие глаза, даже отшатнулся.
— Ваша светлость! Это же величайшая честь!.. Здесь ландесфюрстов отродясь не было!
Я переспросил:
— Точно?.. Ну-ну, тогда ладно. Только смотрите, не ландесфюрствуйте при гостях или на приемах, а то самого ландесфюрстну. Я предпочитаю скромно и со вкусом — Ричард Завоеватель. Правда, я недавно услышал еще пару прозвищ… гм… Хорошо, идите начинайте трудиться. Кот вернулся, мыши на столе больше не пляшут!
Он исчез, я подошел к столу и попытался вспомнить, чем занимался до того, как меня понесло в Ундерленды. Здесь важна последовательность, она позволяет соседним государям считать меня предсказуемым.
В политике, как и в торговле, необходимо иметь доброе имя. Ни в той, ни в другой обманывать много раз невозможно.
Сэр Жерар вошел, сказал громко, как дворецкий:
— Мастер Гианус к его светлости!..
Я повернулся, весьма удивленный, в комнату вошел и скромно остановился невысокий плотный человек с румяным лицом, шляпа в руке, только глаза странно не соответствуют, слишком уж в них много всего увиденного и пережитого, что ли.
— Слушаю, — сказал я настороженно, — вроде бы я вас не вызывал.
Он чуть поклонился, лицо дрогнуло в улыбке и снова стало прежним.
— Ваша светлость, мы использовали свое влияние, уж простите, чтобы явиться лично к вам и доложить, что заказанное вами оформление вашего кабинета изготовлено и доставлено. Осталось только установить…
— Что за… — начал я ошеломленно, потом посмотрел на мастера Гиунуса внимательнее, хлопнул себя по лбу. — Ах да, вы от ученого аббата Дитера?..
— Абсолютно точно, — сказал он. — Мы из монастыря блаженного Агнозия.
— Я не ждал, — сказал я, — что вы так быстро. Хорошо, действуйте!
— Можно заносить, ваша светлость?
— Тащите, — сказал я. — Людей послать, чтобы помогли?
Он помотал головой:
— Не стоит, у нас весьма деликатные… гм… гобелены. Как вы и заказывали.
— Да-да, — сказал я громко, вдруг да кто-то слышит, — я хочу отделать кабинет по своему вкусу, чтобы все знали, отныне я здесь хозяин, а не Кейдан!.. Так что приступайте, ни у кого разрешения не спрашивайте. Можете даже стены ломать, если что.
Он сказал тихо:
— В двух местах придется немножко… подолбить, ваша светлость.
— Не мое, — ответил я, — не жалко. Это вот теперь, когда установите, будет мое…
Они принялись за работу, а я подумал, что вообще-то по ту сторону хребта в глубинах обитает Дух Огня, так называю, хотя какой он дух, однако даже в Армландию он пробивается из северных земель с трудом и только на большой глубине. За Большой Хребет не может, а из пещер выкарабкиваться наверх бывает так же трудно и долго, как если бы я промчался поверху на Зайчике.
Так что да, пусть лучше эти установки. Хоть понятнее…
Когда они закончили и ушли, я вызвал сэра Жерара, взглянул на него с подчеркнутым подозрением.
— Уже всех оповестили?
— О чем?
— Что я прибыл?
Он помотал головой:
— Нет, ваша светлость. Вдруг да вам сперва восхочется отдохнуть, ванну, женщин…
Я нахмурился.
— Все шуточки у вас… В общем, пока никаких приемов, торжеств, ясно? Скажете, сеньор привез ворох новой информации, сейчас обрабатывает и никого не принимает.
— А на самом деле?
Я рыкнул:
— И на самом деле никого не принимаю!.. Все, идите и попробуйте поработать для разнообразия.
Он ушел, а я с трепетом в груди уставился на узор на ковре. Сердце стучит трусливо, а в животе образовалась глыба льда. Вот туда, в центр этих лучей, я должен встать, чтобы переместиться в кабинет Гиллеберда, что уже не его кабинет, а тоже мой. И хотя оба давно мои, но все равно чувствую себя чуть ли не вором, хотя, конечно, морда кирпичом и нос кверху, никто моей неуверенности видеть не должен.
Мелькнула мысль насчет арбогастра и Адского Пса, они ж не просто Зайчик и Бобик, уже почти мои родственники… Хорошо бы перемещаться с ними, но вряд ли у магов хватит на такое мощности.
Ладно, проблемы буду решать по мере поступления.
Ноги мои отяжелели, но я заставил их переместить испуганное тело в центр многолучевой звезды.
— Пуск…
Страшный холод пронзил Вселенную, ледяные сосульки пробили грудь и вонзились в сердце. Легкие наполнились тяжелым прессованным снегом, я ощутил, что умираю, эти сволочи поймали меня в ловушку…
…и мгновенный жар заполнил от ушей и до пят. Я пошатнулся, сделал шаг и едва не упал. Перед глазами поплыло, но это… кабинет Гиллеберда! Мой кабинет в Савуази, стольном городе королевства Турнедо…
Сердце колотится с бешеной скоростью, но воздух чист и прохладен, нет ни жара, ни холода, все было в ощущениях, хотя теперь понимаю, почему Гиллеберду не советовали такой способ перемещения.
За дверью, в коридоре, негромко и буднично переговариваются низкие мужские голоса — я узнал по говору часовых из горных областей Турнедо.
Поколебавшись, я принял бодрый вид и приоткрыл дверь. Стражи в ужасе подскочили. Один уронил тяжелый меч прямо на ноги, но не вскрикнул, а только уставился на меня вытаращенными глазами.
— Вольно, вольно, — сказал я мирно. — Это я в окно влез, проверяю, как тут с безопасностью. Позовите сэра Вайтхолда.
Я отступил в кабинет и закрыл дверь, а в коридоре раздался топот, звон металла, затем вдалеке послышались зычные крики. Как я понял, везде катится слух, что лорд неузнанно вернулся и уже у себя в кабинете, лют и гневен.
За окном серый вечер, воздух свежий, резкий, словно я попал совсем в другой мир. Небо в тучах, дождя нет, но все равно сыро и прохладно. Солнца не видно, только на западе у самого края земли багрово пламенеет край тучи, указывая на закат.
Я опустился за стол и бесцельно двигал оставленные с прошлого раза бумаги, там всякие мелкие жалобы, помню, побрезговал читать подробно.
Наконец в коридоре послышались знакомые быстрые шаги. Дверь распахнулась, лицо сэра Вайтхолда — раздраженное, словно еще не закончил кого-то распекать за неуместные шуточки, в глазах гнев…
Они стали еще шире, он застыл и только смотрел на меня такими же выпученными глазами, как и у стража в коридоре.
— Сэр Вайтхолд? — произнес я.
Он вздрогнул, торопливо поклонился.
— Ваша светлость!
Я спросил с интересом:
— Вас что-то удивило, сэр Вайтхолд?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
