Стражники с удивлением повернулись ко мне.
— Мы вам очень признательны, ваше величество, — сказал один из них.
Я даже не задумалась о том, что он благодарил вовсе не Дориана.
Последний йесин осторожно пятился от неподвижного лисьего тела. Мои стражники в мгновение ока налетели на водяного кота, и он тут же рухнул. Тварь и так уже была слишком сильно изранена.
«А Жасмин-то и след простыл», — поняла я краем сознания, но тут же перестала размышлять об этой особе и упала возле Кийо.
Он не шевелился. Я перекатила его на спину, безуспешно попыталась нащупать пульс или услышать дыхание, потом выкрикнула его имя, не зная, что еще предпринять. Делают ли лисам искусственное дыхание? В отчаянии и истерике я снова и снова звала его.
Чья-то рука взяла меня за плечо.
— Он мертв, Эжени, — тихо сказал Дориан.
Шайа стояла на коленях рядом с ним. На ее лице была написана скорбь.
— Нет, — прошептала я. — Нет.
— Неужели ты не чувствуешь? Его душа оставила тело. Она отправляется в другой мир.
Я моргнула и внезапно поняла, что теряю контроль над собой.
Отправляется. Может, он еще не достиг враг?
В отличие от настоящей смерти изгнание переправляло в Царство Мертвых в мгновение ока. Именно поэтому некоторые люди переживают клиническую смерть.
— Но он еще не достиг его, — сказала я, расслабляя тело и очищая сознание.
Бабочка у меня на плече вспыхнула, когда я потянулась к Персефоне. Я ведь сейчас находилась в Мире Ином, на одну ступень ближе к ней, чем обычно.
Дориан бросил на меня тревожный взгляд, моментально понял, что я пытаюсь сделать, и потянулся ко мне.
— Проклятье! Не смей!..
Но король быстро понял, что я уже не здесь, и резко отдернулся. Беспокоить меня в этом состоянии было никак нельзя. Это означало бы смертный приговор. Я смутно видела, как он уронил руку и беспомощно поглядел на мое погруженное в транс тело, в котором больше не было моей души.
Она двигалась вперед, к Царству Мертвых.
Глава 27
Путешествовать в обличье духа совсем не то же самое, что в собственном теле. Оно дает тебе силы, но и увеличивает риск. Зато дух может видеть то, что не заметно простому человеческому глазу. Я все выше поднималась над Миром Иным и увидела его во всей красе и силе. Люди и предметы были охвачены сиянием. Некоторые, вроде Дориана, светились ярче других, словно маленькие солнца. Все, что окружало его, прочих людей, и составляло Ольховое Царство, сверкало своей собственной аурой, которая необычным образом взывала ко мне. Покидать ее казалось мне странным. Я словно оставила там часть себя.
Что касается меня, то моя душа отрастила крылья, когда я пересекла границу Царства Мертвых. Я приняла изящное обличье темной, почти черной птицы, стала Черным Лебедем, своим тотемом, обрела вид, привычный для путешествия по разным мирам.
Когда-то я вообще не использовала эту форму. Сначала обнаружила, что мой дух способен перемещаться в Мир Иной практически в том же виде, какой он имел в обычном мире. Позже я научилась переноситься сюда в своем обычном теле.
Но здесь вам не Мир Иной. Мне требовалась защитная маска птицы. Земля мертвых не любит расставаться с душами. По мере приближения к ней риск все сильнее. Мне оставалось лишь молиться о том, чтобы Кийо еще не достиг врат.
Чувствовать его было нетрудно. Мое физическое тело лежало близко к нему. Между нами существовала достаточная духовная и психологическая связь, чтобы я могла найти его след.
Но выходило так, что он оказался намного впереди меня. Слишком далеко. Кийо вошел в Черные Врата. Если я пойду за ним, то мне тоже придется пересечь границу Мира Мертвых. Тогда мое возвращение станет весьма сомнительным.
Все же я не могла просто так отпустить его. Ведь он погиб из-за меня, пришел мне на помощь, несмотря на то что я его отвергла. Мы столь многое делили друг с другом.
Я летела вперед, чувствуя потоки силы под крыльями. Самих Врат я не увидела, но почувствовала, когда очутилась по другую сторону их. Связь с физическим телом пошатнулась, и я поняла, что в этот миг поставила ее под угрозу. Если я пробуду здесь слишком долго, то она прервется окончательно.
Одновременно с осознанием этого меня пронзило еще одно ощущение, внезапное и жгучее, словно оплеуха. Словно я упала животом на замерзшую лужу — великолепное сравнение, учитывая, что душа не испытывает никаких физических ощущений. По крайней мере, мне так объясняли. Я не знала ни одного шамана, который побывал бы здесь, а потом вернулся и рассказал о своих ощущениях. Реально оказавшись в этом мире, я испытала вполне тактильные ощущения, похожие на теплую волну, пронизанную ледяными иголочками.
Я на мгновение увидела мир столь прекрасный, что меня пронзило болью. Он оказался красочным, светлым, изумительным. Видя его, я чувствовала свою связь с чем-то настолько великим, что это невозможно было понять в мирах смертных. Я купалась в этом чувстве, в этой пылающей неге, по сравнению с которой бледнела даже эйфория магии. Пусть лишь на мгновение, но я практически познала смысл жизни и смерти.
Но тут вдруг все исчезло. Я оказалась в темноте и безмолвно закричала, желая вернуться в этот прекрасный мир. Куда он пропал? Почему не возвращался?
Мне ответил голос, смутно напоминающий женский. Он раздался прямо в моем сознании, отразился внутри всего моего существа:
«Что ты принесешь сюда, таким этот мир и станет. Что ты взяла с собой?»
Тьма изменилась, стала густой. Я не видела источника-света, но вполне могла ощущать пространство перед собой. Появилась земля, холодная и мертвая. Черные, острые, уродливые скалы торчали во все стороны под разными углами. Меня охватил озноб. Поле зрения ограничивалось этим странным освещением. Все за его пределами казалось мне непроницаемой тьмой. Перед собой я различала еще более темный участок, окруженный призрачным сероватым светом. То ли дверь, то ли туннель.
Где я? Неужели я сама создала эту холодную тьму?
Опять послышался тот же голос:
«Этот мир таков, каким ты его создаешь».
Внутри туннеля я почувствовала Кийо, забыла обо всем и бросилась за ним. Тьма снова сомкнулась вокруг меня. В этот раз я очутилась посреди закрытого пространства, будто в пещере. Меня окружал все тот же холодный камень. Неизвестно откуда по ней разливался резкий свет. Выхода не было. Я чувствовала, что Кийо по-прежнему впереди, но не могла понять, как мне добраться до него. Тропа, по которой я прибежала сюда, исчезла.
Тут я внезапно поняла, что больше не одинока. Вокруг меня стали возникать образы. Я узнавала почти каждого. Кер. Фахан. Финн. Несколько йесинов. Всевозможные духи. Еще большее разнообразие монстров. Все, кого я изгнала в этот мир. Они толпились вокруг меня, заполняя собой практически все пространство.
