— Отдал бы его кому-нибудь еще. Наверняка есть выбор получше, чем я или Жасмин.
— Отдал бы? — Дориан расхохотался своим чудесным звонким смехом, тем, который словно говорил, что весь мир — это один большой анекдот. — Земля признала тебя. Ты не можешь этого изменить. Она теперь навсегда принадлежит тебе. Ладно, пока ты не умрешь или все не перейдет к твоему наследнику.
— Шикарно. Снова наследник. Я должна была догадаться, что ты опять поднимешь эту тему.
— Ничего я не поднимал, но раз уж ты первая начала…
Я остановилась и уставилась на него.
— Прекрати. Я не хочу это обсуждать, даже думать об этом не желаю.
Его отличное настроение несколько потускнело.
— А стоило бы, наверное. Жасмин точно будет думать об этом. Если она первая родит сына, то все твои благие намерения потеряют всякий смысл. Ты говоришь, что не хочешь этого, но, знаешь ли… Если ты обставишь свою сестру, то все может сложиться иначе.
Его слова были поразительно близки к тому, что говорил мне в Царстве Мертвых король Бурь. Поначалу я даже не знала, как ответить. Это случайное совпадение? Я была более чем уверена в том, что все увиденное там являлось лишь иллюзией, направленной на то, чтобы проверить мою решимость и поставить меня лицом к лицу с моими страхами.
— Что не так? — спросил Дориан, видя мою кислую мину.
В его же лице не было ни хитрости, ни понимания, лишь тревога.
— Ничего. Слушай, давай на минуту забудем о пророчестве. Вернемся к Ольховому Царству. Если ты так волновался насчет того, чтобы оно не попало в чужие руки, то почему просто не забрал его себе?
— Боже, Эжени, неужели ты думаешь, что я так жаден до власти?
— Да. Я так думаю. Я слишком много видела и слышала. Когда погиб Эзон, у тебя появился шанс. — Дориан не ответил, и я продолжала давить, зная, что права: — Это огорчило бы многих владык, не так ли? Майвенн и другие могли повернуться против тебя. Сделав меня королевой Ольхового Царства, ты получил местоблюстителя. Никто и пикнуть не посмеет, потому что я победила Эзона в честном бою, а ты получил доступ все к той же силе. Ты думал использовать меня и этот драный титул, чтобы усилить свое влияние.
— Какого же ты обо мне низкого мнения! Неудивительно, что ты так расстроена.
— Брось. Иначе зачем тебе так поступать?
Он изумленно смотрел на меня.
— Зачем? Да хотя бы потому, что я люблю тебя.
Он говорил так, словно это была самая логичная на свете вещь. Будто я давно должна была это понять.
— Ты же меня практически не знаешь.
— Мы знаем друг друга почти столько же, сколько ты знакома с кицунэ. Осмелюсь сказать, ты уверена, что влюблена в него. Доказательство тому — твоя отчаянная вылазка в Царство Мертвых. Святые боги, это самая огромная глупость, свидетелем которой я когда-либо был. Ты же дышать перестала. Я думал, что ты погибла.
Я услышала тревогу в его голосе, и меня осенило, что он и в самом деле может просто любить меня, в конце-то концов. Это пробудило во мне какое-то странное чувство. Я не знала, что с ним делать. Влюбленный Дориан — это что-то немыслимое. Я думала, он не способен любить ничего, кроме своих развлечений и амбиций.
— Я действительно люблю Кийо, — тихо ответила я. — Если бы у нас что-то получилось, то я…
Дориан пожал плечами, снова стал беззаботным и небрежным.
— Это не важно. Я не против делить тебя с кем-то.
— Но ты же говорил Эзону, что не делишься.
— Да, в основном это так. Уж конечно, я не делюсь с такими, как он. Но я не верю в то, что ты предоставишь мне исключительные права, поэтому готов к компромиссу.
— Не будет тебе ни исключительных прав, ни компромисса.
— Так я тебе и поверил! Ты говорила, что никогда не придешь ко мне в постель, не станешь использовать магию и еще сотню других вещей. Но мы прекрасно видели, что из этого вышло.
— Прекрати. Я серьезно.
— Я тоже. Ты теперь королева. Ты управляешь частью этого мира. Будь моей союзницей, и мы станем самой серьезной силой со времен твоего отца.
— Мне не нужна власть над Ольховым Царством.
— Теперь это Терновое Царство.
— Я… как?
— Земля изменилась, повинуясь тебе. Ольховое Царство было территорией Эзона. Теперь это твое Терновое Царство. Ты — Терновая королева.
— Дымный терн, — вспомнила я.
Если кто-то попытается надеть на меня терновый венец, то вот это точно будет полная задница.
— Очень подходящая аналогия, кстати. Прекрасное дерево с твердой смертоносной сердцевиной.
Я покачала головой.
— Плевать мне на метафоры. Я не хочу править этим королевством.
Дориан шагнул ко мне. В его золотисто-зеленых глазах горел какой-то страстный огонек.
— И что с того? Ты думаешь, будто сможешь игнорировать его? Притвориться, что его нет? Земля изменилась, повинуясь тебе! Ты не можешь так просто это оставить. Выживание этого королевства зависит от тебя, особенно теперь, когда по какой-то причине, известной одному богу, ты и так превратила его в пустошь.
Я колебалась.
— Я найду кого-нибудь из тех, кто смог бы управлять вместо меня.
— Регента? Этого надолго не хватит. Ты не можешь бросить эту землю. Тебе придется возвращаться и навещать ее, или она погибнет. Теперь вы связаны.
— Но я не хочу, Дориан. — Я чувствовала нарастающую усталость.
Наверное, встать с постели было не такой уж хорошей идеей.
— Ты не должен был так делать.
— Мы можем соглашаться или нет, но я буду заглаживать свою вину. Забирай Шайю. Из нее получится превосходный регент. Еще я отдам тебе Рюрика, Ниа и любых других слуг, которые тебе понравятся.
— Мне совсем не нравится Рюрик.
— Да, но он верен как тот пес, который только что был здесь. Даже больше, учитывая, каким же маленьким безмозглым паршивцем оказался этот зверек. Рюрик посмотрит, что уцелело от гарнизона крепости Эзона, и оставит лишь тех, кто готов будет тебе служить.
— Ты имеешь в виду сторонников короля Бурь?
— Это лучшее, что я могу сделать, — сказал он, пожав плечами. — Ты можешь соглашаться или нет. Да и все остальные позиции тебе придется заполнять самой. Ниа прекрасно справится с ролью фрейлины, но она недостаточно подкована, чтобы стать сенешалем. А тебе он понадобится, да и герольд тоже.
Он перечислял эти должности так, как будто я могла просто пойти и купить все необходимое в бакалейной лавке.
— Боже, я попала в чертовы «Хроники Нарнии».
— Уверен, это было бы великолепным сравнением, если бы я только понимал, о чем идет речь. Пока что я больше ничем не могу тебе помочь. Я отдаю несколько своих фаворитов. Остальное в твоих руках. — Дориан улыбался, но глаза его были серьезны. — Не важно, что ты думаешь обо мне или моих мотивах. Клянусь, я не вручил бы тебе землю Эзона, если бы не думал, что ты ее достойна. В тебе горит магия, Эжени. Я был серьезен, когда говорил, что ты превзойдешь всех нас.
