Фрэнсис не успела понять, что произошло, но Найджел каким-то образом оказался рядом. Он поднимал ее. Фрэнсис открыла глаза. Его лицо казалось далеким и смутным. Вероятно, он смотрел на нее сквозь чадру. Найджел улыбнулся ей сквозь прозрачный шелк, а затем оглянулся через плечо. Фрэнсис с удивлением проследила за его взглядом.
Белокурый ангел боролся с темноволосой женщиной.
– Все кончено, Катрин! Кончено, черт побери. Пришли последние новости из Бельгии. Веллингтон не был убит. Ради всего святого, Катрин, уходим!
Темноволосая женщина не сдавалась, вскрикивая и размахивая кулаками.
– Нет! Нет! Я не верю!
– Это правда! – Белая пыль опускалась на их головы, окрашивая золотистые и черные волосы в унылый серый цвет. – В воскресенье состоялось еще одно сражение. Веллингтон удачно перегруппировал свои войска. Англичане стояли насмерть под дождем около деревни Ватерлоо, и французы были разбиты в пух и прах. Великая армия уничтожена. Даже императорская гвардия была рассеяна и бежала. Наполеон полностью разбит. Все кончено.
– Я не верю тебе! – крикнула женщина. – Император восстанет из пепла!
– Наполеон оставил свою армию, как в Египте, России или Лейпциге. Он покинул поле боя. Новости дойдут до Парижа через два часа.
– Тогда я погибла. – Темноволосая женщина опустилась на пол, цепляясь за его куртку. – Я погибла.
– Пойдем, – сказал ангел. – Нас ждут лошади. Мы можем бежать в Россию. Не сдавайся, Катрин!
– Зачем теперь это все? – спросила она. – И что тебе за дело?
Он схватил женщину за плечи и поднял ее.
– Я пожертвовал ради тебя всем. Я уничтожен. Ты превратила меня в предателя. Так что дай мне отвезти тебя в безопасное место. Идем.
Найджел подхватил Фрэнсис на руки и опустил на пуховые подушки, которые мягко подались под ее телом. Она подняла на него глаза. Он был прекрасен, как архангел. Он улыбнулся ей в облаке белой пыли и отвернулся. Второй ангел – белокурый – стоял чуть позади, к его руке прильнула темноволосая женщина. Найджел подошел к ним, и Фрэнсис попыталась сосредоточить на них взгляд.
– Ты победил, – сказал белокурый ангел и отпустил женщину. Она прислонилась к двери, похожая на выброшенную тряпичную куклу, и тихо всхлипывала. Теперь в его руке был пистолет Катрин. Он направил его прямо в окровавленную грудь Найджела.
– Фрэнсис ранена, – сказал Найджел.
– А разве ты не привык причинять боль женщинам? Я беру твоего донского жеребца. – Голос Лэнса звучал глухо, но рука с пистолетом не дрожала. – Я должен увезти Катрин, пока войска союзников не перекрыли путь. Мне безразлично, что она была на стороне противника, что Наполеон развратил ее. Ей нужна моя помощь.
Найджел остановился и повернул к нему раскрытые ладони, показывая, что он безоружен.
– Как всегда, рыцарские порывы, Лэнс? Спасти даму, и к черту все остальное? Куда же девается твое рыцарство, когда дело касается Фрэнсис?
Белокурый ангел взвел курок.
– А твое? – В его голосе смешались отчаяние и насмешка. – Как бы там ни было, Фрэнсис куртизанка. Это другое дело. Ты попытаешься помешать нам уйти?
Он опустил дуло пистолета и впился глазами в лицо Найджела.
– Одно движение, и ты сможешь разоружить меня. Тогда мы будем зависеть от твоей милости.
Найджел стоял совершенно неподвижно, не обращая внимания на пистолет.
– Ты никогда не понимал. Я не жажду мести.
– Тогда я отвезу Катрин в Россию.
Найджел улыбнулся. Фрэнсис смотрела на него во все глаза. Улыбка его была открытой.
– Иди куда хочешь, Лэнс. Говорят, жизнь – это устрица, и ее надо разбить. Найди жемчужины, если сможешь.
Белокурый ангел коснулся плеча Найджела. Его глаза блестели, как капельки воды на голубой черепице. Он поднял голову и крепко поцеловал Найджела в губы.
Фрэнсис закрыла глаза. Где-то хлопнула дверь, и она осталась одна под слоями тончайшего шелка, достойного индийской принцессы.
Глава 20
Что-то холодное и влажное коснулось ее лица. Она попыталась смахнуть это рукой, но прохладная влага не исчезала, стекая на шею и попадая в уши. Фрэнсис открыла глаза.
Рядом сидел Найджел и протирал ее лицо. На губке была кровь.
– Я ранена? – спросила она.
Он погладил ее по щеке, стерев рукой влагу.
– Ты получила удар по голове, моя милая ганика. Пуля Катрин попала в потолок и отколола штукатурку. Мы засыпаны пылью. В тебя попал довольно большой кусок.
Дымка рассеивалась, как паутина, уносимая ветром.
– Катрин пыталась застрелить меня?
– Я не дал ей прицелиться, – кивнул он.
Фрэнсис попыталась сесть. В голове ее звенело.
– Но ты же был привязан к стулу.
– Катрин была столь любезна, что сделала то, что я хотел. – В его тоне слышался сдержанный юмор.
– Ты хотел быть связанным?
Он обнял Фрэнсис, ее голова склонилась на его плечо. Гром барабанов и литавр в ее голове постепенно утихал.
– Это позволило Катрин избавиться от помощников. В их присутствии у меня не было шансов.
Фрэнсис наслаждалась гулкими ударами его сердца. Она попыталась унять шум в голове, прислушиваясь к этому ровному ритму.
– Где они теперь?
– Они сбежали сразу же после того, как Лэнс принес вести о Ватерлоо. Вне всякого сомнения, они растворились в трущобах Парижа.
Фрэнсис смутно вспомнила блеск лезвия между пальцев Найджела перед тем, как прогремел выстрел и его пустой стул покатился в сторону.
– Значит, ты все это сам спланировал: подвернувшуюся веревку, издевательства. Ты приготовил нож.
– У Катрин был заряженный пистолет. Мне просто нужно было заставить ее подойти поближе, а потом освободиться с помощью ножа и разоружить ее, вот и все.
Фрэнсис увидела горькие складки вокруг его рта.
– Боже мой, какая я дура!
Длинные пальцы погладили ее по голове, убирая пряди волос со лба.
– Нет, Фрэнсис, это не так. Появление Лэнса было, конечно, интересным поворотом. И, как выяснилось, довольно своевременным. Но ты вела себя очень смело. Ты даже не представляешь себе, какая ты храбрая.
Она ощущала себя сонной и отупевшей.
– А почему ты позволил Лэнсу уйти? Ты мог бы справиться с ним. Мог бы убить их обоих.
– Да.
– А вместо этого позволил ему взять донского жеребца. Почему?
– Хватит убийств.
– Ты дал ему поцеловать себя.
– Это потребовало определенного самообладания, – с иронией в голосе проговорил он, – но почему бы и нет? Он не причинил мне вреда, и я должен был ему чем-то отплатить за службу.
Фрэнсис закрыла глаза и с наслаждением провалилась во тьму.
Буря раскачивала корабль. С каждой новой волной его подбрасывало все выше. Белая лошадь неслась по бескрайним вересковым равнинам навстречу заснеженным горам. На фоне разорванных багровых туч по небу плыли белые журавли, но от дождя несло жаром. Белые облака состояли из пыли, но почему-то пахли дымом. Она была высохшим белым лепестком, сорванным горячим ветром пустыни.
