Не говоря уж о том, что у нее всегда были в достатке и друзья, и поклонники. Да, мир за короткое время изменился настолько, что одинокую женщину теперь не жалели — ей даже завидовали.
А что касается «Дома Лэлли» — так то был явный успех!
Молодые представители королевской семьи, не говоря уже обо «всех нормальных людях», просто обожали ее модели.
Одежда от Лэлли обладала такими качествами, как глубина цветовой гаммы, богатство отделки, мягкость линий и высокое качество ткани, что делало ее более эстетичной, чем показной, более достойной человека со вкусом, нежели вульгарной, чем грешит, в большинстве, дорогая одежда.
«Дом Лэлли» — то было открытие века, судя по реакции газет!
Как только одежда с ярлыком Лэлли появлялась в магазинах, она мгновенно раскупалась, и неважно было, сколько она стоит.
Даже Джон Лэлли неохотно признал, что ткани для салона разрабатываются отличные, а модели вполне сносны, — хотя и не одобрял тех людей, что раскупают подобную одежду.
У него все еще не было времени на обслуживание богатых бездельников, как он говорил. В этом я с ним частично солидарна, принимая в расчет таких, как Энджи.
Хотя, надо признать, источник всех бед — Энджи — а также наших волнений в связи с ней, лежит в том, что она, так сказать, недостаточная бездельница. Если бы она могла когда-нибудь успокоиться и наслаждаться своим богатством, и своим отвоеванным мужем, а не плела интриги, заговоры и не вмешивалась бы во все…
Но никому и в голову бы не пришло в те дни обвинять в бездействии ни Хелен, ни Клиффорда. К тому времени, как Клиффорд освобождался от части своих клиентов и их дел, он с головой уходил в дела Леонардос.
Встреча
Что касается жизни Нелл — так угадайте, кто в один прекрасный день навестил ее? — Полли! В элегантном темно-синем костюме. На ней макияж, и волосы ее аккуратно прибраны. Она выглядит как преуспевающая женщина-бизнесмен, и таковой, по сути, теперь является. Будучи в Холоуэе, она повстречалась с психотерапевтом, который, как она говорит, изменил всю ее жизнь. Клайв скоро освободится, но Полли не станет ждать его. У нее теперь своя жизнь: она покончила с наркотиками и теперь организует клинику здоровья и красоты в лондонском пригороде.
— Тебе нельзя здесь жить! — говорит она Нелл, оглядывая мрачное бунгало, которое представляет из себя жилище Килдаров. Колючая проволока снаружи, пейзаж суровых уэльских гор; вой, рычание и лай собак, которые постоянно стоят в ушах; запах дезинфекции вперемешку с вонью животных.
— Но мне здесь нравится, — возражает Нелл. — И они так добры ко мне.
— Гм! Ты думаешь? — кратко спрашивает Полли — и тем самым сеет семена сомнения в уме Нелл: им предстоит расти и зреть.
— У тебя есть мальчики? — спрашивает Полли. Она знает, что спросить: это важный момент.
— Есть один, зовут Дэй Эванс, — отвечает Нелл, вспыхнув.
Дэй Эванс, как мы помним, неглуп и осторожен: он вполне в курсе своего влияния на Нелл, а Нелл далека от того, чтобы осознать силу своей привлекательности.
Если вы, как Нелл, учитесь в средней школе на курсе «А» по искусству, живете в уэльских горах и в свободное время только и делаете, что кормите собак и ухаживаете за ними, вся культура тинэйджеров проходит как бы Мимо вас — и вы не осознаете силы женской красоты, не познаете науку привлекать.
Но время от времени Дэй Эванс приглашает Нелл на кофе в маленькое кафе за Рюэлином, рядом с лавкой старьевщика, — и этого события хватает Нелл на неделю.
— Это хорошо, — подводит итог Полли, и в самом деле, она права.
Нелл находится в чудной поре влюбленности: для нее это — теоретическая пора, когда боль и радость идут вместе, когда ум поглощен только обдумыванием своих чувств, переживанием, вновь и вновь, всех оттенков ощущений; секс здесь даже не идет в расчет.
Других мальчишек Нелл инстинктивно отвергает.
— Ты все еще рисуешь? — спрашивает Полли.
— Больше увлекаюсь тканями, — отвечает Нелл. И это в самом деле так, к разочарованию и отчаянию ее учителя по искусству.
Учеба в классе искусства на курсе «А» — крайне забавное дело: вы не можете ни в коем случае там развивать свои собственные вкусы или заниматься тем, что вам нравится.
— Ты знаешь, — делится Нелл с Поллы, — есть такие лишайники с оборчатыми краями, что растут на деревьях, — так из них получается такая чудесная желтая краска, что ты и представить себе не можешь.
— Я надеюсь, у тебя с ним нет никаких недоразумений? — не слушая ее, спрашивает Полли, кивая в сторону мистера Килдара, которого всегда недолюбливала.
— Недоразумений? Что ты имеешь в виду? — изумленно спрашивает в ответ Нелл. Действительно, мистер Килдар, к его чести, умеет скрывать до поры до времени свои чувства к Нелл, поэтому она в неведении. Может быть, до той поры, пока он не скопит сто тысяч фунтов, на которые собирается купить землю, давно им присмотренную, и заняться там лошадьми, покончив с собаками. Лошади — более прибыльное дело. У него еще есть идея начать новую жизнь с кем-то, кто больше его устраивает, чем собственная жена. Они с женой не расстались лишь из-за Бренды, так он считает, хотя никогда не говорил этого миссис Килдар.
Но все это — другая история, и довольно мрачная.
— Нет, ничего, — поспешно говорит Полли, и она рада такому ответу. — Я часто вспоминаю тебя, Нелл.
У Полли доброе и сентиментальное сердце.
Нелл просит ее вновь рассказать свою историю, начиная с момента, когда она приехала на Дальнюю ферму в грузовике, Нелл внимательно слушает. Где-то здесь ключ к отгадке ее происхождения — но где? Опять она ничего не находит.
— Полли, — спрашивает Нелл, — можно тебя попросить кое о чем?
— О чем?
— У меня нет никаких документов: ни свидетельства о рождении, ни медицинской карты. А мне нужен паспорт. На случай, если я захочу уехать куда-нибудь. Не сейчас, конечно. — Как сейчас сможет она расстаться с Дэйем Эвансом — и не видеть больше его кудрявой головы, его карих глаз? — Но если вдруг…
— Нет ничего легче, — говорит Полли, и они отправляются вместе на почту, где есть фотоавтомат, и делают две фотографии Нелл, которые подписывает на обороте начальница почтового отделения, и отсылают их куда-то; а через шесть недель на почту приходит паспорт на имя Нелл.
Вот что значит — иметь друзей в определенных кругах, пусть даже и не в высших сферах.
Вполне понятно, читатель, что Дэй Эванс не ответил на чувства Нелл в том плане, как она надеялась. (Она ему очень нравилась — как человек, однако с возрастом он начал гораздо более интересоваться своим собственным полом, нежели тем, к которому принадлежала Нелл).
