– Теперь что касается позиций, – подключился к инструктажу Григорий, который достал ворох фотографий и схематических изображений окружающих зданий с отметками вероятных огневых точек. – Крылова и Ветрицкий занимают позиции на крыше. Обратите внимание, лестница на второй этаж проходит вдоль окна. Наверх никто подняться не должен, ясно? Изучайте материалы, на выбор места у вас будет очень мало времени. Теперь, Напалм, ты – страховка на крайний случай, будешь работать пожарным.
– Это как? – удивился пиромант.
– Арсенал могут попытаться сжечь – будешь тушить огонь. Насколько близко тебе надо подойти?
– Чем ближе, тем лучше, – пожал плечами Напалм. – На месте видно будет.
– Народу там сколько? – я отложил фотографии.
– От семи до десяти человек. Все на первом этаже.
– А точнее?
– Не скажу, – покачав головой, Григорий повернулся к выгружавшим из фургона коробки дружинникам. – С чаромётами все работали, окуляры тоже не первый раз видите. Если натолкнёмся на сопротивление, выносите всех. Задача ясна?
– Чем эти дуры заряжены? – Ломов вытащил из набитой скомканными газетными листами коробки ружьё с коротким толстым стволом и откинутым барабаном, рассчитанным на шесть патронов весьма солидного калибра. По воронёному стволу тянулась серебристая вязь колдовских рун, а вокруг патронных гнезд были выгравированы пентаграммы.
– «Перепадом». Десять атмосфер, если не ошибаюсь, – Гриша заглянул себе в листок. – Окуляры на бетон откалиброваны, так что с обзором проблем не будет.
– На толщину стен поправки делать? – нацепив на нос очки с абсолютно чёрными стеклами, дружинник повертел головой по сторонам.
Григорий оглянулся на заглянувшего внутрь фургона сотрудника службы безопасности.
– Не парься, Лом, всё настроено уже.
– Понятненько, – кивнул Ломов и принялся потрошить коробку, в которой оказались длинные – в карандаш длиной – патроны. Черные гильзы заканчивались серебристыми каплями пуль, а вместо капсюлей алели заряженные магической энергией кристаллы.
– Что за агрегат? – я заглянул через плечо начавшего заряжать ружьё Лома.
– Комплекс «Касание судьбы», – парень снял очки и заморгал, привыкая к дневному свету. – Окуляры позволяют различать ауры даже сквозь метр бетона, чаромёт рассчитан на прокачку двух десятков карат в минуту, ну и патроны с «Перепадом».
– «Перепад»? – задумался я. – С давлением что-то связано?
– Ага. – Дружинник осторожно защёлкнул заряженный барабан ружья. – Повышают давление в отдельно взятой вражине. Вообще – есть и помощнее чары, но тут свой плюс имеется – стены дырявить не придётся. Прямо с улицы всех и положим. Круто?
– Круто, – согласился с ним я и легонько толкнул в спину Конопатого. – Гриш...
– Чего?
– Всё здорово просто, но как мы защитное поле снимем?
– Смотри и учись, – Григорий указал мне на «Ниву».
– Ну и? – я не сразу сообразил, что он хотел этим сказать, но тут Олежа Кузнецов распахнул заднюю дверь и выволок из машины неподвижно сидевшего там парня.
– Мать моя женщина! – присвистнул Напалм, когда и до него дошло, что принятый нами за гимназиста человек на самом деле оказался свежим покойником. Что самое интересное – для сотрудника службы безопасности это тоже оказалось большим сюрпризом, и он во все глаза уставился на потащившего труп к стене гаража Кузнецова.
– Мертвеца-то зачем привезли? – брезгливо скривилась Вера, которая расчехлила снайперскую винтовку и разложила свои снайперские принадлежности на одной из перевёрнутых коробок.
– Это чучело к нашим клиентам каждый день таскалось, – объяснил Конопатый. – Жаль только, живым взять не удалось.
– Ну и на кой он вам? – поднял голову Ветрицкий, отбиравший в колчан стрелы с разноцветным оперением. – Думаете, они сразу же поквитаться за него выбегут?
Тем временем Кузнецов прислонил тело в полный рост к бетонной стене, неотступно сопровождавший его парнишка-гимназист раскрыл чёрный кожаный саквояж и вытащил оттуда связку серебристых спиц и киянку с выжженным на деревянной рукояти узором колдовских рун.
Где-то я этого пацана видел уже. Чёрная одежда, бледное вытянутое лицо, из-под сдвинутой на затылок вязаной шапочки выглядывают вихры русых волос, а тонкие пальцы не защищены от мороза даже лёгонькими перчатками. Лицо знакомое, а где встречал, хоть убей, не помню.
Выгадав нужный момент, Олежа немного подался в сторону, и парнишка ловко загнал одну из длинных спиц в плечо мертвеца. Да так лихо, что серебристый стержень легко прошил тело насквозь и, словно игла в масло, глубоко ушёл в бетон. Не останавливаясь на достигнутом, гимназист ударом киянки прибил к стене второе плечо, потом занялся ногами, и буквально через пару минут труп оказался пришпилен к стене тонкими, но весьма прочными спицами. Мертвец немного просел, но отпустивший его Кузнецов спокойно отошёл в сторону, а тело так и осталось висеть, как насаженная на иголку бабочка.
И тут меня осенило: парнишка – это же тот самый некромант, который прошлым летом пытался управлять мёртвым контрабандистом! Блин, надо подальше отойти, а то как бы опять чего совершенно незапланированного, типа вышедшего из-под контроля зомби, не приключилось.
– Думаете, купятся? – совершенно спокойная Вера, на которую приготовления к тёмной волшбе не произвели ни малейшего впечатления, кинула в рот подушечку жевательной резинки. Будто каждый день да через день на таких действах присутствовать приходится.
– Видно будет, – проявил осторожность Григорий. – Рано пока судить...
– Судить, может, и рано, а спецпатроны выдать в самый раз будет, – заявила девушка и передёрнула затвор снайперской винтовки – всё той же Arctic Warfare Super Magnum.
– Держите. – Григорий протянул ей, а потом и мне по мятому жестяному тюбику. И внутри, судя по всему, находилась вовсе не зубная паста. – Наносите на пули тонким слоем, срок действия – три часа.
– Блин, к чему столько мороки? – Вероника скептически взвесила в руке тюбик. – Нормальные пули достать нельзя было?
– Достать можно. – Конопатый не обратил на её недовольный тон никакого внимания. – Но какие-то умники заклинание в обиход запустили – спецпатроны детонируют так, что только клочки по закоулочкам. Оно тебе надо?
Мы с Верой переглянулись и, не сговариваясь, принялись выдавливать на пули маслянистый тёмно-коричневый гель. Впрочем, я особо увлекаться этим делом не стал и, обработав второй магазин, сунул тюбик в карман. И без меня будет кому пострелять.
Тем временем некромант уже закончил приготовления и, утыкав труп парой десятков чёрных зубочисток, вложил в рот мертвецу резной деревянный шарик. Веки и губы на этот раз зашивать не стал и ограничился лишь защитной пентаграммой. Проверив выведенные по снегу серым порошком линии, он велел Кузнецову отойти и хлопнул покойника по груди. Полетели искры, завоняло палёной плотью, и с ладони некроманта стекла чёрная тень заклятия. Моментально окутавшая мертвеца пелена зловещих чар на мгновение укрыла труп и сделала его нереальным, словно выведенный на стене силуэт. Воткнутые в покойника зубочистки вспыхнули зелёным пламенем, в помещении заметно потемнело, а изо рта гимназиста, брови которого посеребрил иней, вырвались клубы белого пара.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
