города, уже до отвала накушавшись и танцев, и музыки, и шума, уматывает на время карнавала, спасаясь от него на горных курортах, куда точно не донесутся лихие ритмы карнавала, а лучше всего, как сами понимаете, спасаться на лучших курортах Европы. Конечно, это старожилы Рио, и богатые старожилы, уже подуставшие от колоритного зрелища, имеющие достаточно средств, чтобы неделю-другую побыть в благостном единении с собой, не вздрагивать и не просыпаться от грохота барабанов и взрывов петард. Но даже эта слабонервная часть горожан не признается, что уехали из обожаемого Рио из-за шумного карнавала. Нет, что вы! Просто надо подлечиться, отдохнуть, дела, знаете ли, бизнес… Все равно они гордятся своим Рио, своим карнавалом.
Префект Рио-де-Жанейро условно передает ключи от города в руки карнавального шуточного короля Момо. И пошло-поехало! Веселье бьет ключом!
Апофеоз праздника, главная часть карнавала, кульминация его происходит на так называемом самбодроме, авениде президента Варгаса. Это знаменитое дефиле-шоу, когда участники самых известных Школ самбы в экзотических костюмах устраивают свое потрясающее шествие. Раньше такие школы существовали почти в каждой крупной фавеле Рио, а теперь, уже окультуренные и театрализованные, в солидных клубах, где для участия в шоу, впрочем, собираются тоже «фавеладос» – жители фавел. Там практически нет профессионалов: музыка, хореография, оркестр, костюмы, режиссура – все создается фанатами самбы и предстоящего карнавала, к которому они готовятся целый год, но для уверенности и, если позволяют средства, все-таки приглашаются опытные режиссеры шоу-представлений.
Все школы-клубы ждут ежегодного показа своих достижений: откладываются деньги на костюм (эти костюмы, так называемая «фантазия», иногда может весить до 15 кг, а иногда 500 г.), пишется сценарий, выбираются будущие карнавальные король и королева, идут репетиции и, самое главное, пишутся марш и новая оригинальная самба. Все задумки хранятся в глубочайшей тайне от конкурентов, чтобы блеснуть, зажечь публику и убить соперника наповал.
Когда карнавал был чисто народным стихийным праздником, то и организовывался он только фанатами и только на их же средства. В настоящее время «Школы самбы» не являются школами танцев в полном смысле этого слова. Это объединение танцоров, музыкантов, певцов – любителей карнавальных шествий и подготовки к ним. Не исключая приверженцев ежегодного карнавала, у каждой школы есть свой спонсор, обычно торговая фирма, которая финансово поддерживает своих, якобы, самодеятельных артистов и музыкантов. Чаще всего это хозяева лотерей и коммерческие компании. Все это спонсорство совсем не альтруизм: победившая школа, их музыка, их участники весь следующий год являются лицом фирмы и рекламируют их товары. Конкуренция между группами жесточайшая. Победители потом в течение многих лет неплохо зарабатывают, в основном, в рекламном бизнесе плюс не хилая сумма в финале в случае победы. Затраты на подготовку с лихвой окупаются туристами, не скупясь покупающими билеты на самбодром.
Парад начинается в 10 часов вечера на avenida Vargas. Участники парада, охваченные волнением и экстазом, движутся в русле яркой танцующей реки с главными персонажами “королем” и “королевой” в роскошных одеяниях в сопровождении такой же роскошной свиты. Идут фронтом в 100 м в 2-х метрах друг от друга для свободы движений. Парад длится много часов, почти всю ночь, на горячем асфальте, но ни один из участников шествия не позволит себе сойти с дистанции.
“Величества” едут на специальных платформах “caracas”, оформленных с выдумкой, необычайно оригинально и роскошно – фантастические животные, ковчеги, планеты, сады, аллегорические фигуры, марионетки иногда высотой в полтора-два человеческих роста. Возле них танцуют, двигаются в томных позах (“пасситас”) самые лучшие фигуристые танцовщицы в одеждах из фиговых листков. (Вот они-то и повышают уровень продаж изделий №1? или №2? в аптеках). Нужно ли добавлять, что оформление ни одного костюма и ни одной «caracas» не повторяется, не то что в самом шествии, но и ни в одном карнавале.
У каждой школы участники имеют свои цвета: «Madureira» – бело-зеленый, «Mangueira» – розово-голубой, «Portela» – бело-голубой и т.д.
Самбисты идут сплошной лентой под звуки самой бравурной зажигательной музыки: два шага влево, два шага вправо, чуть вперед с легкими, но энергичными движениями корпуса, с эластичностью гимнастов, чуть расслабленно в бедрах и коленях. Это самба. Два шага влево, два шага вправо, неуловимо перебирая ногами – всего несколько повторяющихся движений, но движений изысканной красоты и пластичности.
Костюмы красивые и вроде бы дорогие: имитация жемчуга и драгоценных камней, длинные шлейфы “королев” затканы бисером и стеклярусом. У королей роскошные “золотые” камзолы и тяжелые на взгляд “золотые “ же короны, на самом деле это папье-маше фольга или легкая жесть. “Графы, графини, маркизы”, часто в напудренных белых париках, тоже сияют оригинальной и сверкающей отделкой костюмов в стразах и блестках.
Карнавальные одежды стараются все же сделать как можно легче и изящнее – в них надо пройти, танцуя, более 2-х км хотя и в вечернее время, но все равно в жаркой духоте.
Обливаясь потом, соблюдая дистанцию и безупречность манер, вихляя бедрами, но, как ни странно, вместе с вихлянием выражая достоинство, счастливые и веселые идут парадом самбисты до самой глубокой зари, вызывая блаженный трепет и восхищение публики.
Сверкающая, перенасыщенная украшениями одежда королей и их свиты, белые парики, скорее всего дань традиции прошлым, невольничьим карнавалам, желании рабов хоть раз в году почувствовать себя господами с их атрибутами одежды – белизной, блеском и роскошью. Сейчас это просто центральные персонажи Школы, традиционно обряженные в камзолы, шлейфы, парики и короны.
Основная масса участников парада одета весьма фривольно. Приветствуются полуобнаженные натуры.
Рядом с царственными, бьющей на эффект «роскошью» костюмами, можно видеть более чем легкие и более подходящие к тропической жаре одежды мулаток, красивых, необычайно пластичных, с кожей цвета благородной бронзы. А какая ритмичность, музыкальность! Какое изящество, самозабвение в пляске, в движении, в веселье!
Приятной округлости мулаточки в туфельках на высоченной платформе (вот видите, мода обычно возвращается через 30 лет), производят впечатление длинноногих голливудских моделей. Впрочем, им это и не надо! Что-то там производить! Ку-у-у-да худосочным американским “вешалкам” до необыкновенно женственным “кариокас”! У белозубых же мулатов при особо эротичном взбрыке бедер сквозь узенькие (иногда специально намоченные) тоненькие плавки весьма пикантно выпирает нечто, по первым прикидкам просто не относящееся к нормальной анатомии человека и будоражит воображение престарелых туристок да и не только престарелых. Молодые, и не очень, участники шоу абсолютно лишены каких-либо комплексов: “вдруг я не так выгляжу”, “что скажут”, “не смотрюсь ли я нелепо” – полностью отдаются ритму музыки, буйству красок, собственной неотразимости, веселью и передают свои чувства зрителям. В меру своего бурного темперамента пляшут, извиваясь в танце, зубы блестят, глаза сияют,
