Читаем без скачивания Твоё имя после дождя - Виктория Альварес

— Боже мой, ваша честь. Никогда не думала, что мне придется признаваться в этом при всех, но то, что произошло той ночью между мистером Ленноксом и мной… не имеет никакого отношения к смерти мистера Арчера. Наша встреча была гораздо более… более…

— Более порочной, я полагаю, — враждебно закончил за нее судья под нарастающий шум в зале. — И связано, как же иначе, с достойным сожаления актом прелюбодеяния.

Пара адвокатов с верхнего ряда усмехнулись. Краем глаза Лайнел увидел обращенные к нему взгляды Александра, Августа и Рианнон, но не посмел посмотреть в ответ. Он и сам пребывал в шоке от того, что мисс Стирлинг только что сделала, чтобы исключить их из списка подозреваемых.

— Вы должны понимать, какой это удар по моей репутации, — продолжала девушка намеренно дрожащим голосом. — Но я бы никогда не посмела лгать в присутствии судьи, тем более, поклявшись на Библии. То, что сказал мистер Риверс, это … правда, джентльмены, — она прокашлялась. — Мне хотелось бы отрицать, защищая свое доброе имя и заверить вас, что я вела себя как достойная женщина. Но все вы знаете, как мы далеки от идеалов. — Она опустила веки так, что ее густые ресницы коснулись щек. — Трудно ожидать от нас того, что мы способны устоять перед мужской настойчивостью. Полагаю, что признание вашего превосходства над нами распространяется также и на плотские аспекты.

Почти все адвокаты притворно улыбнулись, некоторые глянули на Лайнела с плохо скрытой завистью. Такое объяснение, казалось, удовлетворило судью Дрисколла. Он наклонился с трибуны, окинул предупреждающим взглядом шумящую толпу.

— Вот так, господа: искреннее заявление от женщины. Не поддавайтесь песням этой сирены. Они не изменились со времен яблока и змия.

Судя по выражению лиц большинства присутствовавших в зале мужчин, пение сирены мисс Стирлинг звучало для них словно небесная музыка. Судья Дрисколл приказал ей покинуть место для дачи свидетельских показаний, двое полицейских подошли, чтобы помочь ей спуститься и, пока она возвращалась на свое место с опущенной головой, Александр пару раз пихнул Лайнела за спиной Рианнон.

— Какого черта все это значит? — быстрым шепотом спросил он. — То, что она сказала, правда? Ты действительно переспал с мисс Стирлинг, чтобы…

— Думаю, я бы помнил об этом, если б такое действительно произошло, — тем же тоном ответил Лайнел. — Но раз уж мне дают возможность нечто подобное предположить, то я не собираюсь это опровергать. Для мужчин болтать о подобных вещах — это половина удовольствия.

Александр недовольно покачал головой. Мало помалу разговоры стихли и мистер Моран попросил слова прежде, чем его снова взял мистер Тирелл.

— Итак, господа, полагаю, что мнение мисс Стирлинг о неспособности мисс О’Лэри поднять камень, которым был убит мистер Арчер, может считаться неопровержимым доказательством невиновности, — адвокат теперь выглядел гораздо менее напряженным, даже слегка улыбнулся Эйлиш, которая не смела даже пошевелиться. — Призываю вас обратить внимание, что, согласно показаниям свидетелей, обвиняемая обладает кротким нравом, благочестива, добра и, кроме того, до сих пор не было представлено ни одного доказательства ее вины…

— Не торопитесь, мистер Моран. Пока еще не вызваны все свидетели.

Улыбка медленно сошла с уст Морана. Он посмотрел на все такого же невозмутимого судью Дрисколла, потом снова на мистера Тирелла. Оливер выгнул бровь и наклонился чуть вперед.

— Боюсь, дорогой коллега, вы ошибаетесь. Вы так же, как и я знаете, что опрошены все, кто присутствовал при обнаружении трупа…

— Я вовсе не имел в виду гостей миссис О’Лэри, и даже не тех, кто приехал в Маор Кладейш с целью его приобретения, — с напускным спокойствием объяснил мистер Тирелл. — Это дело, ваша честь, слишком серьезное, чтобы удовлетвориться лишь показаниями тех, кто был в ту ночь в замке. Нам только что напомнили, что обвиняемая является девушкой с безупречной репутацией. Что ж, я считаю, мы должны убедиться, что она пользовалась такой же репутацией и за пределами Маор Кладейш.

— Пусть выйдет следующий свидетель, миссис МакКоннал, — приказал судья Дрисколл.

Рианнон вздрогнула, когда послышался звук шагов появившейся словно ниоткуда Брианны МакКоннал. Никто из группы поддержки миссис О’Лэри не смел и слова произнести, пока вдова не без труда поднималась на трибуну. Она села с прямой, словно мачта, спиной, откинув вуаль с лица на шляпу.

— Доброе утро, миссис МакКоннал, — поприветствовал ее Тирелл. Старуха ограничилась легким кивком. — Благодарю вас за то, что вы присоединились к нам сегодня. Как вы, без сомнения, понимаете, нам бы хотелось, чтобы вы рассказали членам суда не только свое мнение о мисс О’Лэри, но и о драматических событиях, произошедших в вашей семье несколько месяцев назад.

— Смерть моего мужа Ферчэра во время его визита к матери обвиняемой, — таков был сухой ответ Брианны. — Такая же непредвиденная смерть, как и мистера Реджинальда Арчера, которую так никто и не расследовал.

Ее резкий, полный негодования голос заполнил зал. Большинство присутствующих знали обстоятельства, при которых было найдено тело МакКоннала, но, тем не менее, внимательно слушали рассказ Брианны. Он полностью совпадал с тем, что она рассказывала в Киркёрлинге Александру, Оливеру и Лайнелу, но на этот раз тон ее голоса был более решительным, а в глазах читалась уже не покорность, в них полыхала жажда мести.

Она рассказала, что в ту ночь, как и накануне смерти Реджинальда Арчера, банши разразилась рыданиями. Зал словно вздрогнул при упоминании о сущности. Почти все присутствующие выросли в Ирландии и были более чем знакомы с легендами о банши.

— Я всегда буду считать, что банши О’Лэри не просто возвестила о смерти моего мужа, — продолжала Брианна, не обращая внимания на волнения в зале. — Я уверена, что она не ограничилась провозглашением его гибели, а послужила ее причиной.

— При всем уважении, — попытался протестовать Моран, — но этой теории не хватает…

— Ваш супруг страдал болезнями сердца до того рокового дня, миссис МакКоннал?

— Боже мой, я уже всем, кому можно говорила об этом тысячу раз. Ферчэр отличался завидным здоровьем. Никогда не страдал от сердечных недугов. Нет, это она до смерти напугала его, именно она появилась перед ним среди ночи, обратив его кровь в лёд.

— Кого именно вы имеете в виду, мадам? Банши?

Брианна ответила не сразу, сначала она вперилась взглядом в испуганно смотрящую на нее Эйлиш, затем объявила:

— Это была она, — и указала на девушку пальцем. — Я ошибалась все это время. Я думала, что все дело в призраке, но женщина, крики которой слышал весь Киркёрлинг, не имеет никакого отношения к той, которая убила моего дорогого Ферчэра. Теперь я знаю, что все дело в этой одержимой дьяволом девчонке, — она снова посмотрела на дрожащую от страха Эйлиш. — эта… эта ненормальная способна на все, чтобы ее наследство не попало в чужие руки.

Послышались удивленные возгласы. Рианнон вскрикнула «Ради всего святого!..», но слова замерли у нее на устах, когда она услышала Тирелла:

— Вы обвиняете мисс О’Лэри в том, что она выдала себя за банши с целью напугать вашего мужа? Что могло сподвигнуть ее на это?

— Ничего! — воскликнула Эйлиш. — Она знает, как я уважала и ценила мистера МакКоннала!

Брианна покачала головой, не обращая на нее внимания.

— То же самое, что сподвигло ее покончить с мистером Арчером. Ярость от необходимости смириться с потерей земель, которые принадлежали ее семье со времен средневековья. У неблагодарности множество лиц, ваша честь. И худшая из них — невинность.

Эйлиш прижала руку ко рту. Мистер Моран показал ей успокаивающий жест, хотя сам был обеспокоен поворотом событий.

Но худшее было еще впереди. Когда Брианна МакКоннал с завидным достоинством спустилась с трибуны, судья Дрисколл пару раз ударил молотком, чтобы восстановить тишину в зале суда, и пригласил следующего свидетеля. Англичане обменялись удивленными взглядами, увидев совершенно незнакомую женщину лет пятидесяти, маленького роста, хрупкого телосложения и с тусклыми волосами, убранными под потрепанный чепец. Рианнон еле слышно вскрикнула.

— Это миссис Эш, — прошептала она наклонившемуся к ней Александру. — Мать Майкла, которого повесили за убийство друга.

Александр понял, что ничего хорошего в ее появлении для них не будет. И действительно, миссис Эш, точно так же, как и Брианна, уверенно обвинила Эйлиш в совершении преступления, за которое казнили ее сына. Мистер Моран тщетно пытался напомнить присутствующим, что когда был обнаружен труп парня на пляже Киркёрлинга, мисс О’Лэри было всего восемь лет. Женщина была убеждена, что девушка виновна в смерти того парня и Майкла.