Читаем без скачивания 100 великих украинцев - Коллектив авторов

Оставшись на преподавательской работе в Киевском университете, М. Драгоманов активно берется за научные исследования и уже в 1869 г… публикует работу «Вопрос об историческом значении Римской империи и Гацит», которую в следующем году защищает как магистерскую диссертацию. Римскую империю, вовсе не идеализируя ее, он оценивает как прогрессивное явление, поскольку к началу III в. там были уравнены в правах все свободные жители провинций с гражданами столицы-завоевателя: подобного факта в истории ранее не наблюдалось.

В 1870–1873 гг. М. Драгоманов находился в научной командировке в Европе. Эта поездка, помимо собственно научных результатов, позволила ему глубже познакомиться с идеями западного социализма, в частности марксизма, воспринятого им довольно критически.

Сам Драгоманов считал себя социалистом, но понимал социализм не как учение о классовой борьбе, а как идею социальной справедливости преимущественно в этической плоскости. Постепенно его социально-философские взгляды становятся более четкими и выразительными. Реальным идеалом он считает демократический федерализм, основу которого должны составлять самоуправляющиеся общины и автономные национально-политические образования.

Вполне в духе времени, киевский мыслитель в целом разделял основные принципы позитивистско-эволюционистского мировоззрения и возлагал большие надежды на общественный прогресс. Основой последнего, по его мнению, должны стать научно-технические достижения и усовершенствование общественно-политического устройства общества путем проведения планомерных и последовательных реформ. Прогрессивным Драгоманов считает все то, что знаменует движение к свободе и основанному на ней праву как высшим общечеловеческим ценностям, с учетом национальных форм и особенностей их толкования и реализации.

Живя в Европе, М. Драгоманов через своего киевского друга С. Подолинского, выехавшего на Запад несколькими годами ранее, устанавливает связи с российской политической эмиграцией и вскоре близко сходится с П. Лавровым. Во время поездок во Львов М. Драгоманов знакомится с молодыми галицийскими демократами И. Франко и М. Павлыком, во многом повлияв на становление их мировоззрения.

Возвратившись в Киев, М. Драгоманов занимает должность штатного доцента кафедры античной истории и активно включается в деятельность «Старой громады». Под влиянием В. Антоновича он увлекается украиноведением, главным образом фольклористикой. Совместно с другими «громадовцами» он ведет большую работу по сбору и систематизации украинских народных песен, активно сотрудничает в киевском Юго-Западном отделении Российского географического общества, в которое входило большинство деятелей «Старой громады».

В 1874–1875 гг. вместе с В. Антоновичем М. Драгоманов издает двухтомник «Исторических песен малороссийского народа». Однако общественно-политические взгляды лидеров киевских «громадовцев» все более расходились. В. Антонович уделял основное внимание национально-культурнической работе, тогда как М. Драгоманов настаивал на приоритетности социально-политических задач, выступая за переход от сугубо национальной культурно-просветительской деятельности к собственно политической борьбе совместно с представителями либерального и демократического движений России.

Характерной особенностью мировоззрения зрелого М. Драгоманова было признание приоритетности свободы личности над классовыми и национальными интересами, универсальных общечеловеческих ценностей над культивированием национальной исключительности. С этих позиций он начинает критиковать украинское культурно-просветительское движение, стремившееся быть принципиально аполитичным. Тут среди киевских «громадовцев» ближе всего к нему были экономист Н. Зибер, а также антрополог и этнограф Ф. Вовк (известный в России как Ф. Волков).

Различия во взглядах еще не служили причиной раскола «Старой громады», тем более что М. Драгоманов не отрицал важности национальнокультурнической работы. Однако социал-демократические убеждения, открыто высказываемые им, привели к тому, что он становился мишенью для нападок ретроградов. В конечном счете по доносу М. Юзефовича в 1875 г. Драгоманов был уволен из Киевского университета за «неблагонадежность». В знак протеста в отставку с профессорской должности ушел и его ближайший друг Н. Зибер.

Подписание царем в мае 1876 г. пресловутого Эмсского указа, запрещавшего украинское печатное слово, поставило киевских «старогромадовцев» перед необходимостью перенесения издательской деятельности за границу, и в 1876 г. «Старая громада» на свои средства делегирует М. Драгоманова в Европу. После непродолжительных остановок во Львове и Вене он поселяется в Женеве, где и разворачивает бурную издательскую деятельность: основывает журнал «Громада», издает книги на украинском, русском и западноевропейских языках. В течение 1878–1883 гг. вышло пять томов альманаха «Громада», ставшего первым украинским общественно-политическим периодическим изданием. Увидели свет многие произведения выдающихся украинских и российских мыслителей, в частности Т. Шевченко (без цензурных правок) и А. Герцена, взгляды которого были особенно близки М. Драгоманову. Сам Михаил Петрович также активно печатается в различных европейских изданиях.

М. Драгоманов все годы пребывания на Западе теснейшим образом был связан с российской демократической эмиграцией. В 1881–1883 гг. он редактировал журнал «Вольное слово», при этом решительно осуждая революционный терроризм. Несмотря на постоянные материальные трудности, М. Драгоманов часть своих гонораров непременно вкладывал в издательскую деятельность. Драгоманова неизменно окружали друзья и единомышленники, связанные с ним еще по киевскому периоду жизни, — С. Подолинский, Ф. Вовк, Н. Зибер, Я. Шульгин и галицийский ученый М. Павлык. Члены «Женевского кружка» поддерживают тесные отношения с оказавшимися в эмиграции русскими оппозиционерами, в частности с анархистом М. Бакуниным и социалистом П. Лавровым.

Среди политических работ М. Драгоманова тех лет, написанных преимущественно на украинском языке, следует отметить «Вступительное слово к „Громаде“» (1878), «Шевченко, украинофилы и социализм» (1879), «Пропащее время — украинцы под Московским царством (1654–1876)» (1880), «Историческая Польша и великорусская демократия» (1883).

Во многом пророческими оказались его публикации, касавшиеся расстановки политических сил в Европе, в частности соотношения и тенденций дальнейшего развития «германства» и «российства», польского и украинского движений. Последнее М. Драгоманов оценивал вполне трезво, без романтического восторга, отмечая его слабость и неспособность к действенной борьбе за создание независимого государства. При этом он решительно выступал против «этнографического национализма» и разрабатывал идею построения украинской политической нации, подчеркивая особое значение для Украины русской культуры как связующего звена в восприятии передовых европейских идей.

В эмиграции М. Драгоманов не оставляет научных исследований в области фольклористики. Публикуются его «Новые украинские песни об общественных делах. 1764–1880» (1881) и двухтомник «Политические песни украинского народа XVIII–XIX вв.» (1883–1885). Однако загруженность издательскими делами и публицистической деятельностью практически не оставляли времени на научно-исследовательские занятия, поэтому талант Драгоманова как ученого-гуманитария широчайшего профиля и глубокого социального мыслителя раскрылся далеко не в полной мере. Тем не менее во многом благодаря усилиям М. Драгоманова Европа снова (после XVII–XVIII вв.) заговорила об Украине.

О выдающемся месте М. Драгоманова в общественно-интеллектуальной жизни последней четверти XIX в. свидетельствует тот факт, что после смерти А. Герцена дети писателя-демократа передали Михаилу Петровичу отцовский архив. Киевский мыслитель фактически стал идейным и организационным наследником дела А. Герцена. Поэтому не удивительно, что в начале XX в. лидеры российской партии кадетов («Партии народной свободы»), имевшей влиятельные филиалы в Киеве и других крупных городах Украины, считали Драгоманова своим прямым предшественником.

В конце 1870-х гг. М. Драгоманов все дальше отходит от культурнопросветительских установок «Старой громады», полемизирует с ее представителями и подвергает решительной критике национально-романтическую идеализацию украинской старины. На этой почве с 1886 г. обострились разногласия между М. Драгомановым и большинством «громадовцев», что привело к окончательному разрыву со «Старой громадой», и она прекратила финансовую поддержку издательской деятельности Драгоманова. Опасаясь преследований со стороны властей в годы усиления реакции при Александре III, «Старая громада» постепенно сворачивала свою деятельность.