С рассветом, предупредив Таша, он ушёл на разведку. Энан, как не странно, не сопротивлялся. Наоборот, очень ответственно подошёл к предстоящему путешествию, заставив эльфа, как можно подробнее, расспросить Кроху о том, что тот видел при своей медитации. Определившись с направлением и расстоянием, дух переместил Орвида ближе к замку. Выйдя из телепорта, мужчина огляделся и недовольно хмыкнул. Точно такой же лес, что он только что покинул. Никаких отличий. Деревья, кусты, трава…
'Ну, и куда дальше?'
'Это ты у меня спрашиваешь? Я, между прочим, вижу всё то же самое, что и ты!'
'Я догадывался…'
'Хорошо! Могу предположить, что мы ещё не добрались до него вплотную'.
'Предположить можешь… доказать - нет!'
'Есть предложение! Залезь на дерево и посмотри вокруг…'
'Я тебе так надоел, что ты решил от меня избавиться?'
'Как ты мог такое подумать?! Если ты крякнешь, кто меня пригреет? Не-ет, ты мне дорог, как не крути… А про дерево я не пошутил'.
'Я тебе не эльф, по деревьям скакать! Даже в молодости это у меня плохо получалось, а уж сейчас… Придумай что-нибудь ещё… - И подселенец и носитель надолго замолчали, перебирая различные варианты выхода из сложившегося положения. Первым заговорил Орвид: - Энан, а ты не понял, как Кроха это делал?'
'Нет. У него другой подход, незнакомый. А парень, между прочим, способный! Всего второй день с нами, а уже что-то лопочет на славском!'
'Не отвлекайся!'
'Нет у меня дельных мыслей! Могу просто ещё раз перекинуть тебя на пару вёрст'.
'Провал вспомни! Здесь меня вытаскивать будет некому… Ладно, пошли!'
'Куда?!'
'Куда, куда?.. Вперёд! Направление к замку, надеюсь, не потерял. Сколько смогу ногами пройти, пройду, а потом вернёмся в лагерь'.
'Упрямый, ты… Змий'.
'Тихо! Ты ничего не слышал?.. Показалось'.
'А что показалось-то?'
'Кто-то тихо позвал… Ладо…'
'Ты бредишь!'
'Возможно…'
Наместник вернулся в заброшенную деревню в тот самый момент, когда Истома раздавал пироги. Увидев радостную Дельку, за обе щёки уписывающую здоровенный кусок пирога, наместник облегчённо вздохнул, поблагодарив всех богов и местную Великую Деву за быстрое исцеление дочери. Получив и свою порцию, Орвид устало опустился рядом Делькой, с удивлением заметив, что Авиатаниэль был обделён при раздаче. Так как рот был уже занят, он глазами спросил Истому, почему эльф на диете?
- Он отказался, - Том ухмыльнулся, глядя на Ави, и смачно откусил от пирога.
- Его доля принадлежит мне! - с набитым ртом сообщила Делька.
- Напрасно отказался, - Орвид в способностях сына давно не сомневался и буквально в ближайшее время собирался купить ему пекарню, дабы не пропадал напрасно его талант. - Надо было сначала попробовать, а уж потом… мнение своё высказывать.
Наместник кивнул на аппетитно жующих парней и девушек. Ави поморщился и демонстративно откусил от небольшого зеленоватого плода, после чего его лицо скривилось окончательно. Молодёжь дружно заржала над незадачливым эльфом. Только Кроха с жалостью смотрел на его гримасы. Потом встал, зачерпнул в котелке травяной отвар и протянул кружку Ави.
- Кисля, - сообщил он сочувственно.
- Вовремя предупредить не мог? - нахмурился эльф.
- Кушай, кушай, - ехидно посоветовала Делька, - на тебя смотреть противно…
Том кхмыкнул удовлетворённо и, отрезав небольшой кусочек пирога, протянул Крохе.
- Передай этому бездельнику.
- Пездельнику, - старательно повторил дракири, передавая кусок Ави.
Кроха так и не понял, почему хохот стал не просто оглушительным, он перерос в дикое ржание. Делька сложилась пополам, тыкая пальцем в сторону эльфа, и безрезультатно пыталась выговорить такое простое слово:
- Пездель… пездель…ик…
Таш и Том, одинаково закидывая головы назад, и походили на ржущих коней. Зарина утирала слёзы, вздрагивая всем телом от сотрясающего её смеха. Даже Орвид, с трудом сдерживаясь, дожёвывал пирог, мелко подрагивая от рвущегося наружу веселья.
Кроха виновато посмотрел на сурового Ави и, не понимая, что наступает на самую больную мозоль эльфа - самомнение, повторил:
- Тома сказал: пездельник…
Новый раскат смеха сотряс вечернюю поляну.
Расширенное заседание Совета Старейших родов, которое традиционно проводилось в канун праздника Великой Девы, неспешно тянулось… уже пятый день, а точнее - пятые сутки. Шоэншус всей душой ненавидел эти нудные посиделки, которые ежегодно отнимали у него семь, а то и десять дней. И это, несмотря на то, что практически каждый месяц, он, как и все шамда Лохта, обязан был присутствовать в Ыхтаре на всенощном бдении ради всё той же Девы.
В местных богов Шоэн не верил, но положение обязывало, и Тёмный, стиснув зубы, изображал из себя ревностного почитателя тучной, коренастой бабы, коей изображали Великую Деву. Если бы ни эти ненавистные обязанности, которые легли на его плечи в придачу к должности шамда самой дальней северной земли Лохта, он бы считал себя почти счастливым. Для полного счастья ему не хватало только покорности и согласия Светлой, которая упорствовала в своём нежелании принять его как своего хозяина, властелина и мужа.
Было бы конечно сподручнее ломать её волю дома, в мире Первой Луны, но за такие эксперименты сородичи его, мягко говоря, вздёрнули бы на каменной дыбе. Родной мир эльфов уже давно и весьма заметно трещал по швам, перегруженный магией Тёмных. Для равновесия ему жизненно необходимы были силы Светлых, но те даже слушать ничего не хотели о возвращении домой, так как чёрные камни гасили их магию, отнимали их жизни. А лесов в мире Первой Луны практически не осталось. Вот и пришлось Шоэну долго, с огромной предосторожностью переправлять эти самые чёрные камни сюда, в Лохт, что бы построить маленькую темницу для пленницы. Замок тоже был выстроен из тёмных камней, но они были местного происхождения и никакого влияния на силу Светлых не оказывали. Единственное, что объединяло этот замок с замками мира Первой Луна - архитектура.
Мысли об упрямой Вие отвлекли Шоэна от доклада, который уже четвёртый час произносил Старейшина рода Кхорд'Вэрдов. Мощный старик с иссиня-чёрными волосами, собранными на затылке в шикарный хвост, медленно капал словами, старательно доводя до аудитории все подробности сельскохозяйственных успехов, коих достигли крестьяне земли Кхорд. Слушатели радостно аплодировали цифрам, которые приводил господин Вэрд, вызывая в душе Шоэна лютую ненависть. Размеренность и медлительность собраний всегда вызывала протест у Тёмного, но в этот раз он не просто бесился, старательно скрывая за маской вежливого внимания своё состояние, он был готов взорваться в любую секунду и разметать это полусонное собрание по ближним и дальним окрестностям! А ведь впереди его ждала ещё и бессонная ночь. И он обязан будет наравне с другими шамда жужжать и возносить молитвы Великой Деве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
