идею о возвращении», — говорит брат Брюса Роберт.
Брюс отправил Юникорну письмо на смеси английского и китайского, в котором обозначал свою заинтересованность в работе с Шоу и заявлял условия. «Брюс предъявил три требования, — вспоминает Юникорн Чан: 1) зарплата — 10 тысяч американских долларов за фильм; 2) он должен иметь право вносить изменения в любой сценарий и 3) он должен иметь полный контроль над постановкой боя». Для относительно неизвестного актера кино это была агрессивная вступительная ставка. «Брюс Ли хотел слишком много денег, чтобы снять фильм у нас, — объясняет Лоуренс Вон, продюсер „Шоу Бразерс“. — Если бы мы заплатили ему такие деньги, нам бы пришлось обновить контракты и других звезд».
После некоторых внутренних дебатов Ран Ран выставил встречное предложение: 5000 долларов за фильм без упоминания одобрения сценария или контроля над постановкой боя. Линда говорит, что Брюс рассмеялся, когда увидел ответ, но не отклонил предложение сразу. Он телеграфировал Шоу, чтобы спросить о двух проигнорированных положениях. Для Брюса контроль над качеством конечного продукта был важнее денег. Ран Ран передал ответ через Юникорна: «Скажи ему, пусть приезжает сюда — и все будет хорошо». Это привело Брюса в ярость. Возможно, он и был на мели, но оставался свободным человеком и не принадлежал Шоу.
Если Рэймонд Чоу был не первым выбором Брюса Ли, то и Брюс был не приоритетом для Рэймонда. В то время Ли был для Рэймонда не более чем интересным рекламным проспектом, очаровательным парнем с впечатляющими навыками кунг-фу, который сыграл помощника в посредственном американском сериале четыре года назад. В действительности он хотел заполучить самую известную актрису боевиков, Чжэн Пэйпэй — «Королеву мечей». Она стала известной благодаря роли мастера меча в фильме Кинга Ху «Выпей со мной». Согласно преданиям киносообщества Гонконга, Ран Ран Шоу питал чувства к своей главной звезде, но она сопротивлялась его притязаниям. Это лишь раззадорило его, и он преследовал ее еще более упорно. Чтобы избежать его лап, Чжэн Пэйпэй сначала бежала на Тайвань, а затем в Лос-Анджелес, где вышла замуж. Для Рэймонда Чоу приглашение Чжэн было не просто успешным коммерческим ходом. Приход Пэйпэй и наличие Джимми Вана могло перевернуть ход войны с Ран Ран Шоу.
Чтобы вернуть ее, Рэймонд отправил в Америку продюсера Лианг Хуа Лью (для друзей просто Глэдис) — бывшую актрису и жену режиссера Ло Вэя. Когда Глэдис приехала в Лос-Анджелес, она остановилась в доме Чжэн Пэйпэй. В гости пригласили и перспективного актера Брюса. «Он приходил к нам, чтобы познакомиться с Глэдис. У него были длинные волосы, от него всегда пахло ладаном, — вспоминает Чжэн Пэйпэй, используя вежливый эвфемизм для запаха марихуаны. — Мой муж принимал Брюса за хиппи!»
Глэдис не смогла уговорить Чжэн Пэйпэй. Та еще не была готова вернуться в кино, хотя в конечном итоге у нее была долгая и разнообразная карьера, в том числе роль Нефритовой лисы в фильме «Крадущийся тигр, затаившийся дракон». Глэдис вернулась в Гонконг, не зная точно, согласен ли участвовать в проекте и Брюс. Рэймонд предлагал больше денег, чем Шоу — 15 000 долларов за контракт на два фильма. Но сделка с ненадежной студией была очень рискованна. «Голден Харвест» могла стать банкротом еще до начала съемок. А может, Рэймонд откажется заплатить вовремя. Или фильмы окажутся настолько ужасными, что Брюс будет сожалеть о том, что снялся в них.
Брюс предъявил три требования: 1) зарплата — 10 тысяч американских долларов за фильм; 2) он должен иметь право вносить изменения в любой сценарий и 3) он должен иметь полный контроль над постановкой боя
Брюс обратился к Стерлингу Силлифанту за советом.
— Не соглашайся, — сказал Силлифант. — Не уезжай.
— Мне нужны деньги, — ответил Брюс.
— Слушай, если ты согласишься, то требуй оплаты вперед и настаивай на билете в первом классе туда и обратно, — убеждал его Силлифант. — Не мне тебе рассказывать о китайских продюсерах. Ты приедешь туда, тебе не заплатят, не дадут билета обратно. Ты не сможешь вернуться домой. Ты застрянешь там, а твоя семья — тут.
— Нет, я доверяю Рэймонду Чоу, и я вернусь.
28 июня 1971 года Брюс подписал контракт на съемки двух фильмов — «Большой босс» и «Король китайских боксеров» (впоследствии название поменяли на «Кулак ярости»). После окончания съемок Брюс планировал сразу же вернуться в США. Вопреки распространенному мифу, Брюс не отказался от Голливуда. Несмотря на множество недавних разочарований, положительный опыт «Лонгстрита» поселил в нем оптимизм в отношении будущих карьерных перспектив в Америке. Он даже считал, что может реанимировать проект «Молчаливая флейта». За два дня до отъезда он писал другу: «Уезжаю в Гонконг в это воскресенье утром, чтобы сняться в двух фильмах. Пробуду там четыре месяца. Когда я вернусь, начну работать над возможной съемкой „Молчаливой флейты“, фильмом (с Фредом Вайнтраубом) и сериалом — обсудим все с „Парамаунт“ во время моего четырехмесячного пребывания в Гонконге».
Брюс не возлагал большие надежды на два фильма «Голден Харвест», в которых собирался участвовать. Прежде чем подписать контракт, Брюс подготовился, просмотрев целую кучу фильмов о кунг-фу, снятых в Гонконге. «Они были ужасны, — сказал Брюс. — Одновременно можно и играть, и сражаться, но большинство китайских фильмов были очень поверхностными и однобокими». Хотя он был уверен, что может сделать лучше, Брюс не ждал, что эти две картины повлияют на его голливудскую карьеру. Сделка с Рэймондом Чоу не была частью стратегии по продвижению — она была шагом в сторону для пополнения исчерпанного банковского счета. Он подписал контракт ради денег. Суть была в этом.
Брюс швыряет Большого босса, которого играет Инь-Чиэ Хань. Август 1971 года (Архив Майкла Окса/Getty Images)
Режиссер Ло Вэй и Брюс на локации в Таиланде. Август 1971 года (Фото Дэвида Тедмэна)
Глава семнадцатая
«Большой босс»
Брюс Ли вовсе не должен был играть главную роль в фильме, который превратил его в звезду. Когда 28 июня 1971 года он подписал двухстраничный контракт с «Голден Харвест», в «Большом боссе» уже началась подготовка, а на главную роль уже был назначен Джеймс Тьен, считавшийся Новым Феноменом. Рэймонд Чоу предложил Брюсу снять другой фильм специально под него, но Ли не мог позволить себе ждать. Чоу неохотно согласился вписать его в этот фильм.
Сразу по окончании съемок серии «Путь опережающего кулака» Брюс отдал Линде пятьдесят долларов — все деньги, которые остались после погашения старых долгов, — и
