УЕДИНЕНИЕ
Увлекался курением травы на гражданке студент одного из
ВУЗов Кеша и каждое лето ездил со-
бирать ее куда-то в Среднюю Азию.
Сбор анаши – занятие, требующее
выносливости, физической под-
готовки и хорошей ориентации в
темноте (собирают ночью, чтобы не
336
нарваться на патруль). Поэтому весной, как только стает снег, Ино-
кентий приступал к тренировкам. Тренировки заключались в том,
что по ночам, с полной выкладкой в тяжелых сапогах, он бегал по
Измайловскому парку.
За долгие годы тренировок он так изучил маршрут, что бежал
на автомате, заранее зная каждый поворот тропинки. В одном ме-
сте тропинка пересекала широкую аллею.
Однажды ночью, наш герой выскакивает из-за деревьев на эту
аллею и неожиданно обнаруживает перед собой припаркованную
машину. Скорость была слишком велика, чтобы избежать столкно-
вения, поэтому Кеша принимает единственно верное решение – с
разбега запрыгивает на капот, оттуда на крышу, спрыгивает на ба-
гажник, затем на землю и продолжает бег. Грохот тяжелых сапог
по машине был ужасным. На бегу, Инокентий оборачивается и ви-
дит, как из машины выскакивает голый мужик, а за ним вывалива-
ется голая баба. Уединились, называется...
СЕКРЕТНЫЙ ГРАДУС
На занятиях по материальной части на военной кафедре граж-
данского ВУЗа: «Товарищи студенты, для охлаждения двигателя в
новом танке применяется антифриз с температурой замерзания –
300 градусов Цельсия. Вопросы есть?». «Товарищ подполковник,
абсолютный нуль – это — 273 градуса Цельсия, ниже не бывает».
«Кто это вам сказал?». «Профессора в институте». «Я вам повто-
ряю: танк новый, секретный, ученые о нем еще ничего не знают».
МЕДКОМИССИЯ
Очередная тема медосмотра в военкомате, рассказана товари-
щем. Примерно 1978 год. Призывнику на комиссии велели снять
трусы. Он от волнения и из-за присутствия молоденькой медсестры
возбудился. Доктор, налив в стакан воды из графина подал его бе-
долаге со словами: «На, охладись». Тот еще больше растерялся (за-
острили внимание) взял стакан и стал пытаться засунуть предмет
внимания в стакан на удивление доктора и окружающих.
Был у меня как-то один приятель, который в один майский
день, как полагается выпускнику 11-го класса, проходил медос-
мотр в военкомате. А поскольку в самой медицине и тому подоб-
ных науках парнишка ничегошеньки не кумекал, то и вышло, что
последнего врача, именуемого отоларинтологом, он спутал ни с
337
![]()
кем иным как с урологом, а бле-
стящий предмет у доктора над го-
ловой вовсе не вызывал у моего
приятеля никакого интереса. Так
вот, врач и говорит (ею, кстати,
оказалась женщина лет так 60):
«Ну что, здоров?». «Здоров, – от-
вечает мой приятель». «Ну, тогда
давай сюда свою писульку. (За-
метьте, не справку, не форму 086–У, а именно писульку).
Мой приятель, долго не думая, обнажил перед ее носом свое
мужское достоинство прямо на всю длину. Докторшу долго отка-
чивали нашатырем, а на следующей день она ушла на пенсию.
МОЗГИ
Произошло это в те еще времена, когда покупка едва ли не
любого продукта человеческого труда была неописуемым сча-
стьем. И в тот день счастье это улыбнулось и мне – у нас на работе
продавали куриные яйца. По 100 штук в одни руки. И вот еду я с
этой богатой добычей домой, панически боясь упасть и всю эту
добычу побить. А гололед, как назло! Но все-таки почти уже до-
брался до дому – выхожу из автобуса (и в нем, в толкучке, удалось
пронести сетку так, чтобы не подавили!) и облегченно вздыхаю –
ну два шага осталось! Оказалось, рано радовалася. Передо мной
выходил из того же автобуса мужичок в хорошем таком подпитии,
чего я вовремя не заметил. И он, ясное дело, потерял равновесие
и впилился своей буйной головушкой аккурат в мою сетку. Раздал-
ся, как принято говорить, характерный треск.
Мужичок ощупал свою голову и стал в недоумении рассматри-
вать свои пальцы, перемазанные желтком. Долго рассматривал,
пока, наконец, не выдержала какая-то сердобольная старушка,
стоявшая на остановке: «Милок, да ты не пугайся: это не мозги,
это яйца!». И тут мужичок выдал фразу, которая помогла мне при-
мириться с потерей ценного продукта: «А как они туда попали?».
МЕДПОМОЩЬ
В аптеке подходят к окошечку не очень твердой походкой два
кадра и пpосят ту же самую настойку (тогда ее еще в поллитpовых
бутылках пpодавали). Аптекарша им с укоpом замечает, что, мол,
338
ведь недавно уже такую же бpали, на что они ей с достоинством и
возмущением возpажают: «Hу, вы же видите – не помогло!».
ЯЗВА ЖЕЛУДКА
Во время Великой Отечественной войны адмиралу Головко
пришлось привечать английского коллегу как товарища по ору-
жию. А этот коллега и товарищ по оружию, в 1919 году – во вре-
мя интервенции, попал в плен к будущему советскому адмиралу.
Тот его несколько дней допрашивал, после чего пленный угодил
в архангельскую тюрьму. И при встрече почти через четверть века
узнал в нашем адмирале врага того времени. Головко, по его при-
знанию, хотелось от неловкости провалиться сквозь землю, но
англичанин его усиленно благодарил, настойчиво припоминая
прошлую встречу.
Оказалось, что в тюрьму он попал со страшной язвой желудка, с
ней не могли совладать лучшие европейские лекари, да не помога-
ли самые изысканные диеты. А вот наша тюрьма оказалась гибель-
ной даже для такой суровой язвы, и будущий адмирал флота Ее Ве-
личества вышел из большевистской тюрьмы здоровым человеком.
ПРИВЫЧКА
Однажды зашел в гости к приятелю чаю выпить. Приятель жил,
да и сейчас живет в хрущобе. На третьем этаже. Сели на кухне.
Пьем чай И вдруг мимо окна вниз головой летит мужик и ма-
терно орет. Вернее, орал он лишь одно слово!!! Я к окну! Высовы-
ваюсь. А мужик встал, отряхнулся и матерясь вошел в подъезд. А
приятель мой как пил спокойно чай, так и пьет.
Я ему: «Там! Это! Мужик вниз головой мимо пролетел и жи-
вой!!!». Приятель в ответ: «А это Петька – алкаш с пятого этажа. Он
как нажрется, так ключи все время теряет. Потом к себе в форточку
через соседский балкон лезет и обычно срывается. Все уж привык-
ли. Это ж не 14 этаж».
ЕСЕНИН
Одесская областная клиническая больница. Приемный по-
кой. На стене большой плакат. Заглавными буквами, черным
по красному «СПИД». А ниже – стих. Привожу полностью: «Ты
умрешь на больничной подушке. Кое-как похоронят тебя. И по-
кинешь ты мир одинокий, никогда никого не любя...». Есенин от-
дыхает.
339
![]()
БАРОН ФОН КЛОДТ
Давным – давно в столице Великой России Санкт-Петербурге
проживал некий барон фон Клодт, известный общественности как
великий скульптор и приколист.
Сама история про тот самый Аничков мост. После того как го-
сподин барон установил свое произведение в виде четырех коней
на мосту, ночью на том же мосту появилась надпись неизвестного
автора следующего содержания: «Барон фон Клодт представлен
ко Кресту! За то, что на Аничковом мосту на обозрение всей Евро-
пы выставил четыре голых жопы!».
Сколько просуществовала сия надпись неизвестно, зато из-
вестно следующее: все выше написанное было немедленно доло-
жено Царю. Наш Царь – батюшка, будучи человеком образован-
ным и начитанным, написал следующую резолюцию: «Доставить
