Феникс, чувствуя, что сейчас проиграет… Очень сильно проиграет и попадет в очень неловкую ситуацию. Не такую плохую какую ей предрекала судья, но все же…
Хвостик увеличил давление, под которым губки ее цветка расступились, затем чуть скользнул, потерся шероховатой поверхностью, отчего девушка сглотнула подступивший к горлу ком. Понимая к чему это ведет и стараясь сильно не дергаться, чтобы не провоцировать тентаклю, она снова уперлась ступней другой ноги в одно из колец и чуть надавила, пытаясь сбросить или хотя бы отодвинуть хвост от себя подальше, и у нее даже это начало получаться.
Девушка была настолько сосредоточена на спасении своей киски, что она даже умудрилась забыть о находящейся рядом “погибели человечества”. А “погибель человечества”, внезапно, очень громко и очень блаженно вздохнула, отчего вся концентрация феникса тут же пропала. Нога предательски соскользнула с хвоста и тот с новой силой уперся ей между бедер. Продолжая тереться о ее губки.
– М-м… м… – Фу Хуа что было сил сдерживала вздох, который так и хотел вырваться наружу.
Сайрин с Кианой, тем временем, уже вовсю наслаждались новой забавой, которая с каждой секундой проникала в нее все глубже и занимала все больше места внутри, сворачиваясь спиралью, двигалась и даже немного вибрировала. Это было так приятно, что судья полностью расслабилась в руках Джека и просто плыла, покачиваясь на волнах удовольствия. Отвлекло ее какое-то странное кряхтение.
– Ты что делаешь?
– С-с...споротивляюсь, – дыхание и голос Фу Хуа подрагивало. – Я… Я не дам себя… м-м... так опозорить.
–Хах… – Сайрин пришлось остановить речь, пережидая приятную волну ощущений. – У тебя там кнопка позора находится? Или может веревочка за которую надо дернуть?
– З-замол.. чи-и… – последний слог Фу Хуа буквально выдохнула, потому как кончик хвостика юркнул за полоску трусиков и уже нашел путь в лоно великого и могучего Феникса.
– Ну, кажется позора тебе все-таки не избежать. Может… м-мах… поговорим?
– С-сейчас?
– В нормальной обстановке ты говорить не очень хотела.
– Пото… ху… – кончик хвоста скользнул по влажным губкам и вторгся во внутрь, мгновенно заполняя собой лоно Феникса. Начал давить, извиваться, входить и выходить. Всего несколько движений и Фу Хуа, запрокинув голову, издает весьма эротичный вздох.
Сайрин продолжала двигаться попкой, помогая тентакле двигаться внутри нее, и не без удовольствия заметила как быстро феникс стала издавать благодарные звуки.
– Уже все? Я думала… м-м… ты покрепче будешь. Слабенький у тебя передок, оказывается.
–З-зам.. ах..а, – тело Хуа забилось в судорогах, как будто ее кто-то яростно тряс. – М-м… да что же это… м-м!
– Наверное, это тот самый, хех, позор о котором ты говорила. И, о-о-о, как интересно, – Сайрин почувствовала как еще один хвостик сначала уперся ей в поясницу, а затем медленно, змеей проскользнул к попке, раздвигая своим телом ее мягкие, бархатные булочки. Приблизился к колечку, легонько надавил, чуть вошел.
Девушка, прикрыв глаза, пыталась максимально сконцентрироваться на этих ощущениях. Двигала бедрами, виляла попкой от этой нежной игры хвоста. Ей хотелось больше.
У Фу Хуа происходило все наоборот.
– Нет-нет-нет! – феникс сцепил зубы, сжал попку настолько, насколько это возможно. Хотя препятствием для хвоста-тентакли это не стало. Несмотря, на все усилия Фу Хуа, хвостик добрался до заветной дырочки, как будто ему совсем ничего не мешало и начал проникать.
Наверное, эти дразнящие движения так и продолжались бы, если бы все тело Джека внезапно не вздрогнуло. Весь мир закружился, раздался сильный толчок, от которого оба хвоста резко зашли внутрь на добрых двадцать сантиметров. Глаза Фу Хуа округлились от такой неожиданности, а Сайрин снова блаженно выдохнула.
“М-м...Сразу два хвостика. Это… Это восхитительно, Киана.”
“С-сайрин… С Джеком что-то происходит”
Судья прислушалась к ощущением. Оказалось, что Джек начал сражение с другим хонкаем.
“Ничего стра-ашного.” – лениво ответила судья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Между тем, Фу Хуа в полной мере познала смысл слов “дабл пенетрейшен”. Ни о какой внутренней гармонии речи быть не могло, когда тебя словно два поршня по очередности долбят два длиннющих хвоста. Феникс пытался сосредоточиться, собраться с мыслями и даже что-то начало получатся, когда один из хвостов, который находился в передней пещерке не надавил на одну из стенок лона. Девушка смущенно пискнула и сжала ножки.
–П-прекрати! Т-там…
Сайрин медленно приоткрыла один глаз и стала наблюдать за взмокшим от ласк фениксом.
– Т-там… – тентакля снова зашла внутрь и, скрутившись спиралью, опять придавила место беспокойства Фу Хуа. – Н-нет… Я же сейчас…
Сайрин улыбнулась. Да-а… хороший денек. Такое зрелище явно стоило всех этих хлопот.
– Я.. я… – хвост начал обратное движение выдавливая из феникса все содержимое ее мочевого пузыря. – Не-е-ет! – на бедра, которые так отчаянно сжимала Фу Хуа брызнула прозрачная жидкость, а вместе с этим ее любовные соки. Девушку затрясло, а хвосты продолжали нещадно сношать ее тело, которое подпрыгивало каждый раз в такт их движения. – Х-хватит! Х-х-хва-а-атит!
Как бы сильно феникс не сжимала свои ножки, хвост, находящийся в ее лоне, как будто понял ее слабое место и начал давить еще сильнее, выжимая Фу Хуа всю без остатка. При каждом обратном движении, девушку сильно дергало, и она все чаще исторгала из себя очередную порцию нектара.
Ситуацию разбавил новый участник.
Неожиданно, в разгар действа, между Сайрин и Фу Хуа вклинился второй хонкай. Джек также спеленал его хвостами и прижал лапами. Правда, вела она себя не так спокойно. Мотала башкой из стороны в сторону, шипела, плевалась и грозно клацала зубами.
– Фу, какая нехорошая. – Сайрин отстранилась подальше от этой ненормальной. Во-первых, ведет себя некультурно, а во-вторых слюни во все стороны летят. Да и игловидные зубы как бы сами собой говорили держаться от нее подальше.
– Хш-ш-ш-щ-щ! – хонкай попытался дотянуться до Косички, но не сумев, просо клацнул зубами.
– Э-это… Идель.. м-м.. А-а-аа-А-А...а..а.. О-опять…. – Фу Хуа накрыл очередной оргазм. – Н-надо ее… вернуть… м-м… только не снова.. только не… м-м, – феникс вжала голову в плечи и снова разразился очередным пением. – м-а-А-А-а-а...ах…
Хонкай-Идель услышав свое имя на одних инстинктах повернула голову в сторону Фу Хуа и уже ее одарила своим многозначительным “хщ-щ-Щ-щ-щ!!!”.
– Она неадекватна.
– Она моя..ммм-А-А-А-А-А-Ах… ученица.
–Хщ-щ-щ-щ!
– Поздравляю.
Княжна продолжала шипеть и мотать головой из стороны в сторону, как вдруг, резко остановилась, дернулась, словно в нее сзади что-то врезалось. А вид у нее стал такой, как будто она что-то неожиданно вспомнила.
– Хщю?
–Кх-х.. – Сайрин поняла в чем дело.
– Хщю?! Хщю! Хщ-щ-щю-ю-ю-ю!!!
Хвосты работали.
Хонкай-Джек наконец-то уселся на задницу и успокоился. На академию вновь опустилась тишина, мир и любовь.
15 минут назад. Комната Терезы.
Сигнал тревоги был настолько неожиданным и громким, что Тереза с перепугу и криком “всех спасу, одна останусь!” вышла в коридор через стену в комнате.
– Да что, ня, с этой академией, ня, не та-а-ак?! Редис! Что случилось?!
– Повышенный уровень хонкай-энергии на территории академии.
–… – няка припечатала рукой лицо. – Где?
– Стадион.
– Пострадавшие?
– …
– Я спрашиваю, есть ли пострадавшие. Отвечай, глупая железяка, ня!
– Кажется… нет.
– В смысле, тебе кажется?! Говори точно!
– Нет… – Редис снова задумалась. – Кажется…
– Ар-р!!!! Буди Патрицию, сейчас решим вопрос.
– Так точно. Поступило новое распоряжение от инвесторов.
Тереза с подозрением взглянула на чибика сквозь пальцы ладони, которая так и продолжала лежать у нее на лице.
– Что за распоряжение?
– Вы должны взять с собой отряд гарпий.
