Задумчиво почесав в затылке, я распечатал ещё одного воскрешённого, вбил ему чакроприёмник в голову и сел у тела, оценивая, как обстоит дело в его случае. Картина похожая, но разрывать конструкцию нужно в другом месте. Тут мало видеть чакру, необходимо видеть душу, взаимодействовать с духовной и жизненной энергией.
Хотя… Теоретически, можно подать чакру с правильным посылом в момент регенерации тела, а там она сама найдёт слабую точку. Требуется разобраться. Отменив технику воскрешения, ответил Шикамару:
– Нужны эксперименты. Технику придётся создать, но, вроде, она достаточно простая получится. Дайте пару недель и подопытных.
– Узумаки-кун, а нет ли у тебя пары свитков, если столкнёмся с воскрешёнными ещё раз? – вопросительно протянула Ино.
Хмыкнув, я достал из печати три пустых свитка и, молча, за пару минут, сделал из них запечатывающие, протянув команде.
– Держите. Проверяйте на состояние, там сбоку символ. Если горит красным, значит, печать почти сломана и объект может высвободиться в любой момент.
– Спасибо, – кивнула блондинка, убирая свиток в разгрузку. – Ты же хороший сенсор, Узумаки кун, что вокруг происходит?
Я, отрешившись от мира, обратился к сенсорике, просматривая изменения в радиусе чувствительности. Пару минут оценивал обстановку, чтобы, в итоге, улыбнуться и откликнуться:
– Всё хорошо. Воскрешённых многовато, но, в целом, справляемся.
А Камень действительно бросил на фронт почти сотню живых трупов в попытке сдержать нашу элиту. Обычные войска они старательно экономили, и если и вступали в бой, то лишь убедившись в наличии преимущества. То есть, в основном, отступали.
Попрощавшись с воспрявшей духом командой Шикамару, переместился к Джирайе – проверить как там дела.
– Ну и повоевали… – протянул я, оказавшись на месте.
Не удивительно, что сенсорикой сложно разобраться. Десяток гектаров леса представляло собой оплавленную землю, усеянную разбитыми каменными стенами, торчащими из почвы шипами и воронками. Шиноби из Конохи явно не скупились на свитки.
Увидев меня, отдыхающий в отдалении Джирайя усмехнулся и поднял вверх свиток. Первого Цучикаге они завалили. Я показал в ответ вскинутый большой палец и перенёсся к Учихам.
Здесь тоже без проблем, они тараном шли вперёд, прикрытые Сусаано Шисуи. Им навстречу двигались союзники из Песка, и я отправился к подчинённым Сасори.
Там вперёд шли три сотни марионеток, принимая на себя все сражения, которых оказалось не очень и много. Они отправили всего тридцать человек, но не поскупились на качество. Старуха Чиё, Гаара, сам Казекаге, почти все джонины Деревни. Сасори и старуха много сил потратили на то, чтобы каждый их боец был хорошо оснащён и обучен.
Не так, как всегда было принято у шиноби: получил протектор, а дальше делай, что хочешь. Нет, они сосредоточенно вкладываются в каждого бойца, вытягивая его на максимум. У Песка другого варианта, кроме как побеждать качеством, нет, мало их осталось. Гаара даже гостил месяц у нас на острове, договариваясь с Шукаку при посредничестве Девятихвостого.
Едва я собрался поздороваться и описать им ситуацию на других участках, как в десятке километров разгорелось зарево применения масштабной огненной техники. Странно, там, вроде, крупных сил не имелось…
По восприятию чакры ударил ещё один масштабный выплеск, а потом следующий. Телепорт, и я недоумённо замер, осматривая огромное выжженное поле. Здесь ведь не было наших больших сил, кто с кем сражается?
Новое перемещение Крыльями, уже к команде Шикамару. И я успеваю увидеть, как живой труп Камня активирует свиток, высвобождая Огненного Дракона, устремившегося к ребятам. Мощного Дракона, чуть слабее наших самых старых номерных. Несмотря на то, что техника вышла почти неконтролируемая, сжигая и сам живой труп, поднятые для защита коноховцами Стены Земли моментально смяло.
Пламя лизнуло самих ребят, но они ушли эвакуационными печатями. Взрывы и зарево стояло по всему небу. Камень щедро разменивал техники ранга «А» и выше на каждую команду. Несколько разменяли удачно, убив шиноби.
Откуда столько чакры? Глупо ведь тратить такое на единичных бойцов даже не из элиты!
Впрочем, долгосрочно глупо, да. Но в моменте работает и вполне эффективно. Нужно остановить их, иначе потери окажутся слишком велики.
Покров молнии, Покров Биджу, Крылья. Живой труп лишается головы и отправляется в свиток. Следом другой. Короткое погружение в сенсорику, и ещё один телепорт. Пять, десять, двадцать живых трупов ликвидированы. Тем же занимался Хиаши, Джирайя и Шисуи.
Им сложнее, чем мне, мои цели, зачастую, не успевают реагировать, прежде чем умирают. Только чакра уходит в огромных количествах.
Свитки кончились, и я, уничтожая живые трупы, разрываю технику воскрешения, тратя лишнее время. Минута, две, пять.
Учихи соединились с отрядом Песка, к ним присоединился Какаши, там должно быть безопасно, отдохну.
Тяжело дыша, я появился рядом с Шисуи, снимая Покров Биджу, на который больше нет чакры. Полсотни воскрешённых я ликвидировал, и массовое использование площадных техник врагом прекратилось.
В сенсорике появлялись сотни сигнатур, устремившихся на нас, перед которыми летел Ооноки.
Поморщившись, я поднялся в воздух и полетел на перехват Цучикаге. Да и сам лидер Камня применил Мерцание, оказавшись ближе, разворачивая огромный свиток, распадающийся у него в руках пеплом, а во все стороны побежала волна, переписывающая законы мироздания. Аналогичный запрет, как при битве за Трёххвостого, просто сильнее и объёмнее.
Ооноки сложил ручную печать концентрации, и во все стороны раскинулись грани куба его Стихии Пыли. Куб стремительно рос, не собираясь останавливаться, ещё и смещаясь в сторону.
Долбанный старик собирается умереть и забрать с собой всех врагов! Заложив вираж, я приземлился среди наших и сорвал с разгрузки свиток, активируя большой барьер. Такой же под ним создал Джирайя, следующий Сасори.
Белая стена упёрлась в мою преграду, и она задрожала, но выдержала технику Ооноки. Однако с другой стороны в защиту ударил ревущий Огненный Дракон, и она пала.
Техники огня, молнии, распечатанная биджудама – и растворилась вторая стена. Хитрый глава Камня оставил кусок нашего барьера не накрытым своей техникой, позволяя атаковать его своим людям.
За мутной защитной пеленой горела почва, от постоянных взрывов ходила ходуном почва, а песочники столпились вокруг Сасори, вливая чакру в последний барьер.
Как мы так глупо попались? Ооноки загнал нас в ловушку: убери преграду, и мы все умрём, хотя под постоянным огнём он долго не простоит. Телепортироваться нельзя, контратаковать тоже, и даже свитком в ответ не ударишь. Наши преимущества полностью убраны.
Зря Третий Хокаге отстранился от войны, «предоставив всё молодым», его опыт бы пригодился при планировании атаки. Не попались бы так глупо…
В этот момент в небе прогремел взрыв. Исчез квадрат Стихии Пыли, задрожал наш защитный купол, с трудом устояв. А в сторону шиноби Камня унеслась техника воды, сбивая с курса очередного Огненного Дракона.
Я облегчённо выдохнул – прибыл Нагато. А вот Ооноки, судя по рассеивающейся вокруг чакре, отправился в Чистый Мир. И стоило бы порадоваться, но после того, сколько я сегодня уничтожил воскрешённых, мне не кажется, будто это последняя с ним встреча.
Узумаки устремился в атаку, но ещё одну распечатанную биджудаму перехватить не успел. Барьер сдался, сворачиваясь, и взрывная волна ударила в воздвигнутую с того фланга Земляную Стену. А спустя пару мгновений пала под натиском чужих атак и она.
Однако сверху над нами больше угрозы не висело, и поднялось Сусанно Итачи, метнувшись на врагов сквозь огонь и едкий дым. За ним последовали и остальные, встречая подошедшие силы Камня.
Сплюнув, я распечатал свиток, и навстречу врагам унеслась огромная Стена Ветра.
Противники поднимали барьеры, уходили под землю, а один самый умный и вовсе выпрыгнул у меня за спиной. Впрочем, она, и не сама, а клон. Старая знакомая, недобитая над морем девушка из Камня. Куроцучи – внучка Ооноки.
