Египта на Израиль, по агентурным данным, будет развернута операция «Никелевая трава». Это мощный воздушный мост, по которому из США в Тель-Авив может быть переброшено до 50 бомбардировщиков F-4, до 50 истребителей A-4, до 50 вертолетов, до 20 тяжелых транспортников C-130 «Геркулес», до 600 танков и бронетранспортеров. Кроме того, готовы к отгрузке ракеты ПВО и до 40 тысяч тонн боеприпасов. В комплекте с военной техникой будут переброшены специалисты из армии США. Как обычно это делается, неофициально, под видом добровольцев.
— Серьезная помощь. Предполагаете успех евреев?
— Однозначно, — майор взмахнул карандашом. — И это не только мое мнение, товарищ Председатель. Вся группа так считает — численное превосходство не поможет арабам. Даже внезапное нападение Каира, а оно будет именно таким, не спасет Египет от разгрома.
— Ваш прогноз по действиям военного руководства СССР?
— А наше военное руководство так не считает… — вздохнул майор. — Генштаб будет настаивать на срочной помощи Каиру, а также на авиационном и военно-морском десанте, что приведет к прямому столкновению советских Вооруженных Сил с армией США.
— Насколько это реально?
— Учитывая, что Советский Союз, Соединенные Штаты и Израиль — ядерные державы, крайне вероятна третья мировая война. Только вот победителя в ней не будет.
— Что известно нашим военным разведчикам? — председатель повернул голову к Казакову.
— Принципиальных отличий в разведданных нет.
Ивашутин побарабанил пальцами.
— Майор, ваши соображения где-нибудь на бумаге есть?
— Никак нет, товарищ Председатель. Вы же сами запретили!
— Вот и хорошо. В смысле, ничего хорошего, — генерал хлебнул чаю. — Значит, начнут побеждать арабы, влезут американцы. Начнут побеждать евреи, влезем мы. Ничего не напоминает? Качели, черт бы их побрал. И от этого качания поплохеет всем.
— В любом случае мы будем виноваты, товарищ Председатель, — рубанул майор очередную правду-матку. — И в глазах арабов, и в глазах мирового сообщества. Считаю, что Садат дурак и погубит Египет. Надо выходить из этой пустыни.
— Легко сказать, — вздохнул генерал. — Ты, Игорь, не вздумай брякнуть это еще где-нибудь! Распустил я вас… Нефть подорожает?
— Несомненно. Нефть и газ будут дорожать, несмотря на увеличение добычи. И независимо от того, кто победит.
— А ведь имеется еще один немаловажный аспект: русские евреи, — заметил Ивашутин. — За год их выедет из страны достаточно.
— Как правило, все эти люди готовые специалисты, — поддакнул полковник Киреев. — Если не попадут под мобилизацию, все равно, так или иначе, будут участвовать в войне против арабов на стороне Израиля. Значит, против СССР.
— Говорят, будто у нас идет дискриминация евреев… — начал генерал и задумался.
— Да, есть такое дело, — согласился майор. — Чем выше сидит человек, тем больше он знает и умеет. И тем больше он принесет вреда своей бывшей стране в случае эмиграции. Как говорится, единство и борьба противоположностей.
— Всё это важно, но требует осмысления. Самое печальное, что никто не видит ту грань, за которой будет нарушено равновесие. Соединенные Штаты втянули себя в этот конфликт без явной цели, ведь они не собираются уничтожать Египет. Штаты балансируют на гравии войны с Советским Союзом без ясного представления, к чему это должно привести. Где тот баланс сил, когда они согласятся ограничить применение собственной силы? Посмотрите на Вьетнам: они уже год выходят, и никак выйти не могут.
— И в этом году вряд ли выйдут, — предположил майор. — Козлы.
— Не любишь дядю Сэма? — хмыкнул генерал.
— А за что его любить? — майор сжал губы. — За Хиросиму с Нагасаки? В Корее рожу начистили, так черти их во Вьетнам понесли. Неймется всё… Довоевались до ручки, страна от кризиса вот-вот рухнет.
— Отож. А нам не надо, чтобы Америка рухнула. Как это ни парадоксально, стабильность лучше кризиса. Товарищи офицеры, по Вьетнаму у нас отдельное совещание завтра. А по войне и миру в Египте жду ваших предложений к заседанию Коллегии. Время пока терпит, — заглянув в свои записи, Председатель перешел к следующему вопросу. — Что по Кипру?
Подполковник Казаков перелистал документы в папке.
— Возня вокруг Кипра неизбежно ведет к военному конфликту между Грецией и Турцией. Напряжение растет, и такое положение в зоне Средиземного моря устраивает Великобританию. А Соединенные Штаты всех разводят и гасят пожар. Явная показуха, англосаксы не стремятся решить проблему. Как известно, им чем хуже, тем лучше.
— Считаете, Греции не удастся присоединить к себе Кипр?
— Исключено, — покачал головой Казаков. — С разных сторон вертели, товарищ Председатель, но не выходит каменный цветок. Те, кто стоят за Турцией, не позволят этого сделать.
— А если наружу вылезет информация, что Кипр обладает несметными запасами природного газа? — прищурился Председатель.
— Обострение ситуации. Турецкая интервенция случится немедленно. Собственно, они давно к этому готовы, а тут на тебе — такой приз!
— Что будет дальше?
— Мировая общественность выразит озабоченность, Греция попробует остров отбить. Не забывайте, что на Кипре действуют две английские военные базы. Лайми не останутся в стороне от жирного куска. Это война Греции против всех остальных.
— Так-так, — сказал Ивашутин. — А мы будем наблюдать, как одна участница НАТО бьется с другой участницей НАТО…
— Что турки, что греки — вояки известные, — слегка улыбнулся подполковник. — Петухи! В стадо сбились — расхрабрились.
— Подерутся, разойдутся? — хмыкнул генерал.
— Именно так, товарищ Председатель. Будет драка. А потом всё станет так, как было: греческое население будет на своей половине острова, турецкое на своей половине, а англичане останутся сидеть на своих базах.
— ОНН для порядка пришлет роту «голубых касок», — задумчиво добавил генерал.
— Это обязательно! Ведь транснациональные компании примутся качать газ. А мы будет тихонько наблюдать. Агентурную активность сокращаем уже сейчас, чтобы под раздачу не попасть. Действуем по плану, в свете ваших последних указаний — нас там не было и нет.
— На нет и суда нет, — Ивашутин перевел взгляд на капитана, сидевшего рядом. — Напоследок поговорим о злобе дня. Я имею в виду музыкальный коллектив из Ростова. Закончили проверку студентов?
— Так точно, — в подтверждение своих слов капитан прихлопнул пухлую папку.
— Вопросы, замечания, возражения?
— Есть сомнения, — кивнул капитан. — В составе оркестра числится студент машиностроительного института, Владимир Спиридонов. Как оказалось, известная личность на Птичьем рынке.
— Да? — оживился генерал.
