Остальная часть Солнечной системы молчала, не отвечая на запросы, и Древние пока занимались социальными проблемами. На четвёртые сутки навигационные антенны дальнего обнаружения оповестили о приближении сил Особого Управления, вызванных к Земле приказом Аугусто. Двадцать пассажирских транспортов, несущих в своих отсеках десять тысяч модов, в сопровождении двух фрегатов подходили к Арториус Прайм, который теперь всё Содружество называло просто Прайм. «Русский» вышел на сближение к эскадре врага, и силам Корпорации было предложено сдаться. Фрегаты ответили стрельбой. Элис было испугалась, торопливо оглядываясь на Алекса, но тот лишь пожал плечами и коснулся сенсора управления огнём. Мощные излучатели крейсера презрительно сплюнули плазмой, и после второго залпа от эскадры противника остались лишь облака раскалённого газа, лениво тающие в ледяном холоде космической пустоты.
Вернувшись на Прайм, Тринадцатый снял запрет на космические полёты и разрешил всем желающим покинуть Содружество Земли — именно так было решено называть объединение Ромба, Луны и Прайма. Почти двое суток около миллиона частных яхт уходили в космос с орбитальной платформы, унося прочь своих богатых владельцев. Сотрудники Научного и Медицинского исследовательских центров, существующих в орбитальном кольце ещё с тех времен, когда станция представляла собой десятикилометровую платформу, примеру своих содей не последовали. С Земли стартовал всего один пассажирский корабль, заполненный едва на половину, с Луны не улетел вообще никто, а прибывающие с Марса дальнобойщики наотрез отказывались возвращаться обратно. Однако вскоре поток кораблей, идущих с Марса и Арториус-1, прекратился.
Содружество было хоть и малочисленно, но вполне самодостаточно, поэтому критических трудностей не возникало. Реакции остальной части человечества ещё не было, и в ожидании её шло решение текущих вопросов. В том, что реакция последует быстро, сомневаться не приходилось. В руках Содружества находился гифтоний — основа всей энергетики. Пока же отделения Корпорации, из которых почти полностью состояла инфраструктура Содружества, были объявлены собственностью государства, её сотрудники — государственными служащими, а Особое Управление выведено из состава ДППЗ и переименовано в Военный Департамент. Древние бойцы, ставшие его первым руководством, уже приступили к формированию первого воинского подразделения для борьбы с модами. Личный состав укомплектовывался только из числа добровольцев, которых, вопреки ожиданиям Тринадцатого, оказалось более чем достаточно. Многолетняя людская ненависть к законам Корпорации и зловещему Особому Управлению была слишком велика.
Работы хватало. В редкие свободные часы майор изучал боевые системы «Русского», а Элис вынудила Серебрякова-младшего отвлечь часть электронных ресурсов на работы по созданию гипнограммы русского языка. В последние дни Алекс уже не держал себя с ней холодно, а учёный по секрету сказал, что её любимая вариация Тринадцатому очень понравилась. В тот же день Элис улучила пару часов и позаботилась о своём гардеробе. Конечно, в боевых условиях пилоту не носить коротких платьев, но ведь и грамотно подобранный комбинезон может очень многое. С тех пор она не упустила ни одного удачного момента и постоянно мелькала перед глазами Древнего, везде следуя за ним словно хвостик. Тринадцатый хмурился и немедленно отправлял её заниматься чем-нибудь серьёзным, но Элис уже видела, что на самом деле ему это нравится. В такие минуты Чебурашка весело подмигивал ей обоими глазами-бусинами и издавал короткий весёлый писк, обозначавший у него хихиканье.
15
— Но эта процедура потребует колоссального количества энергии! — Руководитель научного исследовательского центра, тощий высокий мужчина лет шестидесяти с серебряной сединой на висках и густой тёмной шевелюрой, озадаченно смотрел на экран, усеянный цифрами.
— Немало, — согласился Серебряков-младший. — Но имеющихся в нашем распоряжении мощностей, при правильной концентрации импульса, вполне достаточно для запуска цепной реакции.
Совещание руководства Содружества, временно исполнявшего обязанности Правительства, на этот раз происходило в конференц-зале НИЦ. За прошедший месяц с подачи Тринадцатого уже устоялась традиция собирать совещания на Земле, но в этот раз в основном обсуждались вопросы сугубо научные, и было решено провести заседание на Прайме. Собственно говоря, обсуждался всего один вопрос. Очистка планеты Земля. И двенадцать человек, расположившихся за большим круглым столом, задумчиво вглядывались в расчёты.
— Мы потратим весь запас гифтония, — задумчиво анализировал данные руководитель НИЦ. — Даже неприкосновенные резервы.
— Запасы гифтония восстановятся быстро. — Тринадцатый мягко отодвинул мышиное ухо, уткнувшееся ему в щёку. Серый шарик сидящего на плече Чебурашки был почти не заметен на фоне чёрного климат-комбинезона, отчего иногда казалось, что уши растут прямо из тела майора. — Лунные шахты работают в номинальном режиме, а основной потребитель не желает отвечать на наши сигналы вот уже месяц. Сейчас самое время для экспериментов с энергией. Рано или поздно и Марс, и оба орбитальных кольца исчерпают свои энергоресурсы. Мы при любой политической ситуации не станем обрекать на гибель миллиарды людей, и к тому времени все запасы гифтония должны быть восстановлены. Что скажет Луна?
Глава лунной администрации бросил взгляд на свои данные.
— При сохранении существующих темпов добычи мы сможем восстановить запас энергоносителя до приёмлемого уровня где-то за месяц-полтора. — Он облокотился на спинку кресла. — К тому же стоит учитывать, что подконтрольные Корпорации сообщества тоже имеют стратегические резервы. Мы располагаем довольно точными данными, согласно которым можно утверждать, что энергетический кризис им не грозит ещё месяца три-три с половиной. Поэтому я соглашусь с господином Тринадцатым: сейчас оптимальное время для маневра энергоносителем.
— Таким образом, мы можем приступать к изготовлению Инициатора, — объявил Серебряков-младший. — Я провёл анализ. Имеющихся в нашем распоряжении мощностей и ресурсов достаточно, чтобы организовать изготовление оборудования на Луне. Вопрос лишь в квалификации кадров.
— Я понимаю, — согласился руководитель НИЦ. — Я тщательно изучил теорию очистки и был, как всегда, поражён бессмертным гением великого Серебрякова. Возвращение столь легендарного учёного — великое благо для Человечества. И для любого учёного большая честь работать рука об руку с Легендой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
