Читаем без скачивания Охота без милосердия - Майкл Утгер

– Но адреса он так и не узнал.

– Возможно. Завтра ты его уволишь и больше никогда не дашь ему работу. Мало того, ты сообщишь страховой компании и лично Элберу, что уволил Рудольфа Малика за финансовую аферу и обман.

– Хорошо. Но мне жаль старика. Его сын сидит в тюрьме, а дочь лежит, разбитая параличом. Внучка, дочь сына – наркоманка и высасывает деньги из деда на наркотики. Лечение стоит сумасшедших денег, старик разрывается на куски.

– Мы позаботимся о нем, но с твоей стороны должна быть проявлена жестокость. Какие ты выдумаешь причины, меня не интересует.

– Причины простые. Вы дали мне понять, что мне пора сваливать. Я закрою агентство.

– Конечно. Это ширма свою службу сослужила. Ты можешь открыть такое же где-нибудь в Канаде. Деньги у тебя есть, Паркер, и сыщики в Канаде найдутся. Даю тебе неделю. Но только не вздумай делать глупости.

– Я это понял.

Зазвонил телефон, стоящий на столе. Феннер снял трубку и с улыбкой подал ее хозяину. Паркер протянул трясущуюся руку.

– Слушаю вас.

Несколько секунд Паркер слушал, затем тихо сказал:

– Прости, Стив. Куда выслать деньги на твои похороны? – Через мгновение он добавил: – Да!

Разговор был закончен траурной тирадой, которую принято произносить, находясь у смертного одра друга.

– Конечно, старина, прости! Я сделаю все, как ты просишь.

Паркер повесил трубку на рычаг.

– Да, Джилбоди не повезло, – сделал заключение Феннер. – Но для охоты нанимают охотников, а не сыщиков. Ты не первый, Паркер. Я уже видел его гонцов за удачей. Они мертвы.

Феннер налил в фужер шампанского и выпил.

– Если ты хочешь сохранить жизнь оставшимся охранникам, то тебе придется проводить нас до ворот, Паркер.

Феннер встал.

18 часов 05 минут

Джилбоди открыл двери в кабинет и доложил:

– Сэр. Прокурор в приемной.

Доккер недовольно кивнул головой.

– Пусть войдет.

Неожиданный визит Генерального прокурора штата вызвал недовольство Чарли. Мог бы потерпеть до будней, а не отрывать его от важных дел в день Независимости.

Чарли пришлось приехать в офис на два часа раньше, чем он планировал, из-за неожиданного сообщения, что прокурор просит его принять. Такие встречи случались раз в год и Чарли решил, что отступление от правил связано с очередной просьбой прокурора сделать финансовое вливание в дела «правосудия», так называли взятки на юридическом языке представители закона.

Дуглас Фергюсен был назначен на этот пост сенатом два года назад и не отличался от предшественника. У них не было оснований давить на Чарли и они довольствовались мизерными вливаниями, которые Чарли называл «уколами глюкозы на десерт». Он не жалел денег, но и не разбазаривал их понапрасну. Он поддерживал нужный уровень отношений с властями, и все этим были довольны. Никто из партнеров не ждал неожиданностей с любой из сторон. Вот почему Чарли был раздражен неожиданным визитом. Он не любил ломать традиций.

Высокий седовласый с красивым благородным лицом джентльмен вошел в кабинет Доккера и неторопливо подошел к столу.

– Мне жаль, Чарльз, что я вынужден побеспокоить вас в такой чудесный день, но я решился на визит после того, как побывал сегодня у губернатора и повидался там с сенатором О'Лайном.

– Садитесь, Дуглас. Я всегда рад вас видеть. Стоит только вам этого пожелать, и мы встречаемся.

Доккер придвинул коробку сигар к краю стола.

– Благодарю, Чарльз, но я стараюсь воздерживаться от табака.

Прокурор сел, положил ногу на ногу и неторопливо заговорил:

– Визит мой немного необычный и просьба моя не вписывается в рамки наших взаимоотношений. Речь идет о вашем сегодняшнем приеме. Не спрашивайте откуда мне известны подробности. Сенатор О'Лайн в хороших отношениях с Гувером, а там, где действует тайная полиция, знают многое. На вашем приеме должен быть Гарсия Сатерес. Он хочет закупить у вас оружия на три миллиона долларов. Это хорошая сделка, это крупная сделка, это очень выгодное сотрудничество. Но Сатереса должны арестовать на границе с Мексикой, как врага нашего государства. Ему инкриминируется убийство нашего посла и ряд других бандитских выходок по отношению к нашей стране. И когда выяснится, что этот ультра-бандит скупил у вас оружия на три миллиона, разразится скандал.

Доккер не выдержал. Его раздражал спокойный тягучий голос прокурора, его раздражал чушь, которую тот нос. Мог бы научиться клянчить деньги другим способом.

– Извините меня, Дуглас, но я не хочу отказываться от такой сделки. Три миллиона – это крупная сумма, даже для меня. Мы с вами знаем, что на сегодняшний день нет закона, который запрещает выпускать оружие, торговать им, приобретать его, ввозить и вывозить за пределы нашего штата. Обратитесь в федеральное правительство, пусть они издадут соответствующие законы, а потом я буду им подчиняться.

– Не горячитесь, Чарльз. Об этом я и хотел с вами поговорить. Я очень не хочу, чтобы у вас были какие-то обострения с правительством. Губернатор составил проект закона о контроле властей над изготовлением, торговлей и передвижением оружия в нашем штате. Сенат подхватил этот проект, и они вынесут его на чтения. Президент дал добро на эту идею, а все из-за того, что один бандит терроризирует Чикаго. Вы знаете, сколько влиятельных политиков хранят деньги в банках Чикаго?! Я уверен, что на днях проект всплывет в сенате, а после сегодняшнего вояжа Дэйтлона-банкира они проявят еще большую ретивость.

– О каком вояже идет речь?

– Вы не в курсе?! Сегодня банда Дэйтлона сняла колоссальный куш. Миллион! В Чикаго объявлен день траура! Им теперь не до праздников. Все это отдается эхом и в нашем доме. Губернатор, думая о выборах, готовит закон об оружии, сенат захочет раздуть его до масштабов страны, а в этот момент выловят мексиканского террориста, который скупает под носом у губернатора оружие на три миллиона долларов. Поймите, Чарльз, я не хочу, чтобы ваше имя всплыло в сенате, как только произнесут слово “оружие”. Вам лучше отказаться от этой сделки. Сатерос будет взят. За ним установлено наблюдение. Три десятка агентов Гувера пасут его в городе, каждое его движение фиксируется. Я пошел на риск, раскрыв вам эту тайну. Вы должны понять это.

– Ценю! Ценю, Дуглас! Но этот закон не пройдет. Военно-промышленный комплекс снабжает полмира нашим оружием, а правительство делает вид, что ни о чем не знает. Это понятно. Они не подписывают договора и в любой момент готовы пожать плечами и удивиться. Этим занимаются такие, как я, – частные фирмы!

– Которыми можно пожертвовать ради более крупной игры, такой, например, как выборы. Я не пытаюсь вам внушить, что ваш бизнес гниет на корню. Нет! Он процветает и будет процветать, пока есть люди, желающие стрелять. Вы очень дальновидный человек, Чарльз, но нельзя не замечать очевидных вещей сегодня. Это временный кризис и временная мера. Покончат с Дэйтлоном – и мир уснет мирным сном. Извините за каламбур. Но сегодня, сейчас, сию минуту расставлены ловушки. Прозвучали фанфары. Готовится взрыв. В это время понадобится козел отпущения, и им можете оказаться вы! Отдайте заказ Сатероса своему конкуренту, врагу, и вы увидите, как его втопчут в грязь вместе с мексиканцем! Сенат – это неуправляемая стихия, лавина! Стоит десятку горячих голов ухватиться за закон, и центрифуга заработает. Принцип домино. Полетят головы, одна за другой. Этого и добивается Гувер.

– Хорошо, Дуглас. Вы меня убедили. А за потерю трех миллионов я должен благодарить мистера Дэйтлона и его команду?

– Сожалею, но это так. В Чикаго поджигают фитиль, а мы трясемся от взрыва. Извините, Чарльз, что я испортил вам праздник, но мой долг оберегать лучших людей страны от посягательств на их благополучие.

– Прощайте, Дуглас. Я не забуду о вашей услуге. Прокурор поднялся и направился к двери. Доккер готов был его придушить, но он сознавал, что этот гусак спас ему шкуру. Сделки в три миллиона совершаются раз в столетие, а он должен уступить контракт какому-нибудь сопляку из Филадельфии, куда он вытеснил всех своих конкурентов.

Чарли нажал на кнопку звонка, и в дверях появился Джилбоди.

– В последнее время, Стив, у меня мало времени на побочные дела. Но так как я отменяю сегодняшний прием, я уделю немного времени нашим проблемам. Вы можете не говорить мне, что произошло с вашими агентами, я уже знаю об этом. Служба безопасности представляла мне отчет. Данные вам десять дней давно истекли. Так или иначе, но Феннер все еще на свободе и продолжает пакостить мне даже на расстоянии. Сегодня он со своими дружками обчистил банк, а я потерял на этом три миллиона долларов. Годовой бюджет крупного города. У меня в корпорации нет лотереи, где можно выиграть или проиграть. Моя игра беспроигрышная, Стив. Я не могу держать людей, которые могут проигрывать. Это непозволительная роскошь. Если бы я ее себе позволил, меня не было бы на этом свете уже лет десять. Сегодня произошел беспрецедентный случай. Я потерял крупную сделку, я упустил выгодного клиента. Ответственность за поимку Феннера я возложил на вас. Где он? И что вы можете мне сказать в свое оправдание?