Читаем без скачивания Охота без милосердия - Майкл Утгер

– Однако возникает серьезный вопрос, мистер Бэйн, – продолжал шеф полиции.

– Говорите, Легерт.

– Что означает «охота без милосердия»? Это старое понятие, и использовали этот метод на юге в период рабовладения, когда взбунтовавшиеся рабы бежали с плантаций. Применительно к нашим условиям это будет означать, что любой полицейский в стране сможет без предупреждения стрелять в каждого прохожего, который, по его мнению, похож на Дэйтлона или его сообщников.

– Да, комиссар, это так! – раздраженно ответил губернатор. – В интересах нации мы вынуждены пойти на этот шаг. С бандой должно быть покончено в кратчайший срок, и вы должны понимать это не хуже других.

– Интересы нации здесь ни при чем. Это интересы крупнейших банкиров и страховых компаний. Этот указ делает из полицейских убийц ни в чем не повинных граждан, чьи интересы мы призваны защищать.

– Вы не соображаете, что говорите? – глаза Бэйна налились кровью. – Ваша задача найти банду и уничтожить ее, а как вы это сделаете, меня не интересует! Если вы раните одного, двух ротозеев, мы не поставим вам это в укор. Лес рубят – щепки летят. Важен результат!

– У агентов федеральной полиции была возможность взять живым Кафри, а они убили не только его, но и двух ротозеев, как вы называете невинных прохожих. Вы объявляете Дэйтлону войну и хотите вести бои на улицах города. Это плохо кончится!

– Хватит! – Губернатор ударил кулаком по столу. – Вы обязаны подчиняться указам правительства, а не обсуждать их. Если вы чем-то недовольны, подайте рапорт об отставке. У нас достаточно компетентных специалистов, не задающих лишних вопросов, а выполняющих предписания.

Легерт не стал продолжать бессмысленную полемику. Чинар заметил, что у его шефа начало дергаться веко левого глаза, а уголки рта резко опустились вниз, как у капризного ребенка.

Чинар впервые видел столь грубый и некорректный выпад со стороны высшего должностного лица. Это лишь подтверждало подозрение Чинара, что все решения были приняты заранее, а здесь Бэйн устроил спектакль под названием «Демократия», и Бэрроу старательно подыгрывал Бэйну.

Паузу, зависшую в воздухе, нарушил губернатор, но теперь голос его звучал мягче – он пытался сгладить острые углы.

– Мне самому очень не нравятся эти меры, но, к сожалению, мы обязаны прибегнуть к крайностям. Приказ входит в силу с завтрашнего дня, известите о нем сотрудников. А теперь все свободны.

До машины Легерт и Чинар шли молча, и только когда капитан сел за руль и тронул машину с места, его шеф задумчиво произнес:

– Они угорели от собственной беспомощности и ни черта не хотят понимать. Меры, принятые в прошлом веке и упраздненные с приходом демократии, вновь всплывают на поверхность, и где? Во втором городе США! Это не метод борьбы, это произвол, который решили узаконить росчерком пера. Саморазвал! Рокфеллеры и Форды нанимают киллеров в лице полицейских! Весь государственный аппарат настолько пронизан коррупцией и так связан с толстосумами и с преступным миром, что временами там забывают, кому надо служить и чьи пожелания выполнять. Борьба с преступностью стала практически невозможной.

Через своих связных гангстеры заранее узнают обо всех акциях, планируемых полицией, а если преступник попадает в руки закона, ему помогают бежать из тюрьмы. Замкнутый круг: покончить с продажностью властей можно, лишь покончив с преступностью, а уничтожить гангстеризм – лишь покончив с коррупцией!

– И что теперь будет, шеф? – спросил Чинар, не отрываясь от дороги.

– Не знаю, Эд. Хорошего от войны никто никогда не ждал. К сожалению, мы обязаны подчиняться.

– Какой-то деятель точно подметил, что люди сами выковали себе кандалы из твердой стали приказов, инструкций, подчинения и уважения к власти.

– Нам сейчас не до философских измышлений, капитан. Работай молча, если ты не в обиде на собственную задницу. Тебе ясно дали понять, что таких, как мы, полно и заменить нас плевое дело, а мне не хочется, чтобы мое место занял двойник Бэйна или Бэрроу. Мне самому хочется добраться до осиного гнезда Дэйтлона! Он должен сесть на скамью подсудимых, и я хочу услышать его речь! Так ли он будет насмехаться над нами, когда за спиной будет стоять электрический стул?

– Вы считаете это реальным?

– Не знаю.

– Какие шансы?

– Такие же, как если броситься с самолета без парашюта и рассчитывать попасть в стог сена. Тебя устраивает ответ?

– Вполне. Я буду молиться за вас.

– Подумай о себе, ты не в лучшем положении.

– Какие будут указания, шеф?

– Указание простое: выполнять распоряжение губернатора, а работать в старом режиме. Я не собираюсь уподобляться гангстерам. Собери личный состав управления и дай соответствующие инструкции. Пошли телефонограммы во все полицейские управления штата.

– Боюсь, что губернатор уже дал такое распоряжение. По его лицу было видно, что он не доверяет нам и возьмет наше управление под собственный контроль.

Машина подъехала к Управлению криминальной полиции штата.

2. На живца

Слим едва успел сбросить пиджак и надеть халат. Стук в дверь повторился. Слим взъерошил себе волосы и направился к выходу.

На пороге стоял Рудольф Малик.

– Привет, Слим. К тебе можно?

– Заходи, Руди. Рад тебя видеть.

Старик вошел в коттедж и осмотрелся. Стандартная планировка: три комнаты, кухня, ванная комната и подсобные помещения. Он не мог сделать здесь обыск, и не мог осмотреть все комнаты, не вызвав подозрений. Малик не хотел рисковать, он хотел выиграть схватку, а такую сложную задачу не решить в один ход.

– Я собираюсь пить кофе, ты мне составишь компанию, Руди?

– Нет, спасибо, Слим, я лучше покурю в кресле у окна.

Малик снял жеваную шляпу и аккуратно повесил ее на крючок. Ему нравилось здесь. Тихо, никто не мешает, в окно не летит городская пыль. Он прошел к креслу у окна, раздвинул занавески и сел. Теперь он видел все, что делалось на подходе к коттеджу, и держал под контролем все двери комнат. Малик достал из кожаного чехла огрызок сигары и закурил. Ядовитый дым тут же заполнил комнату.

Слим появился с подносом в руках, на котором стоял кофейник, сок, тосты, джем и чашки.

– Если подумаешь присоединиться, то прошу. Я захватил для тебя чашку.

– Соблазнительно, но пока не хочется.

Слим сел на стол и принялся за завтрак.

– Как ты меня разыскал, Руди? – спросил хозяин, наливая кофе в чашку.

– Случайность. У меня накопились к тебе вопросы, и я решил тебя повидать. Кто-то где-то что-то обронил, и я тебя нашел.

Слим усмехнулся. Кто-то где-то что-то – было хорошо подстроено, коттедж был арендован на пять дней, а Слим появился в нем за десять минут до Малика. Когда он получил сигнал, что детектив имеет полную информацию о его местонахождении и едет в автобусе, идущем в сторону мотеля, Слим обошел этот автобус на машине перед самым подъездом к мотелю и подъехал к коттеджу в тот момент, когда пассажиры выходили на остановке в сотне ярдов от аллеи, по обеим сторонам которой расположились коттеджи мотеля «Уют». Слим был убежден, что эта встреча закончится с хорошим результатом, у него имелись все козыри на руках, а у Малика шестизарядный «Смит и Вессон» в правом кармане рваного плаща, который он с минуты на минуту вытащит как аргумент в свою пользу.

– Как твои дела, Руди?

– Плохо, Слим. Меня уволили с работы, и от моих услуг отказалось страховое агентство. Я остался без средств к существованию.

– Да. Неприятная новость. Но такой опытный человек, как ты, всегда найдет себе работу.

– Мне семьдесят, Слим. Кому я нужен? Мне никто не дает шанса проявить себя, чтобы дать должную оценку.

– Конечно. Рекомендация разорившегося детективного агентства ничего не стоит.

– И я о том же. Но ты наверняка знаешь, на что я способен. Почему бы тебе не помочь мне?! Ну, скажем, ты мог бы порекомендовать меня своему хозяину. Ты можешь сказать ему, что есть один старикашка, который лишился работы, но имеет полно идей в своей черепушке. Стоящих идей. И этот старикашка мог бы получить большие деньги от Чарли Доккера, к примеру, за его адрес, но он лишился работы, но не выдал тайну. Потому что Рудольф Малик хочет работать на постоянной основе, а не радоваться одноразовой подачке, даже если она и очень щедрая. Но ты должен добавить к сказанному, что Малик дорого стоит. Я стою тех денег, которые запрашиваю. Это будет заметно по отдаче.

– Очень интересная речь, Руди, но с чего ты взял, что у меня есть хозяин? Я работаю один.

– Никто в этом мире не работает сам по себе. Человек не может платить себе зарплату за собственный труд. Он должен иметь средства на эту зарплату.

– С чего ты взял, что у меня есть какой-то хозяин?

– В ту минуту, когда я понял, что Дэйтлон решил сдать Кафри джи-менам.

– С чего ты пришел к такому выводу?

– Фэбээровцы устроили засаду на Кафри там, где им было удобно. Это не засада даже, это капкан с приманкой. Кафри не собирался идти в парикмахерскую, и никто, кроме Дэйтлона, не мог его убедить приехать туда на встречу. Кафри явился на свидание и угодил в капкан. Если бы сам Дэйтлон собирался выйти на связь, то джи-менов бы там не было. Они не могли сами просчитать эту встречу. А если бы смогли, то взяли бы Дэйтлона, а не Кафри. Кафри же никого не интересовал и подвергся уничтожению как свидетель побега. Ну а теперь вспомним, кто нам сообщил о встрече в Форт-Гуроне. Ты, Слим. Выводы делай сам.