Редакцию газеты 26-й армии — «Советский патриот» — разыскали на окраине Переяслава. Юрий Крымов находился на передовой, но вот-вот должен был вернуться.
Поджидая Крымова, Аркадий Гайдар листал подшивку армейской газеты, делал выписки. Участвовал в редакционной летучке и выступил на ней. Встреча с Крымовым была радостной…
Юрий Крымов был моложе Аркадия Гайдара на четыре года. Жизнь его сложилась по-иному: блестяще окончил физико-математический факультет Московского университета, стал научным работником, первая книга вышла за три года до начала войны и сразу принесла большой успех…
И все же этих двух писателей связывала дружба, взаимная теплота, и, думаю, что общность их дальнейшей судьбы не случайна.
«Бои шли в районе Канева… — вспоминает корреспондент газеты „Советский патриот“ А. Щелоков. — Юрий Крымов, заметив, что наводчик станкового пулемета убит, сам лег у пулемета и встретил наступающего противника шквалом огня».
Так в трудные минуты боя поступал и Аркадий Гайдар.
Когда Аркадий Гайдар и Юрий Крымов встретились в последний раз, Канев был уже в руках врага. 26-я армия перешла на левый берег.
«Все пошли проводить Гайдара.
Печальный, задумчивый стоял Юрий Крымов и, когда машина скрылась из глаз, сказал:
— Вряд ли увидимся…»
Юрий Крымов погиб в бою 20 сентября 1941 года возле села Богодуховка под Пирятином, когда редакция газеты «Советский патриот» вместе с другими разрозненными подразделениями 26-й армии пробивалась из окружения.
Одним из последних видел его живым парнишка из этого села Коля Коваленко, вывозивший с поля на лошадях кукурузу.
«Меня кто-то окликнул. Пошел на голос и вскоре увидел среди снопов пятерых военных. Все они сидели на плащ-палатке, у каждого был пистолет.
— Не можешь ли ты достать нам гражданскую одежду? — спросил один из них…
Я поехал домой, собрал что было из старья, заехал к соседке Мотре Слуцкой. Она дала мне три пары старых брюк, и я снова вернулся к военным. Четверо тут же стали переодеваться, а пятый, самый высокий, с орденом на груди и двумя шпалами в петлицах переодеваться наотрез отказался… В ту же ночь мой отец, Алексей Яковлевич, пошел в поле хоронить убитого немцами советского офицера. Когда я взглянул на убитого, то узнал того человека, который отказался переодеваться…»
Последний очерк — «Ракеты и гранаты» — Аркадий Гайдар написал, сходив в ночной поиск с разведчиками 41-й дивизии на правый берег реки Остёр.
Положение Киева резко осложнилось. Прорвавшиеся через Днепр вражеские части стремились с рубежа реки Остёр выйти в тыл защитникам города. В глубоком тылу всех армий Юго-Западного фронта, замыкая их в кольцо, двигались навстречу друг другу крупные танковые группы Гудериана и Клейста.
В ночь на 18 сентября 1941 года был получен приказ: оставить Киев. Вместе с другими корреспондентами и работниками политотдела 37-й армии Аркадий Гайдар перешел на правый берег Днепра. Остаток ночи провели в Дарницком лесу. Утром двинулись на Борисполь.
Виктор Полторацкий видел, как после одной из бомбежек Аркадий Гайдар прыгнул в кузов штабной полуторки…
В октябре 1944-го меня вызвали к начальнику политотдела Высшего Военно-Морского училища имени Фрунзе, в котором я учился. Прерывая мой доклад, капитан I ранга Бельский поднялся из-за стола, протянул несколько листков.
— Садись, читай.
Отошел к высоким, обращенным к Неве окнам кабинета.
«Справка о гибели военного корреспондента „Комсомольской правды“ Аркадия Петровича Гайдара» занимала половину странички. К ней приложено донесение военного журналиста капитана А. Башкирова:
«По заданию редколлегии я разыскал в Полтавской области могилу погибшего в 1941 году военного корреспондента „Комсомольской правды“ Аркадия Петровича Гайдара.
В селе Лепляво хорошо помнят Аркадия Гайдара семьи погибших партизан Степанец и Касича. В селе Михайловском Каневского района Киевской области (в 18 километрах от Лепляво) я встретил жену лесника Швайко, сын которой был кучером и ординарцем у партизана Гайдара.
Из рассказов знавших Аркадия Гайдара колхозников и партизана Бутенко мне удалось установить следующее:
1. В партизанский отряд Горелова Аркадий Гайдар попал в сентябре 1941 года вместе с группой полковника Орлова (бывшего начальника штаба Каневской истребительной авиадивизии ПВО).
2. Полковник Орлов со своей группой пошел на выход из окружения, звал с собой Гайдара, но Гайдар категорически отказался покинуть партизанский отряд…
3. Гайдар в партизанском отряде с первого же дня зарекомендовал себя отважным пулеметчиком и особенно отличился в бою на территории лесопильного завода, когда он и еще два пулеметчика успешно отразили натиск большой группы немцев.
4. Гайдар вел дневник партизанского отряда, написал несколько… произведений в форме писем к сыну, жене, читал их партизанам Но автор всегда носил их с собой, и они попали в руки немцев.
5. Гайдар погиб 26 октября 1941 года в результате стычки с немецкой засадой. Как утверждает Бутенко, в этот день Гайдар и еще четыре партизана пошли на продбазу отряда. Там на них напали немцы. Гайдар поднялся и крикнул: „В атаку!“ Его сразила пулеметная очередь. (Остальные четверо спаслись.) Немцы тут же сняли с погибшего партизана его орден, верхнее обмундирование, забрали тетради, блокноты. Тело Гайдара захоронил путевой обходчик…»
Ранним утром 21 сентября 1947 года мы двинулись от лесной поляны возле села Лепляво к Днепру. Низенькая двухосная платформа (такие используют рабочие-путейщики) катилась, поскрипывая, по ржавым рельсам. Шпалы мешали почетному караулу держать шаг. Штыки поблескивали на солнце.
День занимался ветреный, но безоблачный.
На поляне, откуда мы начали свой путь, пряно пахли осенние травы. Поляна была высокая и сухая. С одной стороны ее перерезает железнодорожная насыпь, с другой — подступает невысокий сосновый лес.
Вчера саперы перекопали эту поляну вдоль и поперек.
— Здесь, — сказал, наконец, один из солдат, отложил лопатку и начал разгребать песок руками.
Тело Аркадия Гайдара нашли метрах в десяти от холмика, который 26 октября 1941 года насыпал путевой обходчик Сорокопуд. Видимо, он сделал так, чтобы скрыть настоящую могилу от немцев и полицаев, если бы они задумали к ней вернуться.
— Одна пуля, — определила женщина военврач. — Прямо в сердце.
Узкие дощатые челны ждали нас на берегу. Они были украшены зелеными ветками, срезанными в прибрежном кустарнике.
Гроб с телом Гайдара сняли с платформы, перенесли в челн. Рядом встали солдаты, секретарь Каневского райкома КПУ Ткач, секретарь райкома комсомола Пащенко, еще несколько человек. В других челнах белели платочки учительниц из Канева и Лепляво.
Рассеченный оврагами берег поплыл нам навстречу. Вздымалась громада Тарасовой горы, карабкались на кручу мазанки Канева.
Вода возле тяжелых каменных быков взорванного моста пенилась, брызги летели в лица солдат, зеленые прутики трепетали под ветром. Казалось, дождавшись своего часа, Аркадий Гайдар форсирует Днепр с первым броском десанта.
Стрекотали подвесные моторы, но мне слышался голос отца, его песня о незакатной звезде, и звучали памятные с детства пророческие слова: «Похоронили Мальчиша на зеленом бугре возле Синей реки…»
Комментарии
Жизнь ни во что (Лбовщина)*
Повесть печаталась с 10 января по 3 марта 1926 года на страницах пермской газеты «Звезда», в которой сотрудничал Аркадий Гайдар. Зачастую только что написанная им глава сразу уходила в набор и уже на следующий день появлялась в газете.
Искренняя увлеченность автора своим героем и та торопливость, с которой создавалась повесть, легко различимы на ее страницах.
Основой повести послужили события, развернувшиеся в 1905–1908 годах на Урале: вооруженное выступление против царского правительства в рабочем пригороде Перми — Мотовилихе, действия боевой дружины во главе с А.М. Лбовым, которая продолжала сражаться с жандармами и войсками после поражения восстания.
Автор использовал архивные документы, но допускал и художественный домысел. «Все главнейшие факты, отмеченные в повести, верны, но, конечно, обработаны в соответствии с требованиями фабулы. Имена главных героев — подлинны», — писал Аркадий Гайдар в предисловии к газетной публикации.
В 1926 году «Жизнь ни во что» вышла в Перми отдельным изданием. Книга была тепло принята читателями и литературными критиками.
«После „В дни поражений и побед“ „Жизнь ни во что“ — большая победа Гайдара — Голикова», — говорилось в рецензии, опубликованной в журнале «Книгоноша» (Москва, 1926, № 29).
Однако Аркадий Гайдар сознавал несовершенство повести и собирался ее переработать, использовав для этого и другую свою маленькую повесть «Лесные братья (Давыдовщина)», посвященную событиям того же периода.
