Вскоре Дэну пришлось снова подключить имплантаты. Поврежденная нога разболелась и, что гораздо хуже, возрос расход энергии. Отвлекаться на поиски еды не хотелось, а все, что киборг успел попробовать на ходу, анализаторы забраковали. Впрочем, DEX мог за сутки потерять до десяти процентов веса – без ущерба для здоровья и работоспособности, и до тридцати – за неделю, а потом так же быстро их набрать.
Основные показатели жизнедеятельности пока были в норме, тем не менее Дэн чувствовал себя странно. Комбез давно высох, погода стояла теплая, восемнадцать – двадцать градусов в зависимости от локации, но навигатора постоянно бросало то в жар, то в холод. В прокушенной ноге словно что-то шевелилось, однако датчики докладывали только об умеренном воспалении. Краем глаза киборг ловил какие-то тени, но, когда поворачивал голову или хотя бы промаргивался, они тут же исчезали. То и дело накатывала болезненная апатия, все осмысленные действия казались вялыми и запаздывающими; если бы не имплантаты, Дэна мотало бы из стороны в сторону.
Он прошел уже больше десяти километров, но лес оставался дремучим и необитаемым. С направления Дэн сбиться не мог, программа корректировки не давала ему ходить кругами, как заблудившемуся человеку. А когда на небе высыпали звезды, по трассе киборга можно было выверять линейку.
Наткнувшись на ручей, Дэн присел на корточки и долго, жадно пил, хотя совсем недавно полагал, что нахлебался воды на сутки вперед. Но организм отчего-то считал иначе. Вода был холодная и какая-то липкая, навигатор несколько раз протирал ею лицо и снова зачерпывал, недовольный результатом. Комбез намок выше локтей, прежде чем Дэн заставил себя оторваться от этого бессмысленного занятия.
Киборг поднял голову – и вздрогнул. Впереди стоял человек. Как ему удалось подойти так близко и бесшумно, Дэн не понимал.
– Вот ты где! – как ни в чем не бывало сказал Роджер. – А мы тебя уже заждались. Ну что, пошли?
– Куда? – Радость мгновенно сменилась тревогой. Вместо полицейского мундира, в котором Дэн видел Сакаи в последний раз, на патрульном был комбинезон геолога, старый, мятый и коротковатый. Да и сам Роджер выглядел каким-то опустившимся, заросшим щетиной. Как он умудрился попасть на Медузу так быстро, похоже, даже раньше «Шайтана»?
– Домой, – благостно улыбнулся Сакаи. – К хозяину.
Дэн попятился:
– Это ты сдал нас Казаку?
– Я, – без обиняков признался Роджер, снимая фуражку и натягивая вместо нее дурацкую шапочку из светодиодов. – Пираты бывшими не бывают. Казаку нужен был свой человек в полиции, а мне – деньги. Я получил ваш «черный ящик», расшифровал его и уничтожил. Теперь о вас больше никто не узнает.
– Что с моей командой?
– Они скоро умрут, – честно ответил Роджер. – И ты тоже.
Киборг кубарем улетел в кусты, не дожидаясь, когда рука патрульного скользнет к кобуре. Но выстрелов не последовало, а когда Дэн бесшумно зашел Роджеру в тыл, то обнаружил, что продажный коп по-прежнему стоит к нему лицом, на том же расстоянии и в той же позе.
– Выходи, я тебя вижу, – заявил он, уверенно глядя прямо на Дэна.
В принципе одинокого человека можно атаковать и в лоб – скорость реакций позволяла уворачиваться от направленного на киборга оружия быстрее, чем палец нажимает на курок. Этим Дэн и собирался заняться, переключившись в боевой режим, но…
Враждебные объекты не обнаружены.
Дэн растерянно уставился на ухмыляющегося предателя. Вот он, в пяти метрах, каждая складка на комбезе видна, но где алый контур мишени и трехмерная сетка наиболее уязвимых точек?
Перепроверка. Враждебные объекты не обнаружены.
Почему система наведения его игнорирует? Сбой фокусировки или глобальные неполадки? Мозг киборга был сложной мозаикой из имплантатов и органики, вдруг из-за клинической смерти связи между ними частично разрушились?
Дэн поспешно запустил программу диагностики – и тут же вспомнил, что уже сталкивался с чем-то подобным. После одного особо выгодного дельца у Казака приключилась белая горячка, когда хозяин метался по каюте и орал: «Стреляй в них, идиот! Да стреляй же, окружают, а-а-а!» Тогда система, а заодно и Дэн точно так же встали в тупик. Впрочем, киборг охотно пальнул по капитанскому терминалу, коллекционной вазе, бару с марочными напитками и корабельному доктору, пытавшемуся со шприцем наперевес подкрасться к Казаку со спины. Утром хозяин был отечен, мрачен и зол, но о разгромленной каюте не упомянул ни единым словом. Зато доктор отчего-то очень обиделся и покинул корабль в ближайшем порту, на прощанье показав «Черной звезде» комбинацию из трех оставшихся незабинтованными пальцев. Дэну очень хотелось ответить ему тем же, но рядом стояли другие люди, могли заметить. Толстый неровный рубец поперек брови киборга еще саднил. «На кой его штопать? И так заживет, как на крысе».
Дэн через силу шагнул вперед – и Роджер, продолжая беззвучно скалиться, отодвинулся, как манекен на колесиках, но не уперся в дерево, а наполовину в него погрузился. Теперь изо лба у патрульного торчал сук, а в кадыке чавкало устьице. Оторвать взгляд от этой сюрреалистичной жути было неимоверно сложно, но Дэн справился и, не оборачиваясь, пошел дальше.
Детализация состояния.
Концентрация нейротоксина в крови: 0,42 мг/мл.
Поступление: легочным путем, непрерывное.
Обезвреживание: доступно, выполняется на 73,1 %.
Дополнительная нагрузка на почки: 30 %, эффективность адсорбции 89 %
Дополнительная нагрузка на печень: 7 %, эффективность расщепления – 24 %.
Период полувыведения: 17 минут.
Состояние организма: удовлетворительное.
Стабильность системы: стабильна.
Угроза жизни: отсутствует.
Вот почему «семерки» не носили респираторов. Организм киборга худо-бедно противостоял отраве, интенсивно выводя ее с потом и мочой. Не полностью, но за час-другой токсин не успевал накопиться в таком количестве, чтобы подействовать на мозг. Да и не на что там действовать-то. У приборов галлюцинаций не бывает. Вон даже система самосохранения тревогу не бьет, автоматически подстроила метаболизм к здешним условиям, и все.
Респиратор Дэн сдернул еще под водой, да так там и оставил. Фильтр все равно намок и испортился, а заменить его нечем: молекулы нейротоксина слишком малы, чтобы остановить их сложенной в несколько раз тряпкой. Нужен специальный многокомпонентный блок из мембран и адсорбентов.
Лес постепенно оживал. Из-под земли выбирались полуметровые светящиеся слизни и величаво всползали по стволам, оставляя за собой светлые выгрызенные борозды. Тени уже в открытую разгуливали между деревьями, перешептываясь и хихикая. Устьица приглушенно бубнили, высовывая длинные черные языки. Под звездами охотились невидимые птицы, сплевывая высосанные шкурки насекомых – они шуршали по листве, как редкая капель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
